Люси выскочила из своего укрытия. Она еще могла нервничать из-за не лучшего поведения, перед Франческой и Стивеном, которые были великолепные и сильные и зрелые… и ее учителя. Но Роланд ее не пугал — не сильно, по крайней мере — но не больше. Кроме того, он был самым близким Даниэлю, с которым она встретилась за все дни.
Она направилась вниз, ступая так тихо как только могла, затем проскочила через дверь на площадку. Роланд шел к океану так, словно ничего в мире его не заботило.
— Роланд! — ока крикнула, перепрыгивая через последний лестничный пролет к земле и срываясь на легкий бег. Он остановился на месте, где заканчивалась тропинка и начинался утес, уходящий вниз и погружающийся в скалистые скалы.
Он так и стоял на месте, смотря на воду. Люси была удивлена, когда почувствовала бабочки в животе, когда он очень медленно повернулся обратно.
— Ну, ну. — Он улыбнулся. — Люсинда Прайс обнаружила пероксид.
— Ооо, — она схватилась за волосы. Какой глупой она должна казаться ему.
— Нет, нет, — сказал он, подходя к ней, взбивая волосы своими пальцами. — Тебе идет это. Твердый край в течение трудных времен.
— Что ты здесь делаешь?
— Регистрировался. — Он пожал плечами. — Я только что получил свой график занятий, встретился с учителями. Действительно похоже на сладкое местечко.
Тканный рюкзак был переброшен через одно его плечо, с чем-то узким и серебряным, выглядывающим из него. Проследовав за ее взглядом, Роланд перекинул рюкзак на другое плечо и завязал верх рюкзака в узел.
— Роланд. — Ее голос дрогнул. — Ты оставил Меч и Крест? Почему? Что ты тут делаешь?
— Только нужно было сбавить темп, — заметил он таинственно.
Люси хотела спросить о других — Ариан и Габби. Даже о Молли. Заметил ли вообще кто-нибудь и заботился ли, что она уехала. Но когда она открыла рот, вышло то, чего она совсем не ожидала. — О чем ты говорил с Франческой и Стивеном?
Лицо Роланда внезапно изменилось, становясь более старым, менее беззаботным. — Это зависимо. Как много ты слышала?
— Даниэль. Я слышала, как ты сказал, что он… Тебе не нужно мне лгать, Роланд. Как долго он будет отсутствовать? Потому что, я не думаю, что смогу…
— Прогуляйся со мной, Люси.
Столь неуклюже было бы, если Роланд Спаркс обнял ее за плечи в Мече и Кресте, но когда он сделал это в этот день в Береговой Линии, это было успокаивающе. Они никогда не были настоящими друзьями, но он был для нее напоминанием о ее прошлом — связь, от поворачивания к которой она теперь уже не могла сдержаться.
Они шли по краю тропинки, вдоль западной стороны общежитий, мимо розария, который Люси раньше никогда не видела. Был сумрак, и вода с права от них изобиловала цветами, отражая сверх оранжевые и фиолетовые облака, скользящие перед солнцем.
Роланд повел ее к скамье у воды, далеко от зданий студгородка. Смотря вниз он могла видеть крутую лестницу, вырезанную в скале, начинающуюся чуть ниже места, где они сидели, и ведущую к воде.
— Что ты знаешь еще, о чем ты умолчал? — спросила Люси, когда молчание начало на нее действовать.
— Температура воды 28 градусов, — сказал Роланд.
— Я не это имела в виду, — сказала она, смотря ему в глаза. — Он послал тебя сюда, чтобы следить за мной?
Роланд почесал голову. — Видишь ли. Даниэль этого не делал. — Он сделал кивок в сторону неба. — Тем временем, — ей показалось, что он повернул голову в сторону леса позади общежития, — у тебя теперь есть собственные дела, о которых стоит позаботиться.
— Что? Нет, у меня нет дел. Я здесь только потому что…
— Ерунда. — Он рассмеялся. — У всех нас есть тайны, Люси. Мои привели меня к Береговой Линии. Твои привели тебя к тем лесам.
Она начала протестовать, но Роланд остановил ее, этим вечным загадочным взглядом.
— Я не собираюсь вовлекать тебя в проблему. Фактически, я тебя поддерживаю. — Его глаза двинулись мимо нее, у морю. — Теперь, вернемся к воде. Она холодная. Ты была там? Я знаю, что тебе нравится плавать.
Люси поразило, что она была в Береговой Линии в течение уже трех дней, с постоянно видным океаном, с всегда слышными волнами, соленым воздухом, заполняющим все, но она ни разу еще не ступала на пляж. И это был не Меч и Кресте, где подобные вещи входили в список запрещенных. Она не знала, почему это раньше не пришло ей в голову.
Она покачала головой.
— Все, что ты можешь делать с пляжем, так это простудиться или разводить костер. — Роланд посмотрел на нее. — Ты уже завела здесь каких-нибудь друзей?
Люси пожала плечами. — Нескольких.
— Приведи их сюда сегодня вечером, после наступления темноты. — Он указал на узкий полуостров песка у подножия скалистой лестницы. — Прямо туда.
Она всматривалась в Роланда со стороны. — Что у тебя на уме?
Роланд дьявольски усмехнулся. — Не волнуйся, мы сохраним это безобидным. Но ты знаешь, как это. Я новичок в городе; я хотел бы известить всех о своем присутствии.
— Парень. Еще раз наступишь мне на пятку, и мне серьезно придется сломать твою лодыжку.
— Возможно, если бы ты не светила туда всем фонарем, Шел, то оставшиеся из нас смогли бы разглядеть, куда идти.
Люси попыталась не рассмеяться, пока следовала за препирающимися Майлсом и Шелби через университетский городок в темноте. Уже было почти одиннадцать, и Береговая линия была черной как смоль и тихой, за исключением крика совы. Оранжевая луна была низко в небе, скрытая завесой тумана. Между тремя из них, они смогли найти только один фонарик (Шелби), так что, только у одного из них (Шелби) был хороший обзор дороги вниз к воде. Для двух других, земли — которые казались такими пышными и хорошо ухоженными при дневном свете — теперь были с подстроенными ловушками из упавших веток, папоротниками с толстыми корнями, и пятками Шелби.
Когда Роланд попросил Люси привести пару друзей на пляж, у нее появилось чувство тяжести в животе. В Береговой линии не было мониторов в холлах, не было ужасных камер слежения, фиксирующих каждое движение студентов, поэтому в этом не было никакой угрозы быть пойманной, что могло бы ее испугать. Фактически, выбраться из общежития было очень легко. Это могло привлечь внимание других, и это уже стало бы проблемой.
Доун и Жасмин выглядели как наиболее подходящие кандидатуры для пляжной вечеринки, но когда Люси подошла к их комнате на пятом этаже, в коридоре было темно и никто не ответил на стук в дверь. Вернувшись в свою комнату, Люси застала Шелби завернутой в какую-то ужасную позу йоги, один вид которой причинял боль. Люси не хотела прерывать глубокое сосредоточение своей соседки по комнате приглашением на какую-то вечеринку, но в любом случае, громкий стук в дверь заставил Шелби раздраженно упасть из ее позы.
