Теноктрис покачнулась. Стоявшая рядом Лиэйн подхватила старую волшебницу, опередив Шарину. Магия — тяжелый дар, особенно если бремя знаний превосходит силу тела.
— Да, — произнесла Теноктрис, поднявшись при помощи Лиэйн на ноги. Она слабо улыбнулась. — Вы — Карус.
Король Карус глубоко задышал, отчего его грудь задвигалась подобно мехам.
— Леди Теноктрис… — начал он, но замолчал и отвел взгляд в сторону. Король так яростно сжал рукоять меча, что его белые пальцы покраснели.
— Леди Теноктрис, — продолжил Карус и, посмотрев на волшебницу, криво усмехнулся. — Я делал и буду делать все, чтобы защитить королевство до тех пор, пока мой потомок Гаррик не вернется на свое законное место. Я даже согласен взять на роль советника волшебницу, хотя предпочел бы в это трудное время довериться мечу.
Он отпустил рукоять оружия и вновь улыбнулся, на сей раз уже искренне.
— Но, дорогая леди, — негромко, то ли в шутку, то ли всерьез, произнес король, — пожалуйста, не испытывайте мое терпение. Я бы не хотел в запале отрубить вам голову, если вы примените магию, не предупредив меня.
К удивлению Шарины, Теноктрис присела в реверансе.
— Ваше Величество, я старая женщина, которая проводит больше времени за книгами, чем за колдовством, и с людьми военными познакомилась лишь недавно. Вы были для меня не человеком, а ждущим решения вопросом. Прошу прощения за непочтительность. Если это повторится, можете меня обезглавить.
Карус рассмеялся и вышел из-за стола. Лиэйн шагнула к нему, но не очень уверенно; Карус обхватил ее за плечи и без всяких церемоний поднял на руки, лицо его светилось радостью.
Бережно поставив смущенную Лиэйн на ноги, он протянул Теноктрис руки ладонями вверх.
— Я смотрел на вас глазами Гаррика с тех пор, как вы появились на берегу, — сказал он. — Наблюдал я и за вами, — обратился король к Лиэйн и Шарине. — Вы спасете королевство, когда оно будет на краю гибели, веще худшем, чем сейчас, положении. Вы вместе сделаете больше, чем мы с Гарриком поодиночке. Я знаю вашу доброту и уверен, что вы нужны королевству. Но, заклинаю вас именем Пастыря, дорогие леди, пожалуйста, не пугайте меня без лишней надобности. Договорились?
Теноктрис положила свои маленькие ручки на руки Каруса, то есть Гаррика. Огромные, с длинными пальцами и мозолями от меча на правой ладони руки.
— Договорились, — сказала она.
— Ваше Величество. — Голос Лиэйн был ровен, а выражение лица абсолютно непроницаемо. — Почему Заступник с Лаута пожелал избавиться от Гаррика? За титул Повелителя Островов с Орнифолом могли бы поспорить правители Сандраккана и Блэйза, но только не Лаут.
Карус пожал плечами, но когда отошел от Теноктрис, от недавней улыбки не осталось и тени.
— Полагаю, это связано с каким-то волшебством, — сказал он. — Как именно, не знаю. Но прошу вас, Лиэйн и все остальные, пожалуйста, называйте меня Гарриком или Вашим Величеством только в официальной обстановке. В остальное время я для вас просто Карус. А вы для меня — Лиэйн, Теноктрис и Шарина. Договорились?
— Хорошо, Карус, — сказала Шарина, и Теноктрис поддержала ее:
— Да-да, конечно.
Лиэйн же просто кивнула. Лицо ее оставалось напряженным. Наконец она выдавила из себя слабую улыбку, вздохнула и, немного расслабившись, рассмеялась.
— Да, конечно. Сожалею, что так получилось. Просто меня немного обескуражило ваше… твое предложение. Но я понимаю, для тебя это важно. Думаю, все будет в порядке.
— Вот и прекрасно, — заявил Карус. Похоже, поделившись своей тайной, он почувствовал себя увереннее, хотя стены по-прежнему как будто давили на него. — Перейдем к делу.
Посмотрев на женщин, король ухмыльнулся. Глядя на него, Шарина чувствовала, что может довериться Карусу так же легко, как Гаррику или Кэшелу.
— Дело в том, что королевство, во избежание раскола, нуждается в Гаррике. За ним пойдет и знать Орнифола, и простой люд. Его приказы они выполнять будут, по крайней мере большинство из них.
— Орнифол — это еще не все Острова, — тихо, но так, чтобы Карус услышал, произнесла Лиэйн.
— Нет, и никогда их не заменит, — сказал Карус, понимая, что его проверяют. — Гаррик будет управлять единым королевством, клянусь честью.
Он замолчал, на его лице вновь появилась улыбка. Глядя на Каруса, никто бы не усомнился в том, что перед ним молодой человек, а не старик, получивший это тело лишь несколько минут назад. — Правители других островов еще не покорились Гаррику, но даже сейчас они уважают его за то, что делается для блага королевства. И то, что Лердок использует Союз Запада в качестве заслонной лошади, доказывает это. Не так ли, госпожа?
Карус наклонился и, опершись на маленький круглый столик, потрепал Лиэйн по щеке, и та, несколько ошеломленная столь интимным жестом, слегка его оттолкнула. Теноктрис наблюдала за их забавой снисходительно, словно разглядывала порхающих вокруг подсолнечника зябликов.
Карус выпрямился и повернулся к Теноктрис.
— Пока все думают, что Гаррик продолжает править королевством, у тебя есть время, чтобы вернуть душу Гаррика в его тело.
— Ты вполне можешь сойти за моего брата, — сказала Шарина. — По крайней мере сейчас, когда ты в его теле.
— Да, я наблюдал за всем, что происходило в эти месяцы, с тех пор как он стал носить это. — Карус опять показал медальон, а затем убрал его под тунику. — Кроме того, все его воспоминания остались при мне.
— Тебе известно все, что знал Гаррик? — удивилась Шарина.
— Нет, — ответил Карус, — только то, что он помнил. Гаррик многое уже забыл, впрочем, как и все вы. Но я не хочу оказаться в неловком положении, когда кто-то поздоровается со мной на улице, а я не узнаю Кога ор-Варсела, у которого есть гусь, каждый день провожающий своего хозяина до таверны. Может возникнуть и другая проблема, хотя…
Карус нахмурился. Он дотронулся до стены, где были нарисованы сидящие на решетке и греющие на солнце крылышки птицы, и вновь стал похож на загнанного в угол тигра.
— Понимаете, — продолжил король приглушенным тоном, — я беспокоюсь не за то, что Гаррик уже сделал, а за то, что его попросят сделать. Мне придется поступать как подобает королю: принимать ответственные решения, сдерживать неприятеля, не допускать споров в совете. Я был королем, дамы, то есть, я хотел сказать, друзья…
Он ударил кулаком по левой ладони — раздался треск, будто где-то рядом прозвучал разряд молнии.
— Был королем и не справился с этой миссией! — закончил мысль Карус. — Я думал, что мудрость заключается в быстрых действиях, но иногда следовало повременить, а мне не хватало терпения, и я быстро выходил из себя, особенно когда не получал скорых результатов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
