– Где же тогда? – Попыталась отстоять свои права.
– В саду, например.
– Там небезопасно.
– Наслышан о ваших приключениях! Но, если не ходить в сад до трех часов дня, не падать на растения и не трогать их руками, то ничего не произойдет. Пойдемте, милочка, покажу вам очень подходящее место для ваших «репетиций». – Зловеще сделал ударение на последнем слове.
И что они так ко мне прицепились? Я играла не хуже, чем завывала вон та шатенка, воображая себя вокалисткой. Но делать было нечего – поплелась за ним. Максимилиан привел в удаленную беседку, увитую плющом. Я только открыла было рот, чтобы указать на это растение, как он поспешил меня опередить.
– Безопасно: не ядовито, хищником не является, а с наступлением сумерек немного светится.
Вот там я и обосновалась. В той самой беседке. Думала, что в полном уединении буду пребывать. Не тут то было! Мимо постоянно кто-то шнырял. Чаще наши же девицы. И это было понятно: разведывали, на что я способна. Конкурентка же! Завидев или почувствовав их приближение, начинала нарочно издеваться над инструментом и над их барабанными перепонками вместе с нервами. На всякий случай! Чтобы гадости против меня никто не вздумал замыслить. А то, одна девушка показала подружкам свой танец! Красиво так у нее, говорят, получалось танцевать. Теперь в целительской лежала с растяжением связок. Как-то совершенно случайно и не пойми кто разлил масло у нее под дверью спальни…
А один раз за те три дня, что готовилась в беседке к концерту, на меня набрел незнакомец. Я его не услышала, так увлеклась игрой, которая, наконец-то, начала походить на человеческую. А как почувствовала, что рядом кто-то есть, вздрогнула и отпустила струны.
– Не бойся. Я не кусаюсь. – А смотрел на меня хмуро. – Что это ты сделала с баратосом? Он никогда так не звучал. Ну-ка, сыграй еще.
А мне, что? Не жалко. Играла, а сама рассматривала этого субъекта. Высок, статен, волосы имел светло-русые, черты лица мужественные, в целом приятные, не смотря на то, что демон. Портила впечатление его хмурость. Зачем так брови сводил, если я вполне неплохо успела освоить инструмент?
– Надо же, что ты с ним вытворяешь! Никогда бы не подумал, что такое возможно. А хочешь, я тебе сыграю? Дай-ка! Вот, как он должен звучать. – И исполнил короткую мелодию. Наверное, блестяще, так как самого его так и распирало от важности. – Поняла?
– Неплохо. Но мне нравится вот так. Дайте-ка мне этот ваш, баратос, сюда. – И исполнила ту же мелодию, но на свой лад. А что? Слух у меня был отличный, память тоже, но незнакомец на мою демонстрацию собственного мнения только скривил губы в непонятной ухмылке.
– А петь можешь? – Прервал этот тип вдруг меня. – Спой что-нибудь!
– Голос у меня так себе. – Решила изобразить скромность. На самом деле, по моему убеждению, и со слов мамы, пела я не хуже, чем играла. На гитаре, разумеется. – Как вам?—Выдала ему «Мурку» отчего-то.
– Да. Играть у тебя лучше получается.
Однако! Никакого обхождения у этого типа не наблюдалось!
– Правда, что ли?.. – Не хотелось сознаваться, но он задел меня за живое. – Минутку! А сейчас? – И исполнила старинный русский романс. – Как? – Сама-то всегда была убеждена, что приди охота к нам на Землю прилететь инопланетянам, то этот шедевр был бы самое оно для взаимопонимания. Однако не вышло прийти к консенсусу.
– Тоску навевает.
– Да? А я хотела его исполнить на концерте…
– Лучше не надо. Ограничься только игрой, мой тебе совет.
– А вы кто? – Этот вопрос неожиданно вырвался. – Э… Меня Ириной зовут. А вас?
– Ну-ка! Встань! – Вместо своего имени произнес мужчина.
А голос был такой приказной… В общем, я поднялась со скамьи, не задумываясь.
– Покрутись! – Следующее требование не заставило себя ждать.
Я покрутилась. Дальше он захотел, чтобы я положила руки ему на плечи. А потом ему пришла охота меня поцеловать. Обхватил мою талию одной рукой, вторую положил на затылок и…
– Вот ты где?! – За его спиной совершенно неожиданно возник главный маг.
Я приняла его слова, почему-то, на свой счет. А что? Тон у него был обычный, недовольный. Вздрогнула в руках незнакомца и начала вырываться. Получилось. Потому что тот выпустил меня из захвата.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– А, это ты, Жертьен? – Развернулся самозваный учитель в сторону мага. – Чего надо? Зачем сейчас здесь возник? Тебе делать нечего, как магию на порталы тратить? Неужели нашлось неотложное дело ко мне?
– Естественно, ты мне нужен. Есть важные вопросы к тебе.
– А в другое время нельзя ими заняться? То сам настаиваешь, чтобы я отложил все дела, то… А, ладно, пошли в твой кабинет.
И эти двое растаяли в вечернем воздухе, даже не попрощавшись.
– Демоны! – Пожала я плечами на чужую невоспитанность. – Что с них взять?.. – И продолжила репетировать свой номер. Только вот слова незнакомца оставили в душе след. – Может, правда, романс для них не подходит? Отпугну еще всех женихов…
Вот и не знала после этого, что исполнять на концерте. До самого своего выступления. А как объявили мой музыкальный номер, так взяла и спела романс Вертинского на стихи Ахматовой «Сероглазый король». Что на меня нашло? Сама не поняла. А главное, и не репетировала совсем. Правда, дома и для закадычной подружки пела его ни раз. Но на концерте душа во время исполнения порвалась в клочья, сердце разлетелось на осколки, а голос… он звенел от вырвавшегося на свободу очень сложного чувства. Спела, отпустила инструмент, а в ответ была тишина, ни одного поощрительного хлопка из совершенно темного зрительского зала.
– Сдурела? – Порадовала меня отзывом Маринка, как только вернулась со сцены за кулисы. – Забыла, где находишься? Это же Вулкания, королевство демонов. Они даже слова «любовь» не знают. А ты им… В общем, видали мы их реакцию с девчонками. Им будто дубиной по головам надавали! Поздравляю тебя с провалом, дорогая!
– Что же не радуешься? – Буркнула я ей.
– Нет, ты, все же, дура! – Махнула она от всего сердца на меня рукой и пошла прочь.
– Ты тоже так считаешь? – Взглянула на застывшую в стороне Наташку. – Что молчишь? Нет, что ты плачешь-то? Я же от всей души…
– Я так и поняла. – Всхлипнула она еще громче.
– Конечно, до исполнения Ирины Крутовой мне далеко, но благодаря твоей реакции, Наташ, могу и возомнить о себе, чего лишнего.
– Это было так… так…но теперь ты точно вылетишь из отбора.
По всему, аналогично думали многие. Когда осмотрелась по сторонам, заметила блеск превосходства в глазах у одних, снисходительные ухмылки у других. В общем, соперницы уже потирали руки, предвкушая мое самоустранение из рядов невест. А что чувствовала я? В тот момент не могла и себе этого объяснить. Наверное, бессмертные строки и незабываемая музыка так на меня же и повлияли, что была, как бы и не в себе. Внутри меня звучало некое ликование от освобождения от разрушительной энергии одновременно с жгучей грустью. Оно было, а все остальное перестало существовать. Поэтому я и не осталась ждать оглашения результатов конкурса, а сразу пошла к себе.
Пришла, и, как была в платье, так и опустилась на постель. Сначала долго плакала. Потом просто лежала, устремив невидящие глаза в темный потолок. Вечер сменила ночь, а я продолжала лежать, не шевелясь. И вдруг дверь в комнату открылась, на пороге застыл мужской силуэт. Пробыл в таком положении всего секунд пять, а потом решительно вошел, и за несколько широких шагов неизвестный оказался рядом. Встал так, что заслонил ночное светило.
– И что это было?! – В знакомом голосе звучало требование немедленного ответа, замешанное на угрозе. – Ты что устроила на конкурсе?! Я же сказал тебе, там, в беседке, чтобы только играла на баратосе. А ты?..
– Что случилось? – Мне сделалось беспокойно, точно могла не только теперь вылететь с конкурса прямиком в жилище какого-то низшего рогатого демона, а вообще, угодить под физическую расправу. Поэтому невольно вся сжалась и еще попыталась отгородиться от этого мужчины с повелевающим голосом подушкой. – Настолько все плохо?
