Внезапная спазма заставила Тейт зажмуриться и схватиться за живот. Не в силах сдержаться, она застонала против воли. О Господи! Не сейчас. Только не это!.. Когда боль уменьшилась, она открыла глаза и увидела, что женщина эта стоит перед ней.
— Ты проснулась. Вот и хорошо. — Ее улыбка казалась ободряющей, но Тейт отпрянула от ее руки, когда та коснулась лба. — У тебя все еще небольшой жар, но худшее, я думаю, позади.
— Кто вы? И что со мной?
Женщина села на край постели и взяла с ночного столика стакан с водой.
— Выпей. Доктор сказал, что ты должна пить много жидкости.
Татум хмуро посмотрела на нее.
— Какой доктор? И кто вы? — снова спросила она.
Новая улыбка тронула свеженакрашенные губы женщины.
— Я та, чью машину ты пыталась угнать прошлой ночью. Помнишь?
В голове Тейт возникло смутное воспоминание женщины в ночной рубашке, и она сказала:
— Я вовсе не собиралась угонять вашу проклятую машину!
— Мой сын подумал, что собиралась.
— Ваш сын идиот.
Женщина засмеялась.
— Моя материнская гордость побуждает меня не согласиться с такой оценкой.
Тейт пожала плечами и оглядела комнату. Это была очень чистая комната, отделанная в веселеньком стиле сельского коттеджа.
— А как я сюда попала? — спросила она, чувствуя такую усталость и растерянность, что это поневоле прозвучало угрюмо. — Если вы так убеждены, что я собиралась угнать вашу дурацкую машину, почему вы не вызвали полицию?
— Во-первых, я не убеждена, что ты пыталась угнать эту машину…
— И не думала даже!
— А во-вторых, когда ты потеряла сознание, я решила, что тут нужнее доктор.
— Я потеряла сознание?
Женщина кивнула.
— Ты что, не помнишь?
— Я все помню до того момента, как эти два охламона втащили меня в дом. Но не помню никакого док… — Спазма снова схватила ее. Она выругалась.
— Что с тобой? — заботливые руки держали ее за плечи.
— У меня… у меня живот болит. — Боль уменьшилась, и Тейт с облегчением глубоко вздохнула.
— А когда ты в последний раз по-настоящему ела, Татум? — На лице девушки выразилось удивление, и женщина, поясняя, добавила: — У тебя в сумке лежало удостоверение личности.
— Вы не имели никакого права рыться в моих вещах!
— А вы, мисс… — произнес, стоя в дверях, высокий седеющий мужчина, — не имели никакого права пытаться угнать наш автомобиль.
— Да, не собиралась я угонять этот чертов автомобиль! — взвилась Тейт. — Я только… Я только хо… — И к своему величайшему стыду, ударилась в слезы, как маленькая девчонка.
— Ну вот, смотри, что ты наделал, Брайен! Ну, правда! — сказала жена. — Зачем ты вмешиваешься? Как слон в посудной лавке.
— Вмешиваюсь? Черт побери! Да это моя спальня, Джуди! И мне нужно переодеться.
— Ну что ж, тогда побыстрее. А потом иди и позови сюда Кевина Прендергаста.
Татум казалось, что слезы, раз начавшись, уже не остановятся и что даже утешающие объятия женщины по имени Джудит не остановят дрожания ее тела. Громкие всхлипывания превратились в болезненный стон, когда новая спазма скрутила ее, и, поддавшись неудержимому желанию, она уткнулась головой в плечо женщины, держащей ее, и просто позволила ей мягко баюкать себя, приговаривая:
— Ну-ну, перестань, лапочка. Все хорошо… Все обязательно будет хорошо…
— Что случилось? — заметив разбитую бровь, спросил Таг, когда Джейс плюхнулся на переднее сиденье рядом с ним.
— Роковая кареглазая колдунья.
Переключая передачу и отъезжая от дома Бентонов, Таг рассмеялся.
— Если так, то тебе нужно пересмотреть свои приемы случайного знакомства, парень.
Пожалуй, и всю его жизнь не мешало бы пересмотреть. Он начинал чувствовать, словно она катится куда-то в неизвестность, и временами ему становилось не по себе. Джейс уселся поудобнее на сиденье и принялся излагать вчерашнюю историю.
— И что ты собираешься делать? — спросил Таг, когда он закончил. — Потратить уйму времени, выясняя ее подноготную?
Джейс покачал головой.
— Отец со своими ребятами в полиции лучше справятся с этим. А я потрачу время на то, что может принести нам с тобой кое-какие деньги.
— Рад слышать, тем более что на объявление, которое мы поместили в газете на прошлой неделе, уже откликнулись. И скоро, — он повернулся к другу, широко улыбаясь, — у нас появится новый клиент.
Когда спустя неделю после похорон Дуга, Джейс снова приступил к занятиям в университете на четвертом курсе юридического факультета, эта рутинная, далекая от жизни академическая обстановка вдруг поразила его своей пустотой. За те месяцы, что он искал своего Друга, он получил столько новых впечатлений, пережил столько волнений, что лекции, консультации и семинары, повторяющиеся изо Дня в день, показались ему довольно скучным времяпрепровождением. Ему уже нелегко было возобновить ту беззаботную студенческую жизнь, которую вел раньше. Люди, чьи представления он разделял, вдруг показались скучноватыми и наивными, а университетские занятия бесперспективными. У него уже не было ни желания, ни интереса заниматься всем этим — наступил некий жизненный кризис.
Он ясно ощущал тревогу и неудовлетворенность своей жизнью, но не находил выхода из создавшейся ситуации.
Но однажды вечером ему позвонила женщина по фамилии Трумен. Она назвалась сестрой знакомой матери Дугласа, от которой узнала, как ему удалось отыскать этого парня, когда полиция оказалась бессильной сделать это. И к крайнему изумлению Джейса, предложила заплатить ему, если он обнаружит местонахождение ее сбежавшей четырнадцатилетней дочери.
Поначалу он решительно отказался, заявив, что это дело полиции. Но она продолжала настаивать, утверждая, что полиция, как правило, не ищет пропавших без вести людей, а просто тянет время, ожидая, пока они сами объявятся. С чем он сам уже и столкнулся. В конце концов, он уже собирался согласиться помочь этой женщине бесплатно, но здравый смысл подсказал, что, если он хочет сделать работу на совесть, ему придется посвятить себя ей полностью, как то было в случае с Дугом. А это означало, что придется потратить много времени и средств, которыми он просто не располагал.
Решив, что ему нужен дельный совет, он разыскал Тага и рассказал о предложении женщины, добавив, что серьезно решил помочь ей.
— Ты имеешь в виду, что готов ухлопать на поиски этого ребенка весь семестр? — спросил друг.
— Нет. На самом деле я подумываю бросить совсем учебу и всерьез заняться поисками пропавших детей.
Таг в изумлении уставился на него, после чего спросил:
