Гаррик посмотрел на Шарину; их взгляды снова встретились. Она протянула ему руку, желая помочь встать на дрожащие от недавнего напряжения ноги. Один из Кровавых Орлов тоже попытался поддержать шатающегося принца, но Гаррик оттолкнул его. Сделав над собой усилие, принц выпрямился во весь рост и бросил злобный взгляд на Эйхеуса.
— Вы в порядке, Ваше Величество? — спросил Аттапер. Капитан десятки раз сталкивался со смертью и не страшился ее, но сейчас на его лице читался явный испуг.
Шарина понимала мрачные мысли Аттапера. Если бы Гаррик умер, в первую очередь в этом обвинили бы капитана. Произойди это сейчас, на Островах воцарился бы хаос.
Эйхеус посмотрел на Аттапера и громко обратился к толпе, словно Гаррика и не было рядом:
— Когда принц начал падать, то по выражению его лица я понял, что принц Гаррик, возможно, потерял рассудок. Даже у таких молодых людей, как Его Величество, может случиться помутнение сознания и…
— Нет, предатель, — перебил чужака Гаррик. Хотя эти слова произнес человек, как две капли воды похожий на ее брата, Шарина не узнавала в нем того, с кем выросла. Правой рукой принц схватился за рукоять длинного меча. — Я бы не потерял рассудок, если бы не твои магические фокусы!
— Ваше Величество? — удивился Аттапер. Солдаты, державшие Эйхеуса за руки, инстинктивно отступили назад. Тот открыл было рот, чтобы что-то ответить, но от испуга не смог выдавить из себя ни слова.
Гаррик выхватил из ножен меч, с которого стекали капли воды.
— Нет! — закричал Заступник и попытался отскочить в сторону, но было уже поздно. Острая сталь меча перерезала шею и прошла дальше. Голова Эйхеуса покатилась по земле, на лице уже навсегда сохранилось выражение страха, а тело рухнуло на месте.
Гаррик все еще держал меч в руке. С длинного, в несколько футов, клинка стекали яркие капли крови.
Когда Гаррик выхватил меч и нанес им удар, Илна сохранила полное спокойствие, даже не вздрогнула. Голова незнакомца в капюшоне цвета моря слетела с плеч, фонтаном брызнула алая кровь.
— Что ж, вот человек, который владеет своим ремеслом в совершенстве! — Чалкус вслух высказал то, о чем подумала и Илна. Девушка тоже знала свое дело и обратила внимание лишь на исполнение, а не на суть случившегося.
Происшествие — точнее, убийство — никак ее не тронуло. Илна не знала незнакомца, которому отрубили голову на берегу пруда, но ее не взволновало даже то, что расправу учинил Гаррик.
С другой стороны, Илна сама… Она надеялась, что сделала нужные выводы из ошибок прошлого, но это ничего не меняло. Ведь как ни крути, те преступления оставались на ее совести.
Сначала Илна не поняла, что делает Чалкус. Моряк пал ниц перед принцем и поклонился, подняв вверх руки. Своими движениями Чалкус показывал, что безоружен и не представляет опасности для жизни принца. То был знак уважения одного мастера по отношению к другому…
Гаррик опустился на колени, схватил мертвеца за рукав и резко дернул. Илна слышала о силе принца, но не думала, что ему удастся разорвать шелк и парчу голыми руками.
Ткань затрещала. Гаррик встал на ноги, вытирая лезвие меча об оторванный лоскут блестящей ткани. Девушка вздрогнула.
Один-единственный молниеносный удар меча заставил замолчать как стоявших рядом, так и тех, кто находился на другом берегу. Рядом с Илной теснились зеваки, желавшие разглядеть, что же произошло. Гаррик огляделся, словно ястреб на охоте, и взор его остановился вдруг на Илне, стоявшей на другой стороне пруда, всего в нескольких шагах от него. Когда девушка поймала на себе взгляд принца, сердце ее едва не выскочило из груди. Но это длилось лишь секунду.
— Гаррик? — произнесла Шарина. Она даже не пошевелилась, когда ее брат срубал незнакомцу голову — любое неосторожное движение несло с собой риск оказаться калекой, попав под горячую руку. На узорах своей ткани Илна видела лишь признаки угрожавшей принцу опасности, но никак не эту резню. Шарина и все остальные понимали произошедшее еще меньше.
Со стеклянного балкона вниз, туда, где стоял Гаррик и лежало тело мага, спустилась, слегка прихрамывая, Теноктрис. Солдаты из отряда Кровавых Орлов, не пропустившие волшебницу к принцу сразу, теперь смущенно, досадуя на самих себя, прокладывали ей дорогу через толпу. Гаррик увидел старуху и приветственно кивнул.
— Принцесса Шарина, — громко сказал он, — леди Лиэйн и вы, Теноктрис, мне нужно поговорить с вами. Пройдемте в зал для совещаний, там нам никто не будет мешать. Аттапер, никого не пропускать!
— Гаррик! — окликнула его Илна.
Она приподняла подол платья, готовясь перепрыгнуть искусственный поток там, где тот сужался. Чалкус, все видевший и наверняка понимавший больше, положил руку ей на плечо.
— Пусть останется! — прорычал Гаррик и, отвернувшись, что-то скомандовал солдатам.
Затем он снова взглянул на Илну. Рука, твердо сжимавшая меч, когда принц рубил голову волшебнику, сейчас предательски дрожала.
— Госпожа, — произнес Гаррик таким тоном, какого девушка никогда прежде не слышала от своего старого друга, — обещаю, мы еще побеседуем с вами, но не сейчас.
Повернувшись к ней спиной, он удалился.
Илна достала из рукава моток ниток, который машинально, без особой надобности, прихватила с собой, и начала вязать узлы, пытаясь привести в порядок мысли.
Девушка не замечала ничего вокруг. Тем не менее она знала, что смотрит на человека, которого любила с детства. Теперь между ними пылал адский огонь.
Дождевая вода накопилась в углублении камня, выдолбленного десятки лет тому назад. Гаррик изучал в ней свое отражение. Он уже больше не пугался нового лица. Эти черты были знакомы ему с самого рождения, пусть их и скрывала теперь густая растительность. Темные волосы поседели в том месте, куда, оставив глубокие следы, вонзились клыки огромного морского волка.
— Гар, пойдем ловить ящериц? — позвала Тинт. Девушка-обезьяна протянула к нему руку, но тут же ее отдернула. Она явно боялась дотрагиваться до него, когда он пребывал не в лучшем расположении духа. — Здесь в камнях живут ящерицы.
Гаррик посмотрел на нее.
— Тинт, ты понимаешь, что я говорю? — спросил он. — Когда я так говорю?
Девушка произносила слова, издавая щелкающие и хрюкающие звуки. Хотя Гаррик, теперь Гар, понимал ее, он не мог воспроизвести подобные звуки, впрочем, как и Тинт не смогла бы произнести обыкновенные человеческие слова.
Тинт пожала плечами и поскребла затылок.
— Тинт слышит, — сказала она немного скучающим голосом. — Тинт слышит и других людей тоже, только они не слышат Тинт.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
