Читаем без скачивания Кирилл и Ян - Сергей Дубянский

– Завтра утром все решим, Константин Андреевич, – заверил Витя, – просто раньше я вряд ли с братом свяжусь. Вы извините, что я без вас о подмене договорился – кроме Бориса Алексеевича никого не было…

– Да ремонтируйся ты, ради бога!.. – отмахнулся Костя. …Одно плохо – информация придёт завтра, а как же сегодня?..

– Константин Андреевич, – в дверь просунулась голова Лены, – вы меня не искали? А то я в подвал спускалась.

Костя не видел её в подвале, но не стал заострять на этом внимание – что может значить такое маленькое вранье, в сравнении с лавиной лжи, внезапно обрушившейся на него?..

– Иди. Все нормально, – он уставился в окно, пытаясь связать звенья двух цепочек, шедших параллельно друг другу, и вовсе не имеющих точек соприкосновения.

…Стоп, поменьше эмоций, – Костя остановил себя, – исходим из реалий – из того, что параллельных миров все-таки не существует. Тогда, как ни крути, Машка должна быть всего одна, и все, что я видел, и в машине, и в магазине, происходит, именно, с ней. Как же я должен вести себя, к примеру, сегодня вечером, пока не нашёл этот чёртов «Ягуар»? С одной стороны, не пойман – не вор, но с другой, я-то знаю… или не знаю? Почти по Шекспиру: «быть или не быть?» Проклятие… А интересно, она уже сообщила Ягуару, что я их засек?.. Они ж должны выработать какой-то план действий… – Костя посмотрел на часы, – дьявол!.. Машка уже почти три часа без присмотра! Да за это время они могли даже встретиться!.. А могли и не встретиться, ведь есть же у Ягуара какое-то занятие, кроме, как трахать чужих баб. Логично, если он подъезжает к концу дня. Покупателей уже не много – кому охота по темноте грузить стройматериалы? Танька может и одна обслужить их, а наши «голубки» валят на хату, и после он везёт её домой – все шито-крыто…

Костя пожалел, что из-за собственных поздних приходов ни разу не видел, когда возвращается жена, и какой транспорт её подвозит. …Ничего, теперь я буду отвозить тебя на работу, забирать с работы и ещё пару раз в течение дня могу нагрянуть – будешь под колпаком похлеще, чем у Мюллера…

– Девочки, – Костя вышел из кабинета, – я сегодня уеду пораньше, так что сами закройте офис, – он вышел, не обернувшись, но и так представляя, с каким изумлением смотрит ему вслед Лена. «Все мы ангелы только до поры до времени…» вспомнил он её слова; стиснул зубы и не нашёлся, что возразить, даже мысленно.

Чтоб машина не бросалась в глаза, Костя припарковался за кустами, с которых ещё не успели облететь все листочки. Оттуда прекрасно просматривался вход в магазин, часть улицы и стоянка, на которой одиноко маячили «Жигули». Костя удобно устроился в кресле и стал ждать, наблюдая, как солнце медленно скатывается за горизонт, превращая окружающий мир в одно огромное серое нечто. Лишь фары редких автомобилей, не имевших никакого отношения, ни к Ягуару, ни к магазину иногда выхватывали из него золотые пятна опавших листьев. …Как же она тут ходит зимой, когда темнеет в четыре?.. – подумал Костя, – здесь, в случае чего, и на помощь позвать некого – дадут по голове и бросят в каком-нибудь дворе… На мгновение возникло чувство вины за то, что подобная мысль пришла только сейчас, а не год назад, когда она устраивалась на работу. …А хотя не ходит она тут одна, а ездит в шикарной «тачке». И уж в этом, точно, виноват не я!..

К магазину подкатил бордовый «Пассат», из которого вышел крепкий «браток» и уверенно взбежал по ступенькам.

…Дорогу знает, значит, не первый раз, – отметил Костя, на всякий случай записав номер «Пассата», – а, может, у них здесь, вообще, бордель? Машка сама рассказывала, что за день иногда бывает по три-четыре покупателя – и чем они занимаются остальное время?.. Танька тоже, сучка ещё та. Вот, они и прикрывают друг друга по очереди… Косте очень захотелось войти и разогнать все это «осиное гнездо», но вдруг это не Машин, а Танькин мужик? Зачем ему лезть в чужие дела? …Черт, и что можно делать там так долго? Это же магазин, а не вернисаж – пришёл, купил и ушёл, – Костя посмотрел на часы, – почти пятнадцать минут. Да я за это время…

«Браток» появился из дверей с двумя большими вёдрами краски; не спеша поднял заднюю дверь, установил их в салон и заперев его, снова направился в магазин.

…Нет, этот, кажется, нормальный мужик… – Костя облегчённо вздохнул.

