Молитва Джонти была услышана. Приблизительно через пятнадцать минут начался дождь. Он обрушился внезапно, ливнем. В одну секунду Джонти вымокла до нитки, и одежда прилипла к телу. В сгустившейся темноте она неожиданно остановила повозку и спрыгнула не землю. «Мои бедные цыплята потонут», — стонала она, нащупывая дорогу в сплошной дождевой завесе, пока не добралась до задка повозки, где стояла клеть с цыплятами. В то время, когда она нащупывала брезент, в который завернули утварь и провизию, корова хрипло замычала, а кобыла уткнулась головой в плечо Джонти.
— Я знаю, как неуютно вы себя чувствуете, — сказала девушка, — но я нахожусь в такой же ситуации. Постараемся с этим справиться.
Наконец, Джонти нащупала кусок свернутого холста и под кудахтанье кур и визг цыплят, ей удалось набросить водонепроницаемую ткань на мокрых, перепачканных птиц.
— Теперь все будет хорошо, — она еще раз похлопала по клетке, чтобы убедиться, что все в порядке, и вернулась на козлы.
Джонти подобрала поводья и, дернув ими, тронула упряжку с места. Дождь барабанил по ее голове и стекал в глаза. Как только она не обзывала Корда! «Он должен был остаться помочь мне, — думала Джонти, — даже если он, действительно, думает, что я — мужчина, любой, черт побери, отлично знает, как трудно управлять упряжкой в такой ливень. Корд должен был, по крайней мере, подумать о корове и цыплятах». И мысль, которая иногда мелькала у нее в голове, теперь мучила Джонти и требовала серьезного рассмотрения. Было ясно, что Корд Мак Байн ненавидит ее и возмущен тем, что вынужден отвечать за нее. Почему же тогда он не отпустил ее с дядей Джимом, когда она попросилась? Наверняка, это было из-за обещания, которое он дал бабушке, или же он проявил это упорство, взяв ее, из-за наследства?
Прежде чем отдать Корду маленькую шкатулку, Джонти быстро заглянула в нее. К ее удивлению, шкатулка была полностью забита крупными банкнотами и золотыми монетами! А Джонти думала, что в ней могло быть спрятано лишь небольшое состояние.
Джонти покачала головой, не зная, что делать, когда повозка проезжала по воде, разбрасывая во все стороны комья грязи. Цыплята успокоились, а бедная корова Баттеркан продолжала выражать свое недовольство громким мычанием.
Беспокойство коровы усилило в Джонти чувство беспомощности. Она понятия не имела, в правильном ли направлении они едут, и едут ли они вообще по дороге. Она полагалась только на сообразительность лошадей, которые могли привезти в нужное место.
Прошло почти полчаса, когда Джонти смогла облегченно вздохнуть. Сквозь дождевую завесу показался ряд бледных огней, которые, она страстно надеялась, были городком Клеар Ватер, или, по крайней мере, местом, где она и ее животные могли найти укрытие.
Вскоре повозка катилась вниз по грязной улице. У Джонти все расплывалось перед глазами, когда она всматривалась через дождевую пелену, и она не могла даже поверить в свою удачу, когда на первом же здании, к которому она подъехала, увидела большую вывеску, на которой было написано «Платная конюшня».
Высокие двойные двери были широко распахнуты, и Джонти закатила упряжку. «Да, должно быть, я ужасно выгляжу, — с досадой подумала она, спрыгивая на покрытый опилками пол и вытирая воду с лица и волос. — И что мне теперь делать? Просто оставить здесь упряжку? Мы будем ночевать в городе? Будь проклят этот дьявол, он должен был мне что-нибудь сказать».
Она подпрыгнула от неожиданности, когда старческий скрипучий голос из темного угла произнес:
— Корд велел не распрягать повозку, и что вы должны с ним встретиться в пивной «Восточный ветер» в конце улицы.
Обладатель голоса так и не показался на глаза, а Джонти взяла несколько холщовых сумок из ближайшей кучи и начала вытирать ими лошадей. Она успела к ним привыкнуть. За время пути, в конце концов, они были единственными, кто мог выслушать все ее жалобы.
Открыв клетку и насыпав зерна цыплятам, Джонти вытерла Красотку и корову. Затем, поняв, что у нее нет больше повода задерживаться в конюшне, она рассеянно побрела к открытой двери. Дождь по-прежнему молотил по крыше без остановки. До конца улицы нужно было пройти довольно большое расстояние и, промерзнув до костей, сжав зубы, чтобы они не стучали от холода, Джонти шла к цели. «Я должна преодолеть это расстояние. „Его светлость“ так велел».
Джонти прошла всего несколько футов, и, к ее изумлению, дождь прекратился так же неожиданно, как и начался. Заходящее солнце пробилось сквозь остатки облаков и озарило все розовым сиянием. Настроение у Джонти немного поднялось, и она продолжала идти вниз по улице, по обеим сторонам которой находилось много магазинов, пивных и карточных притонов.
Джонти даже улыбнулась. Сейчас, когда небо прояснилось, изо всех дверей выходили самые разные люди и возвращались к делам, которые прервал дождь. Все это ей немного напомнило Эбилен, она даже искала глазами знакомые лица.
Проститутки в сатиновых платьях прохаживались по грязному тротуару, бросая голодные, беспокойные взгляды, а высокие сухощавые ковбои, бряцая шпорами, проходили ужасной походкой наездников, рассматривая каждую женщину, проходящую мимо. Мексиканцы с яркими, задрапированными на плечах накидками, бродили возле домов с полусонным взглядом терновых глаз.
Джонти сделала безразличное лицо, когда проходила мимо двух мужчин, которые бесспорно, были гангстерами, с кольтами в кобуре на бедрах и с настороженным взглядом. «Точно, как Корд Мак Байн», — подумала Джонти.
Однако почему она считает это чем-то необычным? Джонти несколько раз слышала, как Корда называли гангстером. Но, зная его довольно долго, она никогда не видела Корда с этой стороны. Теперь уже она узнала о нем то, что ей не нравилось — его самонадеянность и угнетающее безразличие. Когда Корд посещал девушек, он всегда был веселым, улыбающимся, и он постоянно нежно шутил с бабушкой.
«Это я, — удрученно подумала Джонти, — виновата в том, что высказала ему, что он — посредственность. Я для него — как бельмо на глазу».
Девушка проворно отступила в сторону, чтобы обойти двух пьяных, с шумом выскочивших из пивной. Пара, размахивая кулаками и осыпая друг друга бранью, сцепилась в драке. Джонти взглянула на вывеску над дверью и кивнула: перед ней была надпись «Восточный ветер».
Она обошла стороной дерущихся, подняла руки, чтоб толкнуть болтающуюся дверь, но помедлила. Надо бы вначале проверить, в порядке ли рубашка. Может быть, повязка на груди ослабла из-за ливня, в который она попала? Джонти схватилась за промокшую ткань, думая о том, что сейчас, конечно же, не время, чтобы все узнали о том, что она — женщина.
