Эти факты обычно объясняют различением двух типов левшества: 1) биологического, который онтогенетически доброкачественен и не позволяет отличать его носителей от кого-либо еще, и 2) патологического, являющегося компонентом синдромов дефицитарного развития. Первый отражает «генотип левшества», тогда как последний – фенокопию. С этой выгодной позиции теоретики пытаются объяснить, что опосредует отношения между «быть левшой» и «иметь задержку развития».
Другое утверждение: левшество, само по себе, ‹…› не только компонент невропатологического синдрома; скорее, оно связано статистически с патогенетическим фактором (в других случаях не относящемся к рассматриваемой проблеме). Причем связано взаимоотношениями, которые могут действовать на хромосомном уровне, столь далеком от поведенческого.
Целью настоящего обсуждения является систематизация находок в отношении психических возможностей леворуких для сопоставления относительных заслуг этих двух радикально разных, но перекрывающихся подходов. С другой стороны, такой анализ позволит перейти к рассмотрению «посредников» между левшеством и когнитивными трудностями.
Патологическая леворукость
Концепция патологической леворукости (Gordon, 1921; Satz, 1972) опирается на всеми принятую точку зрения: правшество – это генетически определенная черта. Предполагается, что патологический левша – генотипически праворукий индивид, демонстрирующий леворукий фенотип вследствие гипотетического раннего очага, вовлекающего левое полушарие. Этот очаг (гипотетически) должен вовлекать левую моторную зону. Как показали исследования ранних повреждений мозга (Rasmussen, Milner, 1977), предпочтение правой руки (и левосторонняя латерализация речи) довольно-таки устойчиво противится контралатеральному смещению, если только значимое раннее поражение прямо не вовлекает локус мануального контроля – классические речевые зоны. Olmsted и Villablanca (1979) сделали аналогичные выводы, изучая периферическую латеральность на животных.
Однако почти всегда в этих рассуждениях недостает прямых доказательств наличия раннего левостороннего повреждения мозга, за исключением случаев детского церебрального паралича с правосторонней гемиплегией (здесь предпочтение левой руки диктуется явным нарушением правостороннего моторного контроля). Поэтому исследователи искали «союзников», позволяющих обнаружить такое поражение.
Bakan, Dibb и Reid (1973) сообщили о высоком показателе признаков «родового стресса», ретроспективно приписанного себе студентами колледжа (не-правшами), и интерпретировали эти находки, чтобы показать что не-праворукость вообще патологична. Попытки подтвердить корреляцию между левшеством и стрессом при родах дали противоречивые результаты. Это понятно, так как в противном случае все получившие стресс при родах были бы левшами. Аналогично этому семейное левшество не может быть рассмотрено как фактор риска раннего поражения мозга родившихся в такой семье детей ‹…›
Может быть, левши имеют генетическую уязвимость к факторам, приводящим к травме в родах, а родовая травма может, в свою очередь, вызвать патологическую леворукость. Но многие левши, очевидно, не были тяжело поражены. Поврежденная популяция включала бы тех субъектов, у которых этот фактор риска имел бы более значительный эффект.
Bishop (1984) сосредоточила внимание на относительном проворстве правого и левого указательного пальца, получившего отражение в скорости постукивания. Она постулировала, что патологические леворукие должны иметь относительно сниженные показатели по правой руке. Она основывалась на данных, полученных в широкомасштабном исследовании, и по ее оценке количество патологических левшей составляло около 1 % от всей популяции. Gillberg, Waldenstrom и Rasmussen (1984) тоже идентифицировали неловкость непредпочтительной руки как особенно распространенную у леворуких и часто сочетающуюся с неврологической дисфункцией.
Silva и Satz (1979) изучали больных с фокальной эпилепсией, разделив их на подгруппы с точки зрения: 1) стороны ведущего эпилептического фокуса и 2) раннего или позднего начала повреждения мозга, вызвавшего судорожные приступы. Они обнаружили, что подгруппа с левосторонним очагом и ранним началом заболевания имела самое большое количество случаев неправшества. В развитие этих данных, Сатц с коллегами попытались идентифицировать синдром патологического левшества, основываясь на соматической асимметрии. Они сосредоточились на поисках у этих испытуемых несколько меньших размеров правой ладони и правой ступни по сравнению, соответственно, с левыми (Satz, Orsini, Saslow, Henry, 1985).
