Сергеич, когда стоящий рядом боец вскинул автомат, а потом объяснил, — Мы всё равно опоздали! Не стоит привлекать внимание! Не стоит! Здесь всё кончено, и исправить мы ничего не можем.
Святослав мысленно согласился. Исправить все не получится, но можно предотвратить новые проблемы: достаточно отойти в сторону, не привлекая внимания, затем взвинтить восприятие, обернуться и выпустить в Сергеича очередь из трех патронов. Если стрелять в движении, можно уцелеть: после убийства Сергеича нырнуть за машину, выпустить очередь над головами, а когда люди залягут — рвануть к ближайшим кустам. Под прикрытием зеленки может получиться добежать до угла здания и скрыться. Карбышево это убьет, но поселение под боком такого соседа, каким себя показала Веста, умрет и так. А может, без Святослава новый глава Весты не тронет карбышевцев.
Святослав отошел в сторону, достал из кармана початую пачку сигарет, зажигалку и закурил. Сердце застучало быстрее. Мужчина разогнал восприятие, положил палец на спусковой крючок автомата. Вот сейчас… Сейчас…
— Свя-ято-осла-а-ав, — позвал Соколов. В разогнанном восприятии звуки тянулись, как патока. Ковальчук переключился на обычную для человека скорость.
— Да?
— Чего там застыл? Возвращаемся! Не успели…
Глава 9
На переваривание итогов боя ушло два дня. Зато теперь на территории уничтоженного поселения не было ни единого килограмма мяса. Более того — на расстоянии двух кварталов в живых не осталось никого крупнее крыс. Скоростные даже вычислили лежку собак и пустили их на корм: псы были некрупные, всего метр двадцать в холке.
Мое мертвое войско теперь состояло из восьми новых скоростных некроголемов двадцать четвертого уровня, пяти скоростников семидесятого и сто двадцати четырех обычнейших зомби с уровнем от третьего до восьмого. Зомби могло быть больше, если бы на уничтоженное поселение не набрел одинокий игрок пятнадцатого уровня, вкачанный в силу. Я со скоростными как раз отлучился для поиска спрятавшейся еды по углам квартала, а когда отправленный на помощь скоростной добежал до поселения, засранец уже перемолол половину мертвецов и примеривался к бугаю и живчику.
Ну и часть зомби я нашел в подвалах и запертых квартирах. Оказывается, не все жильцы проверяли и зачищали свои многоэтажки. До сих пор пытаюсь принять этот факт и не могу. Меня давит сама мысль, что можно жить по соседству с монстром, который может тебя уничтожить. Плюс, зомби наверняка воняли, а в бытность человеком меня такой факт наверняка напряг бы.
Я вышел во двор бывшего поселения. Мертвецы стояли ровным строем: впереди — свежие скоростные некроголемы, живчик и бугай, за ними — обычные зомби. Перед строем находились трое скоростных, на которых действовала «тактика малых групп». К сожалению, четвертый умный мертвец погиб в квартире с газовыми баллонами, и выбрать нового зомби для этого навыка у меня не выйдет. Одноразовость выбора мертвецов еще раз показывала уникальность навыка, но и подбешивала изрядно. Теперь я зависим от скоростных и не могу кинуть самых полезных мертвецов в гущу боя. По-хорошему, их вообще нужно спрятать и откармливать, но я не собираюсь превращаться в наседку. «Папа Леша и его цыплята», ага.
Сам я достиг шестидесятого уровня и даже выбрал улучшение тактики малых групп. На выбор давали два варианта:
Некроголемы приобретают знания маскировки на местности, тихого устранения часовых и бесшумной резни спящих противников, сигнальных жестах, прохождения опасных зон, выявлении засад и выходе из них, уничтожения вражеской техники. Если вы не имеете опыта партизанской войны, при выборе данного варианта не вы будете учить своих некроголемов тактике, а они — вас.
Малая группа может быть расширена вдвое.
Я выбрал первый вариант. Пусть группа теперь состоит из трех мертвецов, зато они станут качественно умнее. Или образованнее. К тому же через десять уровней я смогу выбрать увеличение группы, если это будет актуально для меня. А вместе с навыками, которые появились у некров, партизанская тактика и вовсе превращалась в уберплюшку. Псевдоразумным мертвецам предлагался новый уровень мышления.
Псевдоразум (средний).
Мертвецы могут принимать сложные решения и оперировать частью воспоминаний из жизни. При выборе навыка некроголем не станет безуспешно биться в стальную дверь, если перед глазами висит табличка «на себя».
А управляемым инстинктами некроголемам выпала другая способность.
Патриарх (начальный).
Мертвец остается верен вам и только вам (если его вдруг не перехватит иной поводырь), но теперь больше уважает не ваши приказы, а самостоятельность. Некроголем — патриарх не уживается с другими находящимися под вашим командованием зомби и некроголемами, зато может основать свое гнездо и существовать автономно, самостоятельно решая появляющиеся проблемы.
Этот вариант напоминал осиное гнездо, расположенное где-нибудь на крыше или даже в стене жилого дома. Так же как гнездо, создается всего одной осой, до какого-то момента почти незаметно, но когда разрастается, приносит боль всем жильцам. Отличный вариант.
Новый этап эволюции зомбячьих мозгов сделал патриархов еще более похожими на животных: поведение некроголемов теперь напоминало повадки хищников, вынужденных проводить время в толпе травоядной дичи. Мертвецы старались держаться подальше от зомби, но не всегда удавалось: когда обычный мертвец проходил мимо патриархов, те рычали и старались отшвырнуть некра плоской стороной клинка. Патриархи больше не двигались со скоростью нормального человека: они перемещались только на максимуме, замирая по разу — другому в секунду. