– А где ты сейчас? – помолчав, спросил Котя.
Я насторожился.
– Зачем тебе?
– Ну… неудобно. Странно все как-то… Приезжай?
– И чем это кончится? – почти весело спросил я. – Я приеду. Буду долго доказывать, что мы с тобой знакомы. Мы выпьем две бутылки. К утру ты протрезвеешь и опять мне не поверишь. Знаешь, что… Приезжай лучше ты.
– Куда?
– Станция «Москва-3». Это в городе, недалеко от метро «Алексеевская»…
– Я найду. Посмотрю по карте. – Котя явно решился. – Через час… нет, через полтора буду. Э… тебе надо чего-нибудь?
– Нет, спасибо. Я тебя буду ждать у круглосуточного магазина на станции, если понадобится, там и возьмем. Только учти, – не удержался я, – третий день подряд пить – это уже запой.
– А как я тебя узнаю? – беспомощно спросил Котя.
– Я тебя сам узнаю.
Спрятав телефон, я подумал, что зря мы с Котей не догадались сфотографироваться. Сразу, в первый вечер, когда все только началось. Вот и было бы доказательство знакомства…
Как известно, если ты понял, что сделал глупость, то сокрушаться малопродуктивно. Куда полезнее не повторять этой ошибки. В магазинчике фототоваров у метро я купил одноразовый «пляжный» фотоаппарат, по случаю приближающейся зимы стоивший всего две сотни. На что-нибудь более серьезное деньги тратить было жалко – никаких поступлений у меня не предвиделось.
А еще я купил швейцарский перочинный ножик. Больше всего мне понравилось, что лезвие в нем маленькое и без стопора.
Ловушек я не ожидал, но на всякий случай обосновался в отдалении от магазинчика, на полпути к своей башне. Купил бутылку пива и тихонечко распивал ее, прохаживаясь по дорожке. Человек в ожидании поезда пьет пиво, что может быть безобиднее…
Котя не подвел и приехал вовремя. Вылез из такси, воинственно поправил очки и стал озираться. Несколько минут я изучал окрестности, но никакой группы захвата не заметил. Да кому я нужен…
– Котя! – окликнул я бывшего друга, подходя ближе.
Котя подпрыгнул на месте и уставился на меня с таким мучительным желанием узнать, что даже стало неловко.
– Я это, – сгружая пустую бутылку в урну, сообщил я Коте. – Кирилл Максимов. Твой старый… э… приятель.
– Не узнал, – печально сказал Котя. Достал из кармана мятые листки, распечатанные на принтере. Внимательно пробежался глазами. Вздохнул и протянул мне. – Все сходится. Будем на «ты»?
Оказывается, Котя не ограничился одной записью. Вчера, пока мы собирались к Мельникову, он набил еще несколько строчек:
«Сейчас пойдем в гости к Мельникову. Он фантаст, вдруг чего посоветует? На всякий случай, если снова все забуду: моего незадачливого друга зовут Кирилл Максимов. Ему двадцать шесть лет. Он работает менеджером в каком-то компьютерном салоне. Чуть выше среднего роста, обычного телосложения, намечается небольшое пузо…»
– Чего? Какое пузо? – возмутился я. – У меня совершенно нормальный вес!
– Вес нормальный, а работа сидячая, – парировал Котя.
«…пузо, лицо овальное, пухлые щеки…»
– Тебя послушать, так я весь жиром заплыл… – мрачно сказал я. – Я вешу восемьдесят кило. Совершенно нормально для моего роста.
«…щеки, глаза карие, волосы темно-каштановые, нос правильной формы, уши с четко выраженными мочками».
– Котя, ты в милиции не работал? – спросил я. – Словесные портреты не составлял?
Котя ухмыльнулся.
«В целом лицо добродушное и привлекательное. Говорит быстро, голос чуть глуховат, в разговоре неумело старается острить и подкалывать собеседника. Если я вернусь домой один и забуду про Максимова, то, прочитав эту запись, вспомню о случившемся. Что-то странное происходит с Кириллом, и мне очень не нравится, что я в это впутался».
Дальше шли чистые полстраницы – и еще несколько строчек из рассказа, в который Котя и впечатал записку самому себе:
«– Вот таким макаром! – шутливо закончил Семен Макарович, вытирая пот со лба. – Это называется тантрическая йога, и придумали ее тысячи лет назад древнегреческие гетеры.
– Спасибо огромное! – воскликнула Юля и зарделась».
Я посмотрел на Котю и покрутил пальцем у виска:
– Какие еще гетеры?
– Древнегреческие! – Котя забрал листки. – Работа у меня такая…
– Знаю я твою работу.
– Что вчера у Мельникова случилось? – спросил Котя.
– А ты ему не звонил? – поинтересовался я. – Сам-то что помнишь?
– Звонил, – ответил Котя с достоинством. – Он считает, что я к нему зашел один и мы говорили о литературе. Я тоже это помню. И все.
– Как я тебя на выходе из подъезда остановил?
Котя покачал головой.
– Пошли сядем, разговор долгий будет.
Мы взяли по бутылке пива (Котя хмыкнул, когда я без вопросов купил ему его любимую «Оболонь», а себе – нормальный «Туборг»), и я начал рассказ. Ничего не утаивая. И как купил нож, как подстерег Наталью Иванову, как она зарезалась…
– Ты уверен, что это не ты ее ударил ножом? – не выдержал Котя.
– Уверен. Я стоял с ножом в руке, хотел скотч разрезать…
– Невозможно прыгнуть на нож так, чтобы зарезаться! – подозрительно сказал Котя.
– А ты пробовал?
Котя замолчал.
Когда я дошел до милиции, освободившей меня из-под стражи, Котя занервничал.
– Слушай, Кирилл, вот это никак не возможно!
– Но так оно и было.
– Было, не было… – Котя задумался. – Говоришь, тебя били?
– Я думал, ребра сломают. Несколько раз так пнули…
– А сосед тебе в глаз засветил?
– Ну да.
– Ты в зеркало на себя смотрел?
– А что такое?
Котя ухмыльнулся.
– Ничего! В том-то и дело. У тебя лицо свежее и довольное. Будто ты неделю на курорте провел. А ребра болят?
Я подумал и расстегнул куртку. Подтянул свитер.
– Никаких следов, – констатировал Котя. – Ты меня извини, но так не бывает. Если тебя избили ногами, то хотя бы синяки наутро останутся.
Спорить с ним было трудно.
– Слушай дальше, – сказал я. – На этом чудеса не кончились.
– После ментов, которые тебя отпустили, больших чудес случиться не может, – скептически произнес Котя.
Через десять минут я закончил рассказ про башню и ехидно спросил:
– Как оно? Удивительнее ментов?
– Где эта башня? – спросил Котя.
– Вон, – показал я.
Котя снял и протер очки. Сказал:
– Это старая водонапорная башня.
– Да, конечно. С виду.
– И ты можешь меня туда провести?
– Ага.
– Пошли. – Он решительно поднялся. – Хотя я совершенно убежден, что дверь не откроется или внутри башни не окажется ничего странного…
Если честно, этого боялся и я. Откуда мне знать, могу ли я провести кого-то с собой? Быть может, проход между мирами работает только для меня. Это даже было бы логично.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
