Читаем без скачивания Боевик-универсал - Игорь Дравин

Мужик, радуйся!!! Тебя все уже включили в свои политические расклады. Ах, ты этого не хотел? Поздно пить боржоми, когда размягчение мозга необратимо. Тебя уже посчитали, и твой номер — шестнадцатый. Неужели ты думаешь, что человека, который организовал такой мезальянс и подсунул под принца-наследника собственную подстилку, оставят без внимания политические бонзы Арланда? Да плевать на твоих магов и замок. Ну, есть у одного хитромудрого бывшего мятежника несколько могучих магов. Чего в этом удивительного? В жизни случается всякое. Кстати, а он точно бывший мятежник? А где барон мятежом баловался? Неизвестно! Любезный, выясни-ка ты все об этом матером интригане. Чувствую, что мы с ним еще столкнемся лбами. Оставлять без присмотра принца Декары не отвечает нашим жизненным интересам, которые простираются по всей территории Арланда. Нет, какой умный мерзавец. Я восхищаюсь им. Дело было так. Он получил информацию о принце. Кстати, любезный, а я почему ее не получил? Потом этот Влад специально прибыл в анклав. Оказал пару услуг, совершил пару громких дел, привязал к себе принца, играя на его слабостях — таких, как карты, вино, девочки и полное незнание жизни. Подсунул ему в жены шлюху — а кто же эта Чейта еще? Уйди со своей романтикой отсюда. Ведь она не герцогиня или принцесса — значит, шлюха. Эта Чейта испортила такие виды на правильное замужество принца! Да этот барон обложил Керта Декарского со всех сторон! Любезный, а почему ты еще здесь? Пшел вон и учись работать у этого Влада, барона эл Стоки. Да, не забудь завести на этого мерзавца отдельную папку.

Вот и я о том же. Как я там говорил? Мол, Умником меня называли друзья. Это они мне грубо и беззастенчиво льстили. Пора опять начинать серьезно работать головой, а не только руками. А башня подсказывает мне только одно. Надо работать на опережение, иначе опередят меня с очень неприятным исходом. Как только воздыхатель Алианы, мечтающий сам предложить ей руку и сердце, узнает обо мне, то для меня до конца срока выполнения супружеского долга будут только два безопасных места на Арланде. Кстати, пять брачных лет нужно отсчитывать заново — ведь с Элой я переспал, и не один раз. Год моего воздержания коту под хвост. А гулять в относительной безопасности я смогу только по Декаре. Значительная часть дворянства этой страны у меня в кармане. Плюс поддержка на высшем уровне. Но оно мне надо? А если поклонник Элы не сможет сделать мне гадость напрямую и решит бить по моему окружению? Натравить тех же закатников. Да мало ли что еще придет ему в голову! Ты почти не выходишь из своего замка — так получай подарок, и это будет не голова коня. Мы местные и Пьюзо не читали. Мне мало ткача? У меня слишком много живых друзей? Выход один. Спрячь лист в лесу и так далее. Надо сделать так, чтобы при мысли о том, чтобы сделать гадость барону эл Стоке, именно ему, по коже кое у кого начинали ползти мурашки и лоб покрывался холодным потом. А если этого барона будет мало, то два его друга, с которыми он познакомился на одном пикнике, придут ему на помощь. Мастер-охотник и мастер-рейнджер не останутся в стороне, да и свои гильдии с собой позовут, если совсем уж станет грустно. Но это на самый крайний случай, когда у меня не останется другого выхода, когда я сброшу все маски. А пока для обеспечения становления опасного имиджа барона, хм, эл Стоки кое-какие меры я уже предпринял. «Хм» два раза. И кое-что тоже. Если у меня все получится, то игра начнется на совершенно другом уровне. Один Зетр чего стоит, а Лонир, который сначала упорно изображал глупого филина — мол, а зачем и как такая идея вообще пришла в твою голову, — так загорелся моим планом, что я почти полностью спокоен за свой маленький заговор. Да, за двое прошедших суток я сделал столько, что сам себе удивляюсь, — а теперь у меня почти отпуск.

— Кто там отдыхает? — заорал стражник с дозорной башни.

Хм. А голосок-то знакомый. Кстати, я в Белгоре или где? Насчет пошутилок традиция не изменилась? Ща проверим.

— С какой целью интересуешься? — вставая на ноги, спросил я.

— Что? — начал закипать невежа. — Я — десятник стражи Белгора! Кто ты такой и кто с тобой?! Будешь запираться — я вас вообще в город не пущу.

— Повысили, значит, — громко и глубокомысленно заметил я. — Не ожидал я от сэра Берга такого, а от тебя — в особенности.

А к Гриласу уже присоединились его партнеры по десятку. Ба, знакомые все лица! Ребята, я понимаю, что ваши бацинеты — удобная штука, но барбют гораздо лучше: кроме моих глаз и губ, из-под него ничего не видно. И вообще подумаешь, что Вилк, когда отремонтировал мою бригантину, перетянул ее тканью другого цвета. Пара недель пребывания под дождями у логова бхута не пошла броне на пользу, но неужели так трудно меня узнать?

— Ты меня знаешь? — оправился от изумления Грилас.

— Практически нет, — усмехнулся я. — А ты десятник временно или на постоянной основе? Видно, совсем стало плохо в Белгоре со стражниками, если тебе доверили такую должность хотя бы на полчаса. Неужели справляешься?

На воротной башне пошли смешки.

— Ты меня знаешь, — утвердительно сказал Грилас. — И я тебя знаю, но не могу вспомнить, кому принадлежит твой голос. Кто ты?

Белгор, однако. Лопухов среди стражи не бывает.

— Да знаю я тебя, хорошо знаю, — рассмеялся я. — Последний раз, когда ты при мне становился временным десятником, Арн заперся в башне, спасаясь от разъяренного Вотра.

— Влад, — тихо сказал Грилас, а остальные прекратили ерничать.

Я снял шлем.

— Влад! Молния!

Где тут набирают в хор имени Пятницкого?

— Тихо вы, город еще спит, — попросил я своих старых знакомых.

Сча-аз, завывая, как баньши, [17]Грилас со товарищи исчез с боевой площадки воротной башни. Нет, сегодня будет набор в хор имени Пятницкого. Топот ног, лязг ключей, грохот тяжелого засова, скрип воротной створки — и на выход ломанулась толпа народу. Хотя я не совсем прав. Десяток Гриласа взял меня и котов в полукольцо. Жар, советник магистрата по общим вопросам, начал изображать руками различные непристойности, глухо матерясь при этом. Вот так-то, проф, а ты — «личина, личина»… Тонкая личина на глазах — и все!

— Это он, — выдохнул магистр смерти и первым обнял меня.

А за ним подключились остальные деятели, которые бывшие гвардейцы короны Орхета, а теперь доблестные стражники Белгора. Что за привычка у людей постоянно пытаться меня искалечить? А если бы я был без брони?

— Грилас, — я с трудом отбился от нападающих, — Хион еще не полностью взошел, а ты открыл ворота. Попадет тебе.

— Ты плохо видишь, Молния, — рассмеялся он. — Уже давно рассвело, Жар это подтвердит любому желающему.

— Нет, — покачал головой маг, — какое рассвело? Грилас, уже давно полдень, я уже могу сняться с поста и в «Пьяном кабане» пропустить пару кружек. Все равно никто больше не приедет. После прошлого вздоха в город не приезжало ни одного смертника. А местные если и выйдут за ворота, то вернутся из храма Единого не скоро. Но на всякий случай я пришлю себе замену — чем Проклятый не шутит!

— Вот так всегда, — проворчал Грилас. — Он развлекаться будет, а нам ворота охранять. Жалованье у советников магистрата больше, чем у бедного стражника, а совести у них гораздо меньше.

— Потом послушаешь мои бредни, — улыбнулся я. — Я приехал надолго.

Да, я приехал в Белгор надолго. Я так думаю. Пока не разберусь со всеми своими делами, пока Лонир не подготовит почву для небольшого переворота, моей штаб-квартирой будет «Пьяный кабан».

— Пушок, иди ко мне, — крикнул я.

— Кто твои спутники? — поинтересовался Грилас.

— Друзья, воины с юга, — ответил я.

— Они точно воины? — ухмыльнулся Жар, глядя на Шедара.

— А мастер магии смерти не может быть воином? — поинтересовался я.

— Может, — ответил Жар. — С возвращением, Молния. Пушок, привет, кого убил на этот раз?

Так, а когда ты успел? Я стал оттирать полой плаща морду скотины — все равно сдам в местную химчистку. Почему вся рожа в крови, проглот ты ненасытный?! Где ты тут поблизости вряка [18]умудрился найти? Ну, Пушок, посажу тебя на диету!

А вот и знакомые ворота знакомой корчмы. Я не видел их один год, три месяца и двадцать пять дней. Долго я не возвращался сюда. Очень долго.

Я соскочил с Пушка и несколько раз с силой пнул калитку. Никого нет дома? Сча-аз. Просто город еще спит. Здесь почти нет жаворонков, одни совы. Многие живут, подстраиваясь под охотников. Они ночью не спят — так и мы не спим. Многие ждут возвращения бойцов Белгора домой. Ждут их жены и подруги, ждут родичи и друзья. Ждут лекари, алхимики, кузнецы и маги жизни. Я всегда ждал, и меня всегда ждали. А потом… А потом стало почти некому меня ждать. Бывает…