‹…› Работы должны опираться на заключения, основывающиеся на статистическом анализе. Например, если некоторая особая невропатологическая популяция включает в себя значимо более высокую пропорцию не-правшей, чем найдено у их родителей, можно думать, что излишек не-правшей в изучаемой выборке должен быть образован за счет патологических не-праворуких. В таком случае корреляция предпочтения руки между пробандами и родителями, которая обычно незначима (Hicks, Kinsbourne, 1976 b), должна быть нулевой.
Неоднократно обнаруживалось непропорциональное множество левшей среди субъектов с умственной отсталостью. Batheja, McManus, 1985); Bradshaw-McAnulty, Hicks и Kinsbourne (1984) показали, что это преобладание больше выражено среди тяжелых случаев, чем среди умеренных. Что это отражает – причину поражения мозга, которая непропорционально поражает левшей, или же само левшество оказывает влияние на факторы, вызывающие умственную отсталость? Если личная леворукость у умственно отсталых пробандов отражает семейное левшество, должна быть значимая корреляция между предпочтением руки у пробандов и у их родителей. Если левшество патологическое, фенотип леворукости, не отражающий семейный генетический вклад, не должен значимо коррелировать с предпочтением руки у родителей.
Суммируя, заметим, что существует ряд косвенных доказательств предположения о том, что патологическая леворукость содействует преобладанию левшей в популяции. Никаеи альтернативные объяснения полученных в исследованиях фактов пока не формулировались.
Раннее поражение левого полушария и леворукость
Итак, в концепции патологического левшества выводы о нарушении развития опираются на правдоподобность представления о том, что одна и та же предшествующая причина может определять как фенотип левшества, так и нарушение развития… Раннее поражение мозга неопределенной природы обычно приписывается (с имплицитным допущением) тому, что такое повреждение всегда принимает на себя левое полушарие. В настоящее время формулируются предположения о том, что причина подобной, предположительно левополушарной дисфункции может быть эндогенной, а не экзогенной.
Geshwind, Bahan (1982) предположили, что тестостерон, продуцируемый плодом in utero, угнетает скорость созревания левого полушария. Высокий уровень тестостерона дает возможность правому полушарию приобретать контроль над ведущей рукой. Geshwind, Galaburda (1985) подтвердили, что тестостерон избирательно тормозит пренатальное развитие левого полушария. Они ссылались на данные аутопсии (Chi, Dooling, Gilles, 1977), указывающие на несколько более ранее формирование некоторых извилин в правом, чем в левом полушарии. Отсюда следует, что у мужчин-левшей и в особенности у мужчин леворуких, отставание левостороннего формирования извилин должно проявляться более выражено ‹…›
Другое предсказание, следующее из тестостероновой гипотезы Гешвинда: у левшей должны развиваться только левополушарные синдромы. Это более правдоподобно в отношении таких якобы левополушарных заболеваний, как дисфазия, дизлексия, или заикание, чем для умственной отсталости, при которой дисфункция двусторонняя, или аутизма, при котором она может иметь разнообразное распространение (Fein, Humes, Kaplan, Lucci, Waterhouse, 1984). Левша должен, пожалуй, проявлять повышенные возможности правого полушария. Авторы некоторых работ нашли, что дизлексики превышают нормы в зрительно-пространственных (правое полушарие) способностях (Gordon, 1980), но неясно, проявляется ли это больше у леворуких, чем у праворуких дизлексиков. Benbow (1985) нашел избыточное количество леворуких среди детей, которые были исключительно одарены либо в вербальных, либо в математических сферах. Тот факт, что раннее речевое, как и математическое развитие связано с леворукостью, делает сверхразвитие правого полушария непривлекательным объяснением этих результатов. На широкомасштабной шкале психометрических популяционных исследований, разделенных по предпочтению руки, никто не показал преимущества леворуких в развитии пространственных способностей.