«Пассат» уехал. Снова стало тихо и пустынно, а сумерки сгустились настолько, что Костя уже не смог бы различить номер «Пассата». Он видел, как закрыли склад, который располагался в том же здании, но метрах в десяти от основного входа; потом вспыхнула лампочка сигнализации, и три грузчика, усевшись в одинокие «Жигули», уехали.

…Блин!.. Что ж это за работа такая!.. Упёрлась из дома в шесть утра и сейчас ещё сидит, когда рабочий день давно закончился – что-то здесь не чисто… – Костя вылез из машины и подошёл поближе к двери – в полумраке узнать его было почти невозможно, зато ему все будет, и видно, и слышно.

В конце концов, дверь открылась, выпуская две женские фигуры. Костя замер, но разговор шёл о последнем покупателе, который, оказывается, совсем замучил обеих своими вопросами и придирками – настолько обыденный разговор, что Косте вдруг показалось, будто никакого Ягуара не существовало вовсе, и все это ему приснилось в кошмарном сне, а жизнь продолжается ровно, гладко и нерушимо, как раньше.

– Добрый вечер, – он вышел из тени.

Девушки испуганно остановились, но свет витрины, осветил Костино лицо.

– Ты?! – изумилась Маша, – так же заикой можно сделать.

– Я это… проезжал мимо. Думаю, конец дня – почему б не забрать тебя?

– Раньше тебе это никогда в голову не приходило.

– Ой, как классно! – обрадовалась Таня, – Кость, а меня ты не подбросишь, а то я уже опаздываю? Мне тоже в Северный район, только чуть подальше.

– Конечно, подбросим, – в принципе, присутствие третьего человека было ему даже на руку – можно, не начиная серьёзного разговора, какое-то время спокойно наблюдать за Машиным поведением, ведь хоть что-нибудь должно её выдать – не каждый день муж застаёт тебя с любовником.

– А что это ты машину в кусты загнал? – удивилась Маша.

– Стоянка была занята, – нашёлся Костя, – фура какая-то…

– Да?.. Странно. К нам, вроде, ничего не привозили.

Костя ни в коем случае не хотел сознаваться, что следил за женой. В его глазах ревность всегда выглядела чувством смешным и нелепым. Никогда он не думал, что сам опустится до него, поэтому мысленно присваивал своим действиям совсем другие названия – он не ревновал, а пытался выяснить правду.

«Опель» вырулил на узкую улочку, которая потом вливалась в широкую и оживлённую; в боковом зеркале почти сразу возникло отражение фар. Яркий поток света распространялся значительно ниже привычного уровня. Таня обернулась, глядя в заднее стекло.

– Какая классная «тачка». Кость, а что это?

«Задний» пошёл на обгон; Костя увидел плавные, благородные линии «Ягуара», и его нога автоматически вдавила педаль тормоза.

– Ты что!.. – Маша ткнулась в спинку переднего сиденья.

– Это «Ягуар», – ответил Костя, неизвестно откуда взявшимся, хриплым шёпотом.

– Ух, ты! – Маша прильнула к стеклу, – это на таком я каталась? Танька, я и не против, а ты?

– Точно, круто!..

Костя никак не мог прийти в себя. Все дневные мысли, вроде, отступившие несколько минут назад, вернулись, причём, гораздо более чёткими и неоспоримыми. …Все ясно – он приезжал за ней, но не успел. Я просто увёз её первым, и никаких сомнений больше не должно оставаться! Эта шлюха методично и подло наставляет мне рога, а я её пою, кормлю, одеваю, как, блин, последний лох! Ну, теперь ты покрутишься на свои четыре штуки зарплаты!.. Вдруг он осёкся, сообразив, что у имеющего такую «тачку», денег столько!.. …Да он может отправить её хоть на Багамы – короче, куда я сроду не доберусь со своими доходами… Нет, финансовый вопрос лучше не трогать…

– Так, мы едем или нет? – напомнила Маша.

Костя молча завёл заглохший двигатель. …Какая же дрянь!.. Как она искусно маскировалась все время!.. Эта единственная мысль, не приводившая ни к какому решению, тупо билась в Костиной голове, пока они ехали до Северного района, и хотя «Ягуар» давно исчез из вида, в каждой ползущей впереди машине ему мерещились круглые стоповые огни. Девчонки о чём-то шушукались на заднем сиденье, но он даже не прислушивался – ему вполне хватило того, что он наблюдал собственными глазами.

Сначала они завезли Таню; она вышла, махнув обоим рукой, и в салоне воцарилась гнетущая тишина.

– Здорово, что ты забрал нас, – сказала наконец Маша, будто ничего не случилось, – а то, знаешь, как неприятно до маршрутки по темноте идти. Потом вечно она набита битком…