С этими словами профессор подошёл к своему столу и извлёк из стопки книг самую большую и потрепанную, в тёмно-зелёной обложке. Он положил её на парту рядом с Гарри.
— Вот, это словарь, — пояснил он. — Там есть все руны, которые встретятся в книге. Ну, что неясно?! — раздражённо бросил профессор, видя замешательство Гарри. — А. Понимаю. Поттер, конечно же, обошёл своим вниманием этот предмет. Ну, ничего, надеюсь, мисс Грейнджер тебе поможет. Это несложно. Вот, например… — он указал пальцем на верхнюю левую руну: на ней был изображён овал, перечёркнутый молнией, похожей на шрам Гарри, а ниже было бесформенное пятно со странными буквами внутри. — Верхний символ точно означает лягушку, а нижний… — он начал листать словарь. — Нижний — это «селезёнка».
— Селезёнки лягушек, — отозвался Гарри.
— Да, это один из компонентов. Вторая руна… Так, — профессор снова принялся листать книгу, сверяясь с символом. — Это мелисса. Ну? — Гарри посмотрел на него недоумённо. — Что, Поттер, никаких идей, где используются селезёнки лягушек и листья мелиссы? — Гарри отрицательно покачал головой, а Снейп театрально закатил глаза. — И чему я вас только учил на третьем курсе? Ах, нет, вы, Поттер, помнится, учились тогда проникать в Хогсмид, минуя дементоров, конечно, вам было не до зелий! — Гарри смущённо уставился в парту. — Ладно, я подскажу. Есть только одно зелье, где сочетаются эти два ингредиента. И даже не расшифровывая остальные руны, могу сказать точно, что это простое обезболивающее. Сможете назвать остальные компоненты? — Повисла напряжённая тишина, Гарри почувствовал себе словно на экзамене, а профессор вздохнул: — Да, Поттер, теперь я точно уверен в том, что взяв на ТРИТОН зельеваренье, вы явно не ставили перед собой цель глубже познать эту науку.
Гарри послышалось, что в голосе Снейпа было лёгкое разочарование, поэтому он, сам не понимая зачем, поднял голову и поспешил ответить:
— Я обязательно наверстаю упущенное, сэр. Обещаю.
Снейп только пожал плечами:
— Мне всё равно, дело ваше. В конце концов, не мне же придётся сдавать экзамены, а вам.
Гарри почувствовал себя очень глупо: он взял на ТРИТОН Зельеваренье, но не помнит даже простейших рецептов третьего курса. Он испугался, что Снейп подумает, что он и правда выбрал его предмет, чтобы профессор согласился помогать ему с книгой, поэтому тут же дал себе слово попросить Гермиону подтянуть его по зельям.
— Что касается остальных рун, то это: трава вербены, сушёная фасоль, сухие стебли фиалок и цветки римской ромашки. Теперь остаётся только сопоставить названия с рунами.
Снейп положил перед Гарри словарь, и тот быстро нашёл обозначения всех составляющих и схематично обозначил их расположение на своём пергаменте.
— Что дальше? — спросил он, поднимая голову.
— Дальше? — усмехнулся профессор. — Дальше брать учебник по Зельеваренью за третий курс и читать рецепт приготовления зелья, если ты не помнишь его наизусть.
Гарри сник и опять уставился в парту.
— Ну, ладно, — смягчился профессор. — С первым зельем я тебе помогу. Остальное будешь делать сам. Ведь я согласился только помогать, а не стоять над тобой всё время. Вначале в кипящую воду кладут ромашку, потом вербену, фиалки. Через полчаса добавляют селезёнки лягушек, фасоль. Ну, и под конец мелиссу.
Гарри быстро нумеровал на пергаменте соответствующие компонентам руны. А когда Снейп закончил, он взял Книгу, неуверенно поднёс пальцы к средней руне в нижнем ряду и перевёл взгляд на профессора:
— Это первая, да?
— Попробуй, — усмехнулся тот. — В любом случае, это только первая страница. Нужно нажать.
Гарри надавил на плитку с руной, и та с тихим скрежетом въехала внутрь страницы. Гарри посмотрел на пергамент и нажал на соседнюю плитку справа. Та тоже въехала, оказавшись на одной плоскости с первой. Гарри нажимал по очереди ещё на четыре руны, пока они также не провалились, и страница стала плоской. Гарри хотел спросить, что делать дальше, но тут внутри книги что-то зажужжало и слегка затряслось, потом раздался щелчок, и разгаданная страница отделилась от остальных. Гарри осторожно перевернул её и увидел, как на следующей странице уже появляются руны, на этот раз на девяти плитках.
— Что ж, Поттер, — задумчиво протянул Снейп. — С первой страницей тебя. Теперь ещё триста девяносто девять… или больше… И ты, считай, победил смерть.
Гарри приуныл от его слов.
— Я не думал, что будет так…
— Сложно?
— Непонятно.
Снейп пожал плечами.
— Непонятно было тем, кто не знал, по какому принципу составлены руны. Например, если не знать простейших ингредиентов, то невозможно угадать, что «сушить» и «фасоль» — это всего лишь компонент зелья, а не бред сумасшедшего. Не знаю, обрадует тебя это или огорчит, но Тёмный Лорд именно поэтому не смог ничего понять. Он тоже знаком с древнейшими рунами, но, кстати, так же как и ты, почти ничего не смыслит в Зельевареньи. Именно поэтому ему даже в голову не пришло, что это может означать. Думаю, Ионас рассчитывал, что эту Книгу сумеет расшифровать только другой алхимик или зельевар. Что сейчас почти одно и то же. У тебя есть какие-нибудь вопросы по поводу расшифровки рун?
— Я думал, Волдеморт по всем предметам был отличником, — как-то невпопад задумчиво произнёс Гарри. Снейп терпеливо вздохнул.
— Он не всегда брал знаниями. Особенно если учесть манеру преподавания Горация, — последнюю фразу Снейп пробормотал уже отходя от парты, но Гарри услышал.
— По-моему, для Зельеваренья нужен ещё и талант…
— Я не знаю, Поттер! — громко рявкнул на него профессор, резко оборачиваясь, так что Гарри даже подпрыгнул от неожиданности.
Снейп в два шага приблизился к парте, упёрся в неё руками и наклонился к Гарри так, что их лица разделяло сейчас не больше десяти дюймов. Он заглянул Гарри в глаза и со всей ядовитой злобой, на которую был способен, прошипел:
— Если так интересно, спросите у Дамблдора, он очень долго преподавал ему Трансфигурацию.
Снейп распрямился, складывая руки на груди. А Гарри только сейчас смог выдохнуть, до того его напугало поведение профессора.
— Простите, профессор, — промолвил Гарри. — Я не хотел вас… обидеть.
— Вы меня не обидели, — уже спокойно ответил Снейп.
— Я не подумал, что вам это будет неприятно. Простите, — он умоляюще посмотрел на Снейпа.
— Ладно, — вздохнул тот, — не будем больше об этом. Так у вас есть вопросы, касающиеся ТОЛЬКО Книги?
Гарри замешкался, потому что хотел спросить, откуда Снейпу так много известно о ней, но уже предполагал ответ, а возвращаться к больной для профессора теме он не хотел. Но всё же решился:
