этого ритуала всегда накатывает огромная усталость.
– Откуда ты знаешь? Сам пробовал?
– Нет, но много раз видел, как это происходит. Не всем Иодель помогает. Чаще всего молящийся прерывает ритуал или нарушает условия. Молиться, поститься и при этом не спать по двое-трое суток не так просто, как кажется.
– А яркий свет, который видел Илек? Что это значит?
– Яркий свет означает явление богини, но оно может быть, как благостным, так и разрушительным. До сегодняшнего дня я сталкивался только с последним. Три года назад яркий белый свет убил предыдущего настоятеля.
– Серьёзно?! Он, наверное, был злодеем.
– Не знаю. Все его знали, как спокойного, даже немного скрытного человека.
– У нас говорят: «В тихом омуте черти водятся». Это значит, что у скрытных людей бывают неприятные тайны.
– Да, бывает такое. Я верю, что наказание он заслужил. – Гаспар помолчал, а потом перевел тему: – Но мы сейчас не об этом. У тебя скоро тренировка…
Я застонала. Меньше всего сейчас хотелось идти на полигон и выкладываться магически и физически. Даже мышцы, кажется, заболели с новой силой.
Дав мне пятнадцать минут на сборы, настоятель ушел. Я оглядела спящего Йонена и шумно вздохнула. Неудобная поза, потом все тело будет болеть. Надо помочь. Сняв с мужчины сапоги, я затащила его на свою кровать прямо поверх покрывала. Пришлось использовать магию, иначе вряд ли бы мне удалось поднять такой вес. Нет, Йонен не был полным, просто он был выше меня, мощнее и тяжелее.
Гаспар не стал свирепствовать на тренировке, поэтому я освободилась уже через час, и даже была способна двигаться, не морщась от боли. Заскочив в комнату, чтобы принять душ, переодеться и разбудить детей на завтрак, я застала умиротворяющую картину.
Луара и Шуаз перебрались на мою кровать и теперь спали на ней вместе с отцом. Йонен повернулся на бок и обнимал сына и дочь одной рукой, вторую засунув под подушку. Я улыбнулась. Чтобы он там ни говорил, Йонен – прекрасный отец. Даже во сне оберегает и защищает детей, а они в ответ тянутся к нему. Какая замечательная у них семья. И как же хорошо, что богиня сняла эту кабальную клятву! Иодель, спасибо тебе за это.
Глава девятая. Без клятвы
Йонен проснулся вечером. Я как раз возвратилась из столовой и застала его, выходящим из ванны. Как ни странно, серые штаны и простая туника смотрелись на нем как-то уютно и по-домашнему.
– Прощу прощения, я не думал, что Луара и Шуаз спали у вас, – Йонену явно было неловко. – Дочь мне рассказала…
– Ерунда, – отмахнулась я. – Вам не за что извиняться. А где дети?
– Их Фенсис забрал в купальни. Сказал, что нужна еще одна процедура на целительных источниках.
Я оглядела пустой поднос, который стоял возле кровати. Гаспар настоял на том, чтобы оставить ужин в спальне. Он знал, что после этого ритуала Йонен проснется и сразу захочет есть.
– Вижу, что вы уже поужинали, – сказала я. – Не хотите попить чаю? И побеседовать?
– Да. С удовольствием.
Раз сюда приходил Фенсис, значит, настоятели в курсе, что наш гость проснулся, и вскоре подтянутся сюда. Надо заварить чай и достать печенье и пирожки. У меня, кажется, еще остались. Если, конечно, дети их не нашли и не слопали.
– Вы сами будете накрывать на стол? – растерялся Йонен.
– А что в этом такого? – удивилась я.
Отлично! Пирожки на месте.
– Вы же избранная богини и…
– Ну и что? На самом деле, во мне нет ничего особенного.
– Если бы это было так, богиня вас бы не выбрала.
Я усмехнулась. У меня практически не было сомнений в том, что Иодель не особенно напрягалась, выбирая меня. Конечно, замысла богини я не знала. Однако предполагала, что её выбор пал на меня потому, что я находилась в отчаянном положении и легко согласилась бы на любую сделку. Само собой, и способности к магии тоже сыграли не последнюю роль, но, полагаю, в нашем населенном мире нашлась бы еще пара сотен человек с таким же даром, как и у меня.
– Может быть, – после недолгого молчания ответила я. – Но это не повод, чтобы требовать служения и почитания ото всех окружающих. Я нашла соратников и помощников для исполнения воли богини — и это главное! Йонен, пожалуйста, захватите чашки для Дхана и настоятелей.
– Да, хорошо, – мужчина помог расправить скатерть и сервировать стол. – А почему вы не хотите заявить о себе? Тогда земли Пустоши можно было бы восстановить быстрее. Вы бы получили поддержку государства, а возможно, нескольких. Приглашенные маги быстрее очистили бы Проклятые земли. Вам бы оставалось только руководство.
– Я не ориентируюсь в местной политике, однако люди в любом мире одинаковы. Несложно предположить, что началось бы в таком случае. Сначала мне надо было бы долго доказывать свою избранность, потом везде «светить лицом», набирая последователей, вариться среди интриг в королевском дворце. Мне бы предстояло отбиваться от разного рода просителей, которые обязательно захотят воспользоваться моей мнимой близостью к богине, и затаят злобу при отказе. Последователей Криукара Безумного тоже не стоит сбрасывать со счетов. Как только станет известно об избранной богиней женщине, какой-нибудь фанатик может попытаться меня убить. Хорошо все это обдумав, я решила пока действовать тихо.
– Сколотить собственное королевство?
Я поморщилась. Конечно, Йонен прекрасно знает историю и, в отличие от меня, сразу понял замысел настоятелей.
– А есть другой выход? Или вы предлагаете принести присягу Алваро Первому, который собственноручно убил всех наследников предыдущей династии и жестоко подавил сопротивление всех, кто остался верен прежнему королю? Подчиняться человеку, который даже не пытается создать иллюзию справедливого правления? Или, может быть, поклясться в верности королю Элдорана, который убивает и заковывает в цепи людей, служивших ему верой и правдой много лет?
– Вы уверены, что это сделал именно Олпидайо?
– К сожалению, да. Два человека, которые были близки к королю, высказались о нём определенно. Один из них физически не мог солгать, потому что находился под воздействием ментальной магии. Второй поклялся.
– Вот как. Значит, создание королевства Пустоши — для вас вынужденная мера, и власть вас не привлекает?
– Меня власть скорее пугает, – со вздохом призналась я. – Это ответственность за чужие жизни и благополучие. Если
