Так он сделал по двум причинам. Во-первых, не хотел раньше времени столкнуться с Романовым, который со всей своей компанией остался решать примеры, а во-вторых, спешил навестить Антипку. Быстрым шагом Краснослав вышел на улицу и отправился на задний двор, где чёрным угольным дымом пыхтела длинная ржавая труба кочегарки.
Тяжёлая железная дверь жалобно скрипнула на петлях, и капитан Кувалда скользнул в душный полумрак.
— Эй! Есть кто?! — воскликнул он.
Ответа не последовало.
— Антипка! — позвал Кувалда.
Огромная чёрная печь мерцала раскрытым зевом, в котором догорали пышущие жаром багрово-красные угольки. Будто металлический голем широко открыл рот и готовится дохнуть пламенем.
Краснослав осторожно прошёл чуть дальше вглубь кочегарки, готовый к любому исходу. Он заранее влил Живу в кулаки, насторожился, осмотрелся по сторонам, но увидел только низенький топчан, на котором храпел Антипка. Из его рта стекала тонкая ниточка слюны, одна нога твёрдо стояла на полу, заземляя кочегара-шпиона. Рядом с топчаном валялась пустая бутылка из зеленоватого стекла.
Капитан Кувалда тоскливо глянул на спящего мужика. Длинные усы Антипки, в прошлую встречу воинственно торчавшие, теперь обвисло лежали на красных щеках. Кувалда поморщился, когда разглядел застрявшие в них остатки квашеной капусты. В целом дядин человек вид имел жалкий, и, быть может, в чём-то даже оскотинившийся.
Поэтому Краснослав подошёл к топчану, морщась от вонючего сивушного перегара, и ткнул Антипку носком туфли. Тот промычал что-то невнятное и попробовал отвернуться, но капитан снова пихнул его в бок.
— Вставай, чёрт тебя подери, — буркнул Кувалда.
Антипка кое-как продрал глаза, подслеповато щурясь, уставился на тёмную фигуру, нависшую прямо над его топчаном. По его лицу промелькнула тень узнавания.
— А-а-а, вашбродь… Не серчайте, сейчас, сейчас… — с явной неохотой произнёс кочегар, потягиваясь и растирая заспанное лицо.
Кувалда не был уверен, что мужик вообще в состоянии что-то запомнить и передать Дормидонту Ильичу. Мелькнула мыслишка известить дядю через записку, но Краснослав посчитал это ещё менее надёжным способом.
Изрядно помятый Антипка встал, нервно косясь на барчука, потянулся было за бутылкой, вовремя опомнился и поэтому просто доковылял до рукомойника и умылся холодной водой.
— Звиняйте, вашбродь… Перебрал вчера малость… — попытался оправдаться он.
Кувалда на эти слова только хмыкнул. Слишком подозрительное совпадение.
— В честь чего праздник? — спросил он.
Антипка понуро вильнул плечами, мол, как-то само всё так получилось.
— Агнию вчера пытались похитить, — отчеканил Кувалда.
Мужик побледнел, моментально трезвея.
— А… Э… — промычал он, но Краснослав жестом приказал ему помолчать.
— Жива, здорова, в гимназии. Но только по случайности. Повезло, — добавил молодой барин.
Антипка с облегчением вздохнул. Наверняка дядя поручил ему приглядывать за Агнией, и в случае такого инцидента Антипке бы просто открутили голову. Но даже после неудачной попытки похищения у него обязательно спросят, где он был в этот момент и что делал.
— Барину доложить ведь надо… — кочегар почесал затылок, отчаянно придумывая способы выкрутиться.
— Доложишь, как можно скорее, — подтвердил Кувалда. — Дормидонт Ильич должен знать.
— Всё доложить? — уточнил разом погрустневший Антипка.
Краснослав на миг задумался. Если кочегара заменит какой-нибудь другой дядин человек, нужно будет его заново вербовать и демонстрировать силу. Лишняя морока.
— Про пьянку не говори. Скажешь, погнался за каретой и отстал. Я подтвержу, если что, — произнёс капитан Кувалда, ещё плотнее усаживая Антипа на крючок обязательств. Теперь будет служить не за страх, а за совесть.
— Спаси вас Господь, барин! — воскликнул тот, едва не падая на колени, но Краснослав успел его остановить.
— Где был вчера, рассказывай, — потребовал капитан. — Всё вспоминай, в подробностях.
Кочегар замялся, но утаивать правду не рискнул.
— Так там же… У Макара на Гороховой…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кувалда вспомнил ту маленькую распивочную, тёмную, душную и скверную. Далековато от Гимназии, но зато дёшево и сердито.
— Зашёл, рюмочку пропустить, значит-с… — выдавил Антипка.
Но бутылки на полу говорили, что рюмочкой дело не ограничилось.
— Ну и? Дальше что? — нетерпеливо спросил Краснослав. Он уже опаздывал на следующий урок.
— Ну вот, ко мне там тип какой-то и подсел, мы с ним и выпили. А потом ещё выпили.
— Какой тип?
Антипка неопределённо пожал плечами.
— Он не сказал, но по виду то ли студент, то ли чиновник какой из простых… Сказал, уважить старого солдата хочет. У меня ж четыре ранения, да контузия ещё, турка мы воевали, вас ещё, вашбродь, на свете не было…
Кувалде снова пришлось остановить его, пока Антип окончательно не погрузился в воспоминания.
— Что говорил? Откуда узнал, что ты воевал? — спросил он, нутром чуя, что это всё неспроста.
— Дык я думал, видно по мне… — пожал плечами ветеран. — Говорил он мало, всё наливал больше.
— На лицо описать сможешь?
— Лицо как лицо. Рябой немного, так это много у кого так. Темно там было, я не особо-то и глядел, — понуро ответил Антип.
Кувалда понял, что дядя выбрал совершенно не того человека на роль тайного агента. Солдатом, возможно, Антип был хорошим и умелым, но работа разведчика в корне отличается от службы простого пехотинца.
— Ясно. Судя по всему, это был сообщник похитителей, — объяснил он.
— Господи Иисусе! — воскликнул Антипка.
Кувалда не сомневался, что скорее всего кого-то отправляли и за ним, но просто не обнаружили на месте. На мгновение даже стало интересно, хотели его тоже похитить или всё-таки убить, но проверять не хотелось. Хотелось схватить кого-нибудь из этих мерзавцев за горло и придушить. Но вместо этого Краснослав должен был идти и зубрить химию.
— Значит так, — произнёс капитан. — Пить с незнакомцами запрещаю.
— Ни в жисть больше, вашбродь! — поспешил ответить Антип, чем перебил Кувалду, который недовольно поморщился.
— За Агнией в оба глаза смотреть. Дормидонту Ильичу всё расскажешь, как мы с тобой договорились. Если получится — проследи за Романовым сегодня, завтра доложишь. Исполнять!
— Есть! — по уставному ответил Антипка, вытягиваясь во фрунт перед барчуком.
Капитан выправку оценил, кивнул.
— И бутылки убери, — добавил он, уходя. — Немец пронюхает, живо вылетишь отсюда.
Глава 22
На химию Кувалда безнадёжно опоздал. Просочиться незаметно тоже не получилось, поэтому он был подвергнут допросу с пристрастием по всем пройденным за год темам. Учительница, старая злобная мегера, пыталась даже задавать вопросы с подвохом, но бывалый пилот ловко обошёл все скользкие темы. В конце концов, она сдалась первой.
— Садитесь на место, Сычёв, — буркнула Констанция Львовна.
Кувалда прошёл через весь класс, как триумфатор, и уселся за парту рядом с князем Своловым.
— Ну ты выдал, — шёпотом хихикнул князь. — Это ж надо, к Кобре опоздать!
— Дела были, — отрезал Краснослав.
Всем своим видом он показывал, что не намеревается больше это обсуждать, и Сволов, тихонько хмыкнув, отвернулся к своим тетрадкам.
Краснослав скользнул взглядом по аудитории, невольно отмечая, что некоторые одноклассники и одноклассницы прячут глаза и перестают шептаться, когда он на них смотрит. История с похищением не осталась незамеченной и наверняка обросла выдуманными подробностями, как это часто бывает. И, судя по настороженным взглядам и затихающим шепоткам, его участие в этой истории тоже не ускользнуло от общества.
Он увидел в стайке одноклассниц ту самую девушку, соседку Агнии. И сейчас она находилась в центре внимания, шёпотом в очередной раз пересказывая события того вечера, а остальные девочки жадно внимали её словам, восторженно кивая и закатывая глаза в особо эпичных моментах.
