сиденье на место, но диван держал крепко.
– Кнопку! Нажми кнопку! – полузадушено завопила Дунда, и Коза повернулась к спинке дивана, на которой красовались несколько кнопок.
– Синюю! – крикнула Дунда, но было поздно – Коза нажала зелёную кнопку, диван подпрыгнул, резко раскрылся, и Дунда взлетела в воздух едва не впечатавшись в потолок.
– Нда, – промолвила она, приземлившись, – я и забыла, что он неисправен. Но ничего, я его починю, потом, если не забуду. Сядь в кресло, оно, кажется
нормально работает.
– Спасибо, – ответила Козаура, – но я наверно лучше постою.
Однако Дунда и слышать этого не хотела, и Коза опасливо присела на краешек кресла очень похожего на тот диван, но на этот раз всё обошлось. Дунда уселась на стул и нажала какую-то кнопку на столе. Послышалось гудение, и в комнату въехал сервировочный столик. Колёса его выделывали восьмёрки, но зато он казалось жил самостоятельной жизнью. Подъехав к столу, столик выдвинул металлическую палку, (манипулятор, как объяснила Дунда), увенчанную мокрой тряпкой из видавшей виды материи, и протёр крышку. Потом застелил стол белой с застиранными разводами скатертью, спустил трап с подвижной резиновой дорожкой и сгрузил на стол две вполне чистые тарелки, (правда от них попахивало ацетоном), две ложки, тарелку с хлебом, набор специй и супницу в которой что-то булькало.
Вспомнив салат, который Дунда ела в школе, Коза поглядела на эти приготовления с лёгким ужасом. Но тут Дунда, прекрасно разобравшаяся в её чувствах, подмигнула новой подружке и заявила:
– Не боись, здесь нет машинного масла!
С этими словами она открыла крышку супницы, и оттуда повалил густой пар, распространяя аппетитный запах. Коза давно уже переварила и кочанчик, и журнал, а потому её желудок исполнил знакомую всему миру песню желания и надежды.
Суп, а это был именно суп, оказался наславу! Превосходная смесь отменной капусты, морковки горошка, кабачков, картофеля и лука! Не хуже того, что готовила мама Дереза. Коза набросилась на него со всем возможным усердием, и её тарелка мигом опустела.
– Ой! – вдруг вскрикнула Коза и схватилась за челюсть.
У неё изо рта вывалился небольшой гаечный ключ, и со звоном упал в тарелку.
– Так вот где он был! – воскликнула Дунда обрадовано. – А я-то уж решила, что потеряла его. Наверное, забыла в кастрюле, когда чинила "Автоповар".
– Что ты чинила? – спросила Козаура.
– Автоповар. Ну, это машина у нас такая, еду готовит, а то это занятие скучное и я его не люблю, а дедушка и вовсе не умеет.
Коза уже выяснила по дороге к Дунде, что живёт она в доме вдвоём с дедушкой, потому что родители вечно в отъезде. "Они у меня путешественники, – с гордостью говорила Дунда, – учёные! Представляешь? Они всегда, как вернутся из путешествия, так и навезут всяких разных штуковин! Все шкафы завалены артефактами, а ещё чердак забит и подвал, развернуться негде. Одно плохо – вечно они уезжают куда-нибудь и надолго! Минимум на полгода. Погостят недельку – другую и отправляются изучать какую-то древнюю Смелодонию. А я ведь их так люблю! С собой не берут даже в каникулы, но обещали взять, когда вырасту, поэтому я хочу вырасти побыстрее, а то надоело их всё время ждать. Так что живём мы тут с дедушкой вдвоём и, конечно же, привыкли, но дед вечно на родителей ворчит. Хотя, он на всех ворчит, и на тебя будет. Да ты не бойся! Он добрый, а сейчас его вообще дома нет – укатил в гости. Я ему как раз новую инвалидную коляску сделала, только мотор поставила слишком сильный. Он как врубил полный газ – только столб пыли по дороге поднял. Я даже и не разобрала, что он мне там кричал?"
Всё это Дунда рассказала Козауре, когда они подходили к дому, а сейчас за чаем, который организовал тот же столик, (чай, как чай, но вместо сахара столик манипулятором зачем-то положил в чашки по две новенькие блестящие гайки), Дунда разговорилась о тех артефактах, которые привозят её родители. Ради одного из них они собственно сюда и пришли.
– Понимаешь, – объясняла Дунда, – ну это вроде как зеркало, хотя похоже на сковородку только без дна. Я даже подумала сперва, что это теннисная ракетка такая древняя. Оно бронзовое с ручкой и круглой рамой, а по краям картинки или буквы всякие неизвестные, а может иероглифы? Я в этом ничего не понимаю. Но вот если один такой иероглиф потереть, то можно увидеть прошлое, а другой – будущее. Да не смотри ты так! Не вру я! Сейчас всё сама увидишь.
С этими словами Дунда встала и вышла из комнаты. Некоторое время стояла тишина, прерываемая лишь тиканьем часов, которое почему-то исходило из-под шкафа у стены напротив. Вдруг что-то грохнуло, покатилось со звуком пустого ведра и целой горы бьющихся бутылок. Потом в отдалении упал с печальным звоном медный таз, что-то негромко взорвалось, и кто-то поскрёбся в двери с таким звуком, что Козауре захотелось выпрыгнуть в окно.
Но тут на пороге возникла чумазая, вся в пыли Дунда, на рожках которой была намотана паутина. Но, это обстоятельство её совершенно не трогало. Дунда просто вошла в комнату, и протянула Козауре странный предмет похожий на бронзовую сковородку с вырезанным дном. Странным в этом предмете было то, что круглый вырез на месте дна был, затянут лёгкой туманной дымкой. Коза даже подумала, что это пищевая плёнка, но это было не так. Её копыто свободно проходило сквозь эту преграду, не ощущая сопротивления.
– Не делай так, а то шерсть облезет, – предупредила её Дунда, и Коза тут же отдёрнула копыто. – Вот, смотри, как надо!
Она показала на два странных значка вырезанных на том месте, где рукоятка соединялась с окружностью зеркала.
– Работает просто, – объясняла Дунда, – наводишь на объект, прикасаешься к левому знаку – наблюдаешь его прошлое, к правому – будущее, если прикоснуться и поскрести – увидишь процесс изменения объекта во времени в ускоренном темпе.
– Это как? – не поняла Козаура.
– Вот смотри!
И Дунда навела "зеркало времени" на полузасохший цветок в горшке стоящий на окне, и прикоснулась к левому знаку. Коза заглянула в "зеркало", и увидела такое красивое и аппетитное растение, что, несмотря на сытный обед у неё потекли слюнки. Дунда поскребла значок, и цветок стал уменьшаться, как бы убираясь в землю.
– А теперь обратный процесс! – сказала Дунда, нажала и поскребла правый значок. Цветок в зеркале безжизненно повис, перегнувшись через бортик горшка. Козаура протёрла глаза и поглядела на стоящий, на окне цветок без помощи "зеркала". Цветок, как ни в
