— А койотов тут нет? — спросил он. — Было зарегистрировано несколько случаев нападения койотов на людей, даже несмотря на зажженный костер. Они могут переносить бешенство. А змеи тут есть?
— Уилл! Мы теряем время. Если ты немедленно не угомонишься, то я отправлюсь одна.
Серп луны уже достиг зенита. Мне не хотелось долго тянуть с переходом. Когда мое терпение лопнуло, я достала медальон и сунула его под нос Уиллу. Теперь я не злоупотребляла гипнозом, но в прошлом, когда у меня были заказы на возвращение душ, делала это неплохо. Я понадеялась на то, что с Уиллом это сработает, и повела его дорогами бессознательного.
Медальон сработал, или же возымела действие моя угроза оставить его здесь. Наконец я заметила, что парень погрузился в первую фазу сна, идеальный момент для того, чтобы душа освободилась от тела. Держа наготове палочку, я притянула его дух к себе. Он прилип ко мне, словно заряд статического электричества, — невидимый, но ощутимый. Потом я очистила свое сознание, позволила ему расшириться и коснуться стен нашего мира, отодвигая границы к Миру Иному ровно настолько, насколько было нужно. Когда мое сознание оказалось уже на другой стороне, я продолжала сосредотачиваться на ощущениях собственного тела, изо всех сил пытаясь сохранить целостность. В отличие от большинства других шаманов, я могла переносить с собой даже всякие прочие материальные вещи, к примеру, одежду или оружие.
Сначала мне казалось, что ничего не происходит, потом пейзаж вокруг меня стал мерцать и переливаться, словно мы попали в мираж, порожденный жарой. Мои чувства притупились, я на мгновение потеряла ориентацию, но тут внезапно все вокруг прояснилось. У меня перехватило дыхание, в голове помутилось. Однако последствия перехода быстро прошли. Все-таки я специалист по хождению между мирами.
— Боже ты мой! — выдохнул голос, отдаленно напоминавший Уилла.
Я посмотрела в его сторону и увидела неземное воплощение Дилейни. Не обладая силами, достаточными для того, чтобы принять хотя бы вид элементала, Уилл предстал передо мной практически в том же виде, что и большинство духов в нашем мире. Это была смутная фигура, полупрозрачная и размытая.
— Ты это сделала! Ты в самом деле перенесла нас.
— Эй, моя жизнь — служение[3].
— Вообще-то, повелительница, это наш девиз.
Я оглянулась, старательно скрывая удивление. Мои слуги стояли передо мной, но выглядели иначе, чем в мире людей. Здесь, в Мире Ином, они материализовались, предстали в своем естественном обличье, а не как проекция их истинных форм, перенесенная в наш мир.
Нанди была высокой чернокожей женщиной лет сорока. Черты ее лица, резкие и угловатые, впечатляли своей царственной, ястребиной красотой. Чуть седые волосы обрамляли лицо, такое же холодное и бесстрастное, как и ее духовное воплощение.
Я думала, что Финн будет мелким и похожим на домовенка, и ошибалась. Он оказался примерно одного роста со мной, с сияющими, как солнце, волосами, торчавшими в разные стороны. Веснушки покрывали лицо, в ухмылке чувствовалось все то же веселье, которое он демонстрировал при встречах в моем мире.
Волузиан выглядел как обычно.
Разглядев их истинное обличье, я не знала, что и сказать. Это было довольно поразительно. Они же молча наблюдали за мной и ожидали приказа. Я кашлянула и попыталась напустить на себя важный вид.
— Ну хорошо, пора приниматься за дело. Кто-нибудь знает дорогу к этому мерзавцу?
Оказалось, что дорогу знали все. Мы стояли на перекрестке, точной копии того, что остался в моем мире. Вокруг простиралась прекрасная страна. Ее сумерки, наполненные теплом и благоуханием, были хороши, но иначе, чем тусонские вечера. Цветущие вишневые деревья стояли по сторонам дорог и роняли на землю розовато-белые лепестки, когда ветер колыхал их ветви.
— Мы находимся в Рябиновом Царстве, повелительница, — невыразительно пояснила Нанди. — Если мы отправимся по этой дороге, то в конце концов достигнем пределов Ольхового Царства, где правит король Эзон.
Я посмотрела на дорогу.
— И что, тут нет никаких желтых кирпичей?
Нанди шутки не поняла.
— Нет, дорога грунтовая. Нам предстоит долгий путь пешком. Скорее всего, вы найдете его утомительным и изматывающим. Он лишит вас бодрости духа и пробудит желание бросить эту затею.
— Блеск, а не реклама.
Нанди озадаченно посмотрела на меня.
— Это вовсе не реклама, повелительница.
Мы пустились в путь. Через пять минут я обнаружила, что общаться с этой троицей совершенно бессмысленно, и вместо этого сосредоточилась на изучении окрестности. Я несколько раз переносилась сюда в физическом теле, но никогда не задерживалась надолго. Большинство вылазок было связано с преследованием духов-правонарушителей. Обычно я делала свою работу быстро, одна нога здесь, другая там.
Красота здесь была такая, что горячее желание местных жителей пробраться в мой мир казалось мне нелепым. Птицы пели прощальные песни солнцу, уходящему на закат. Окрестные пейзажи были роскошны и поражали многоцветьем, словно ожившие полотна Томаса Кинкейда. Выглядели они практически нереально, словно реставраторы черно-белых фильмов сошли с ума.
Кроме всего прочего, тут повсюду было полно волшебства, причем сильного. Оно насыщало воздух, каждый цветок, каждую былинку. От него мурашки шли по коже. Я не любила магию, ни внешнюю, ни внутреннюю. Слишком уж это по-джентрийски. Люди магией не обладают. Мы вытягиваем ее из мира с помощью инструментов и заклинаний, не рождаемся с нею внутри. Ощущение чар, переполнявших воздух, нервировало меня так, что даже дышать было трудно.
Внезапно мы пересекли невидимую границу, и ветер обжег мою кожу холодом. На обочинах лежали снежные наносы, но сама дорога оставалась чудесным образом чистой. На ветвях деревьев, словно елочные игрушки, грациозно висели сосульки.
— Какого черта тут происходит? — воскликнула я.
— Это Ивовое Царство, — пояснил Финн. — Сейчас зима. Здесь зима, я хотел сказать.
Я оглянулась. Далеко позади, сколько хватало глаз, тянулся холодный, белый пейзаж. Цветущих вишен и след простыл. Я обхватила себя руками.
— Нам обязательно сюда идти? Тут же такая холодрыга!
— Вы единственная, кто здесь мерзнет, — ехидно заметил Волузиан.
— Ага, — радостно сообщил Уилл. — Я ничего не чувствую. Вот ведь круто! Бьюсь об заклад, ботинки не защитят вас от гипотермии.
Я закатила глаза. Идиотские духи. Все четверо. Хоть живые, хоть нет.
— Сколько нам еще идти?
— Если будем тут стоять, то еще долго, — съязвил Волузиан.
