В целом парадигма указывает направление научного поиска, его вектор, определяет общие подходы. Этим она отличается от научной теории, основанной на фактах и призванной объяснить и предсказать появление новых явлений.
Теория (греч. theoria — наблюдение, рассматривание, исследование) – в широком смысле – система взглядов, представлений, идей, направленных на объяснение явлений какой-либо области окружающего мира; в узком смысле – высшая, наиболее развитая форма организации научного знания, дающая целостное представление о закономерностях и существенных связях определенной области действительности – объекта данной теории. Одной из важных функций научной теории является ее прогностическая функция, эвристическая способность предсказывать появление новых явлений в рамках существующей или принятой парадигмы [94, с. 676].
В то же время теория может развиваться и в относительной независимости от эмпирических исследований, например посредством знаково-символических операций по правилам математических или логических формализмов, введения различных гипотетических допущений или теоретических моделей, а также путем мысленного эксперимента с идеализированными объектами. Именно подобная относительная самостоятельность теоретических (фундаментальных) исследований является важным преимуществом теории, ибо дает ей богатые эвристические возможности по прогнозированию появления и описанию новых явлений в исследуемой области.
Однако реальное функционирование и развитие теории осуществляется в единстве с эмпирическими исследованиями. Теория выступает как реальное знание о мире, в нашем случае о психической реальности, только тогда, когда она получает эмпирическую интерпретацию. Ибо опыт, общественно-историческая практика в конечном итоге являются критерием истинности теории.
Подтверждение теории или ее опровержение отдельными или даже многими эмпирическими исследованиями не может служить основанием как для безоговорочной ее истинности, так и для окончательного опровержения. Тем не менее возникающие противоречия, разногласия в среде научного мира являются мощным стимулом совершенствования теории, вплоть до пересмотра и уточнения ее исходных позиций. Но пересмотр исходных позиций в науке связан, как правило, с ее кризисом, ибо в рамках существующих представлений и понятий теория уже не в состоянии описать явления, существующие как артефакты (т. е. выходящие за области объяснения) в данной области.
В структуре теории обычно вычленяют ряд основных компонентов :
• исходную эмпирическую основу (явления, научные факты);
• теоретическую основу (базис) – постулаты или аксиомы, т. е. то, что на данном этапе развития науки является истинным знанием и не подлежит сомнению, а также совокупность выведенных в рамках теории утверждений, которые составляют основное теоретическое знание;
• правила вывода (логика теории) – множество признаваемых в рамках теории правил вывода и доказательств;
• внутренние и внешние оценки области применимости теории;
• совокупность утверждений, выдвигаемых теорией как прогностические и подлежащие проверке (верификации, фальсификации) [94, с. 677].
Существуют различные пути и методы формирования теории. Мы остановимся лишь на общих представлениях о тех, которые чаще встречаются в психологии: гипотетико-дедуктивной теории , гипотетико-дедуктивном методе и связанных с ними принципами верификации и фальсификации.
В логике и методологии науки в рамках философии логического позитивизма (Венский кружок, Л. Витгенштейн) был сформулирован так называемый принцип верификации (позднелат. verification — доказательство, подтверждение, от лат. verus — истинный и facio — делаю) – понятие, употребляемое в методологии науки для обозначения процесса установления истинности научных утверждений в результате их эмпирической, опытной проверки. Согласно этому принципу, всякое научное утверждение о мире должно быть сводимо к совокупности так называемых протокольных предположений, фиксирующих данные «чистого опыта», таким образом, познание, если оно стремится к истине, не может выйти за пределы чувств, опыта.
Явная гносеологическая и методологическая несостоятельность принципа верификации, сводящего знание о мире к «чистому опыту» и лишающего научной осмысленности утверждения, непосредственно не проверяемые опытным путем (что характерно для фундаментальных, некоторых естественных и многих гуманитарных наук), вынудила сторонников логического позитивизма принять ослабленный вариант этого принципа, состоящий в замене понятия строгой верификации , понятием косвенной верификации , или подтверждения [там же, с. 78].
Несколько позже как антитеза принципу верификации разрабатывается принцип фальсификации (от позднелат. falsifico — подделываю, от лат. falsus — ложный и facio — делаю) – возможности принципиальной опровержимости (фальсифицируемости) любого научного утверждения (К. Р. Поппер).
Согласно этому принципу, изолированные эмпирические гипотезы могут быть подвергнуты непосредственно фальсификации и отклонены на основании соответствующих экспериментальных данных либо из-за несовместимости с фундаментальными научными теориями.
Однако системно-иерархический характер организации современного научного знания осложняет и затрудняет проверку развитых и абстрактных теорий. Для фальсификации теории необходима чаще всего альтернативная теория: лишь она (а не сами по себе результаты экспериментов) в состоянии фальсифицировать (опровергнуть) испытываемую теорию. Таким образом, только в том случае, когда имеется теория, действительно обеспечивающая дальнейший шаг в познании мира, методологически оправдан отказ от предшествующей научной теории [94, с. 712].
Именно принцип фальсификации и лежит в основе методологии процесса психологического познания, как в наибольшей степени соответствующий современной постклассической (вероятностной) парадигме.
Как уже отмечалось, подавляющее большинство теорий в психологии носят гипотетико-дедуктивный характер и связаны с гипотетико-дедуктивным методом их построения.
Гипотетико-дедуктивная теория выступает одной из форм логической организации естественно-научного знания, опирающегося на эксперимент и наблюдение. Гипотетико-дедуктивная теория предполагает возможность эмпирической интерпретации, обеспечивающей эмпирическую проверку ее положений. Эмпирическая интерпретация задается предположениями (в виде гипотез), связывающими значение теоретических понятий с некоторыми непосредственно наблюдаемыми явлениями, признаками.
Гипотетико-дедуктивный метод представляет собой систему методологических приемов выведения из теоретических положений таких следствий, которые в качестве гипотез, имеющих эмпирическое содержание, могут быть проверены опытным путем.
Общий алгоритм формирования таких теорий и использования метода следующий. На основе очерченных явлений, выделенных фактов, имеющегося опыта и исходных теоретических посылок при организации и проведении экспериментального психологического исследования выдвигаются и формулируются гипотезы как существование причинно-следственных связей между переменными, или возможности существования психических явлений, процессов, характеристик и т. д., неподтверждение которых позволяет ставить под сомнение истинность исходных теоретических посылок. В то же время соответствие опытных данных, подтверждение экспериментальной гипотезы не могут служить основанием подтверждения истинности теоретического положения. Путь от гипотезы до подтверждения истинности теоретических положений очень долог. Требуются многочисленные и многолетние исследования, тысячекратные подтверждения гипотез, чтобы данное положение могло быть принято как теоретический постулат.
Возникает вопрос, почему в психологии подавляющее большинство теорий строятся гипотетико-дедуктивным методом, т. е. от общих теоретических положений к частным эмпирическим фактам и явлениям с их последующей экспериментальной проверкой? Почему невозможно построить теорию индуктивным методом, т. е. движением от частных фактов к их обобщению и выводам?
Индуктивным методом (от частного к общему, от явлений к их причинам и выводам) психологические теории не строятся в силу того, что невозможно исследовать всю совокупность явлений и фактов в данной области от плюс до минус бесконечности. И поскольку всегда остается иррациональный остаток (непознанная, непостижимая группа явлений, объектов), то мы не вправе сделанный общий вывод об истинности или ложности выявленных различий, взаимосвязей, тенденций на ограниченной выборке распространить на всю область исследуемых явлений, на генеральную совокупность.
