быть, именно это ощутила Луара?
Следующий день начался необычно: Тониа собрала нас на молитву, решив, что лучше делать это организованно. Йонен пока оставался в обрядовой комнате, мы не знали, как у него дела, ведь общаться во время ритуала запрещалось. В небольшой зал для молений пришли все, кто знал Йонена, даже Ниилит и Таяна. Обе понимали, что ищейка разыскивал их по приказу, от которого не имел права отказаться. Мне кажется, все молились искренне, желая Йонену поскорее освободиться от кабальной клятвы. Надеюсь, это поможет.
Через два дня мы планировали отправляться в Пустошь. Дхан, как и обещал, поговорил с Дэлором относительно экспедиции и пригласил посетить монастырь.
– У нас маны в кристаллах не хватает постоянно, вот пусть поживет тут два дня, заодно и зарядит, – добавил теневик.
Генерала поселили в подвале школы. Там была пара вполне уютных комнат, в которых раньше жили учителя, но после постройки третьего этажа школы, они переселились наверх. Вход в подвал был отдельный, и настоятели надеялись, что Дэлор не привлечет много внимания. Ему посоветовали носить плащ с отводящим взгляд артефактом. Все же наш генерал был довольно известным человеком. В новых учебниках по истории даже имелся его портрет, правда, выглядел он на нем не очень похожим на себя, но мало ли? Вдруг кто-то узнает?
Сам процесс заселения Дэлора я не застала, в это время меня гонял по полигону Гаспар. Во время тренировки он превращался в натурального зверя, но в этот раз переплюнул сам себя. Вечером я приплелась без сил и рухнула в кровать.
На утро болело все тело. Зная, что самый лучший вариант прийти в себя после ударных нагрузок – это посидеть в целебной воде, я решила посетить купальни. Солнце пока только недавно показалось из-за горизонта. Монахи обычно вставали позже, поэтому я взяла полотенце, сменную одежду, нацепила халат (вполне приличный) и, морщась от боли в мышцах, побрела в сторону купален.
Дойти мне не дали. На одном из поворотов в меня чуть не врезался Илек. Его глаза горели, парень явно был чем-то сильно встревожен.
– Что случилось?! – рявкнула я, сразу как-то просыпаясь. – Йонен?
Дежурные теперь сменялись возле комнаты для ритуалов. Бывало, что после непрестанных молитв, люди выходили из обрядовой комнаты с трудом. Все же несколько дней не есть и не спать – это довольно суровое испытание для организма, поэтому рядом всегда находился монах. Он мог позвать лекаря или помочь чем-то еще.
Поскольку настоятели не хотели лишней огласки, возле двери посменно караулили Илек и Сайден.
– Там! В комнате для обрядов!
– Что там?
– Я не знаю, но из комнаты бьет свет! Он очень яркий. Дверь закрыта, но все равно слепит так, что в глазах у меня до сих пор разноцветные круги! Что это такое?! – парень с надеждой уставился на меня.
– Не знаю! Около обрядовой комнаты кто-то остался?
– Нет!
– Ладно, сообщи настоятелю, а я к Йонену. Бегом!
Илек сорвался, как с низкого старта. Вот это скорость! Надеюсь, он никого не собьет. Но что же случилось в обрядовой комнате? Если Илек, который большую часть жизни провел в монастыре, так сильно обеспокоен, значит, яркий свет в ритуале не предусматривался. Что-то пошло не по сценарию. Надеюсь, Йонен не ослеп.
Когда я подошла к обрядовой комнате, то никакого яркого света не было. Все выглядело, как обычно. Я прислонила ухо к двери, стараясь уловить какие-то звуки из комнаты и понять, что делать дальше, но ничего подозрительного не услышала.
В порядке ли Йонен? Не навредил ли ему свет? Может нужно выбить дверь? Вдруг он там лежит беспомощный и ослепленный, а я тут стою и теряю время? Еще это полотенце и вещи в руках мешаются. Где там Илек с Гаспаром?
Вдруг дверь распахнулась. На пороге стоял Йонен. Лохматый, с горящими глазами, слегка покачивающийся в одежде, которую, кажется, надевал в ужасной спешке: пуговицы были застегнуты криво, либо не застегнуты вовсе, одна штанина слегка задралась.
– Йонен! Ты в порядке? – обеспокоено спросила я, подставляя плечо, чтобы поддержать мужчину. – Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо, – пробормотал он и посмотрел на меня. Взгляд был, как у сумасшедшего. – Я знаю, кто ты.
Знает? Наверное, Иодель рассказала ему о моей избранности. Впрочем это не важно, главное другое.
– Замечательно! Богиня сняла клятву?
– Да! Да! Свобода! – мужчина расхохотался, но его смех резко оборвался. – Мне надо много всего сделать…
– Прежде всего, тебе надо отдохнуть, – я понемногу подталкивала Йонена к лестнице. – Ты три ночи не спал.
Пусть сначала выспится, а потом мы поговорим. Как же здорово, что все получилось! Спасибо Иодель! Интересно, что это был за свет, и почему ритуал пошел не так?
– Я должен увидеть Луару и Шуаза! – заявил Йонен.
Ищейка попробовал подниматься по лестнице сам. Получалось с трудом, я придерживала мужчину, чтобы он не свалился. Йонен шел так, как будто вновь учился ходить, однако с каждым шагом у него получалось все лучше.
Когда мы вышли наружу, мужчина двигался уверенней, но я все равно держалась рядом. Мало ли что?
– Все расскажу. Теперь уже можно, – бормотал он, – тоже буду помогать. Я должен отдать долг. Где мои дети?
– Сейчас придем.
Повезло, что ранним утром территория монастыря была практически пуста. Только возле школы я заметила мелькнувшую темную фигуру. Однако было слишком далеко, чтобы понять увидел ли нас кто-то или нет.
Йонена я оставила в своей комнате рядом с кроваткой Луары, а сама, быстро одевшись, побежала обратно. Гаспара с Илеком перехватила на пути к обрядовой комнате и отчиталась о том, что произошло. Обеспокоенное лицо настоятеля разгладилось, он прочувствовано прошептал короткую молитву-благодарность Иодель.
Хоть Гаспар и выглядел спокойным, я видела, что он переживает за племянника. Теперь мы еще на один шаг ближе к тому, чтобы спасти магов.
Когда мы с настоятелем вошли в мою комнату, Йонен спал, сидя на полу и положив голову на кровать дочери.
– Зря ты его привела сюда, – проворчал Гаспар. – Мужчина в спальне у незамужней девушки – это неправильно.
– А куда мне его было тащить? Его дети здесь.
– Йонену приготовили комнату, Илек знал об этом.
– Но я-то – нет. Он мне не успел сообщить.
– Ладно, пусть пока спит тут, – махнул рукой настоятель. – После
