Читаем без скачивания Техномагия - Ярослав Коваль

- Вставай, вставай! - услышала она словно сквозь вату. Ктото тряс ее за плечо. Девушка подняла тяжелую спросонок голову и уставилась на Лети. Та казалась донельзя испуганной и в этот момент совершенно не напоминала кошку. - Послушай, послушай!

Кайндел приподнялась на локте. Динамик над дверью, неизменно разражавшийся строго в семь нольноль утра какойнибудь пронзительной музыкальной композицией, молчал, но зато работали динамики в коридоре. Лети спорхнула с кровати соседки, распахнула дверь, и звук стал намного отчетливей. «Какая хорошая звукоизоляция», - пришло в голову Кайндел, которая никак не могла заставить себя проснуться.

- Внимание! - бесстрастно вещал ктото по внутренней связи, и голос его разносился по коридорам и комнатам. - Нападение на базу. Всем боевикам и магам немедленно подняться на первый наземный уровень и занять свои места в соответствии с экстренным расписанием.

- Идем! - выдохнула Лети. - Всех зовут… Ты слышишь?

- Курсанты! - вопль Ильи Тверского ненадолго перекрыл голос из динамиков. - Хватайте оружие и вперед! На базу совершено нападение!

- Без тебя бы не поняли, - проворчала, вскакивая, Кайндел. Выдернула из ножен, лежавших на подставке, свой меч. Оружие ей вручили три дня назад, когда начались занятия по фехтованию. Ножны она даже не стала снимать с подставки. Зачем они ей?

Курсанты понеслись по лестнице вверх единой волной. Впереди всех бежал Абдагаро Джаншуру, которого и за глаза, и в глаза уже почти привычно называли Горо. Он перемещался очень забавно, согнувшись, словно орангутанг, уронив нижнюю пару рук к самым коленям, а верхнюю подняв. В каждой правой конечности у него был зажат меч, в верхней - короткий, больше похожий на кинжал или римский гладиус, в нижней - здоровенная стальная дура, сошедшая бы в руках средневекового человека за двуручник.

Кайндел неслась одной из последних - сказались сонливость и боль в мышцах. Гдето за очередным поворотом она отстала совсем, даже притормозила немного, чтобы сориентироваться, и поняла, что почти заблудилась. Нет, конечно, сообразить, куда приблизительно бежали ее соратники, было можно, но сейчас девушка находилась в той части базы, которую прежде никогда не видела. Уже какоето время она обитала на весьма ограниченном пространстве жилых комнат и учебных зал и, не желая вызывать подозрений, старалась не выходить за установленные рамки. Даже если ее терзало любопытство.

Сейчас она ощущала неуверенность. Впрочем, обладая великолепной тренированной памятью, Кайндел в любой момент могла повторить весь обратный путь, так что понастоящему заблудиться не могла. Но она оказалась в одиночестве, и будто повторился тот момент, когда, вырвавшись из рук бывших соратников, она почувствовала себя будто бы осиротевшей и совершенно беззащитной. Здесь, в пустых коридорах и залах, ей никто не смог бы оказать поддержку.

Проскочив еще один поворот, она оказалась на пороге огромного помещения, напоминавшего ангар. Оно пустовало, только в центре по какойто фантазии строителей был сделан широкий плавный пандус, достаточно широкий, чтобы по нему мог проехать грузовик, - он поднимался в аккурат к широкому дверному проему, где сейчас стояла девушка. На уровне верхнего конца пандуса залу опоясывало чтото вроде галерейки, по которой без труда могли бы пройти в ряд два человека. Кайндел с любопытством заглянула в помещение, огляделась - у одной из стен возвышались сложенные пирамидой пустые бочки (полные так не кладут), в противоположном от пандуса углу виднелся ободранный механический остов, в котором с трудом можно было угадать грузовик, лишенный кузова, кабины, колес и прочих привычных элементов.

Она шагнула на пандус, и в этот момент со скрипом раскрылись огромные железные двери на противоположном конце залы, а в дверях появились люди в сером. Их поведение говорило о том, что они здесь чужаки, и даже если бы Кайндел забыла, что оэсэновцы носят единообразную форму, она все равно узнала бы боевиков Алого Круга.

Девушка глубоко вздохнула - ей хотелось развернуться и убежать, но она взяла себя в руки и осталась стоять. Краем глаза следя за рассыпавшимися по зале боевиками (впрочем, к пандусу пока не приблизился ни один), она сосредоточилась только на одном из них, внешне, казалось, ничем не выделявшемся, одетом и экипированным так же, как и остальные, но с алым поясом. В отличие от своих подчиненных, он уверенно подошел к пандусу и, остановившись внизу, посмотрел на Кайндел - сперва удивленно, а потом с негодованием.

- Ты? - спросил он громко и недоверчиво.

У него были густые, немного вьющиеся темные волосы, темные глаза и гладкая, тронутая загаром кожа.

Кайндел, смотревшая только на старого знакомца, конечно, не заметила Варлока, выглянувшего из правой боковой двери, низенькой и узкой, ведущей на бетонную галерейку невнятного назначения. Маг, шагнув за порог, мягким кошачьим движением скользнул к массивной вентиляционной колонне и за нею укрылся от посторонних глаз. Ему, конечно, было плохо видно курсантку и адепта Круга, но зато слышал он все великолепно.

- Я, - спокойно подтвердила девушка.

У темноволосого на лице появилось искреннее отвращение.

- Знаешь, если бы мне сказали, что ты пошла служить этим… человекам… Я бы не поверил.

- Собачки служат, - холодно отозвалась Кайндел. - Я работаю.

- Работаешь?! - Он сделал к ней шаг. - Ты предаешь нас и предаешь себя. Я никогда не думал, что ты на это способна. Просто в голове не умещается…

- А я никогда не думала, что те, кого я давно знала и кому доверяла, способны приговорить меня к смерти лишь потому, что я не согласна идти их дорогой. Это у тебя в голове умещается?

- Я был против того, что Ночь и Звездный Свет сделали с тобой. Но теперь вижу, что они не заблуждались. И следовало, пожалуй, действовать жестче.

- Сразу убить, да?

- Не я, а ты ушла к людям. Может, еще и учишь их?

- Ты мог бы сообразить, что знания о нашей магии я даже при желании не смогу передать людям ОСН. Они для них бесполезны.

Выражение лица адепта Алого Круга стало таким озадаченным, что это заметил даже Варлок. Он слегка подался вперед изза вентиляционной колонны, но, смекнув, что его могут заметить боевики, спрятался обратно. Разговор начинал интересовать его все больше и больше.

- В таком случае тебе здесь и вовсе нечего делать, - произнес адепт Круга.

- Думаю, я и сама разберусь, где мне следует быть, а где нет.

- Ну, покинула Круг, ладно… Но переходить на сторону врага - это гнусно. Ничто не может оправдать предательство.

- Ты прекрасно знаешь, кто я такая. - Варлок не видел Кайндел, но по тону голоса догадался - она улыбается. - Ты знаешь, что предать я могу только одно существо в мире - саму себя.

- И ты считаешь, что не сделала этого, перейдя на службу к этим людям?

- Нет, не считаю, - в голосе скользнуло презрение. - Ты пришел сюда, чтоб читать мне мораль?

В этот момент ее противник нанес магический удар.

Варлок ощутил лишь слабый отзвук этого воздействия, но оно показалось ему весьма чувствительным. Он выглянул, пытаясь понять, что стряслось с Кайндел, но обнаружил, что девушка попрежнему на ногах и, судя по движениям ее рук, собирается адекватно ответить.

Как чародей, Варлок уже два года назад практиковал довольно сложную магию и давно понял, что чары всяк может создавать, как ему нравится. Можно, как предпочитали многие, составлять звуковое заклинание, то есть подбирать слова на какомнибудь малоизвестном или вовсе несуществующем языке, можно творить волшебство жестами и беззвучно - суть состояла не в этом. Любой способ выразить магическое действие лишь помогал концентрации сознания на достижении нужной цели, и избранный каждым отдельным чародеем способ говорил лишь о личных предпочтениях.

Конечно, курсантов ОСН учили колдовать при помощи жестов и заклинаний, в которых чаще всего использовались слова и выражения латинского, греческого и древнееврейского языков, а также разгадывать подобные жесты и заклинания у противника. Но все это являлось совершеннейшей условностью… Подобные приемы помогали лишь сориентироваться и сосредоточиться.

Поэтому манера Кайндел работать с энергиями не столько удивила Варлока, сколько заинтересовала. Он высунулся изза вентиляционного выступа и, окружив себя надежной защитой, попытался понять, чем все это может закончиться. По логике ему следовало броситься спасать курсантку, но куда более важным сейчас представлялось узнать, на что она способна, а также каковы в действительности ее взаимоотношения с былыми соратниками.

Кайндел, не мудрствуя лукаво, увела в сторону от себя брошенное первым заклинание и непринужденно построила вокруг себя защиту. Она не произнесла ни слова, пользуясь только руками, но и руки ее двигались весьма скупо. В конце концов, нельзя же составить заклинание, стоя, будто столб, - движения всетаки организуют и направляют энергетику чародея. Противник девушки поспешил атаковать ее еще раз, но та просто выставила перед собой ладони, и на пути чужих чар в одно мгновение вырос плотный, видимый лишь взгляду мага щит. Он казался хрустальным, слегка переливался, но стал для вражеского заклинания непреодолимой преградой.