Пруд был намного глубже, чем казался с берега. Над водой клубился туман. Солдат отчаянно колотил руками и ногами, но вода засасывала его, будто топкое болото. Стражник не успел скинуть с себя хотя бы шлем, и теперь тридцать фунтов стали, кожи и черненой бронзы тянули его ко дну. Даже у человека сильного и смелого шансов выплыть в таком обмундировании практически не оставалось.
Кэшелу не хотелось лезть в пруд. Он боялся воды, так как не умел плавать. Вот и теперь прежний страх обрушился на него с новой силой, но ноги, не слушая кричавшего об опасности голоса разума, несли его вперед, на помощь принцу.
Знакомый маг, с которым ему пришлось сегодня столкнуться в городе, стоял на мосту с поднятыми вверх ладонями. Двое солдат из отряда Кровавых Орлов схватили его за запястья и вынудили опуститься на колени. Незнакомец не сопротивлялся, понимая, что это бесполезно.
Кэшел прыгнул как можно дальше, словно пытаясь перепрыгнуть пруд. Очутившись в воде, он заколотил по ней обеими ногами и одной рукой, не выпуская из другой посох. Фигура его светилась магическим светом. Зажав посох в вытянутой руке, он огляделся вокруг в надежде обнаружить Гаррика. Уже стемнело, соль разъедала глаза, и Кэшел ничего не увидел.
Будучи деревянным, посох, даже несмотря на железный наконечник, легко держался на поверхности воды. К счастью, он был достаточно длинным и, по всей видимости, смог бы достать до дна. Если же такая попытка не увенчается успехом, то палку можно протянуть кому-нибудь из находящихся на берегу солдат, чтобы их с Гарриком вытащили, пока не поздно.
Если и это не удастся, то в последние мгновения жизни ему будет легче от мысли, что он хоть что-то пытался предпринять.
Завывал ветер. В какое-то мгновение Кэшелу показалось, что его зовет Шарина, но крик потонул в этом шквале.
Левой рукой Кэшел нащупал какую-то ткань и потянул ее к себе; вспышка молнии на мгновение осветила пруд, в котором он барахтался. Впереди в ста шагах виднелся берег, и течение само несло туда Кэшела.
Он не знал, где находится, и решил подождать, пока не окажется возле берега и сможет достать ногами до дна. Однако человек, которого он тянул за собой, оказался не Гарриком. Когда при вспышке следующей молнии он подтащил тонувшего поближе, то увидел, что тащит за собой незнакомую девушку примерно одного с ним возраста. Та смотрела на Кэшела застывшими от ужаса глазами. Внезапно придя в себя, незнакомка обеими руками ухватилась за его пояс.
Кэшел нащупал посохом дно, затем сделал несколько шагов, гребя рукой. Девушке тоже удал ось достать до дна ногами, но течение потянуло ее назад, и только усилие молодого человека помогло ей вновь приблизиться к суше.
Кэшел поглубже воткнул посох в ил, чтобы передохнуть немного, но вода вокруг забурлила, и он снова двинулся к берегу. Он не понимал, что происходит, но точно знал, что должен идти — на это имелось слишком много причин.
Течение несло его обратно. В свете вспышек молний слева от себя он увидел разбившийся во тьме о скалы корабль. У рифов волны поднимались выше мачтовых столбов. В воде барахтались люди, но смытые волнами с борта разбившегося корабля тюки с грузом не позволяли юноше толком сосчитать тонувших моряков.
Течение отпустило его. Кэшел и девушка зашагали к берегу быстрее, вода доставала им лишь до колен. На прибрежных камнях девушка поскользнулась, но Кэшел не остановился. Цепляясь за его пояс, незнакомка поднялась и преодолела последние до берега ярды уже самостоятельно.
Внезапно Кэшел услышал долгий, протяжный скрежет. Он решил, что это завывает в обломках корабля ветер. Но оказался не прав. Когда Кэшел оглянулся, его обуял такой ужас, что юноша с трудом удержался на ногах…
У рифа над разбившимся кораблем возвышалась огромная голова чудовищной рептилии. При свете молнии Кэшел хорошо разглядел на коже влажные чешуйки с опаловым блеском. Чудище зависло над водой еще на несколько секунд, затем исчезло в морской пучине.
Девушка упала на песчаный берег. Кэшел поднял ее на руки и отнес подальше, туда, где их не доставали даже самые сильные волны.
Бережно опустив незнакомку на песок, он достал из-за щеки колечко и бросил его в кошелек, всегда висевший на шнурке на шее Кэшела. Пальцы онемели, юноша весь дрожал от холода.
Собравшись с последними силами, в благодарность за спасение он заложил алтарь Пастырю. Но опоздал. Совсем немного…
Глава третья
Гаррик ударился о воду лицом. Он не потерял сознания, просто слегка оцепенел, словно накачанный парализующими снадобьями.
Яркая вспышка вывела его из этого состояния. Он попытался закричать, но рот тут же заполнился водой и гниющими листьями, и крик превратился в удушающий хрип.
Сильно забив о воду руками, Гаррик ухитрился всплыть. И он, и Шарина чувствовали себя в воде как выдры, и лишь немногие в деревне Барка могли похвастать таким же мастерством. Даже уходившие на лодках далеко в море рыбаки, каждый день рисковавшие попасть в шторм, были не столь умелыми.
Вода почернела от скопившихся на ней листьев. Большие ветки сплетались над головой принца, почти целиком закрывая собой небо. Гаррик свалился в этот бурлящий поток с карниза разрушенного здания, возвышавшегося на крутом заросшем берегу.
Странное чувство не покидало принца.
На карнизе, откуда он упал, возник женский силуэт, и Гаррик услышал:
— Гар! Что случилось?
Принц понимал ее, хотя и не должен был, потому что та, что стояла над ним, не была человеком. Точнее, не совсем человеком. Согласно поверьям, подобные косматые существа населяли Байт.
— Тинт спасет тебя! — закричало существо и прыгнуло за ним в воду.
— Со мной все в порядке! — сказал Гаррик. Но это было не так. Опасность утонуть ему не грозила — плавал юноша отлично, — однако неясное беспокойство не покидало принца. Он посмотрел на свои руки. Они были темными, словно после летней пахоты, хотя последние месяцы, став принцем, он стал выглядеть намного бледнее крестьян с Хафта.
Почему я один? Где король Карус, его постоянный спутник и советчик? Гаррик схватился за шею, пытаясь нащупать шелковую ленту с коронационной медалью, знаком королевской власти. Но на нем не оказалось никакой одежды, даже туники. Лишь между ног болталась прикрывающая чресла грубая как мешковина тряпка.
На юношу потоком нахлынули воспоминания. То не были воспоминания Гаррика ор-Рейзе. Клиновидные челюсти размером с печь для выпечки хлеба тисками сомкнулись прямо на его голове.
Сильные пальцы схватили его за правое плечо и потянули вверх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
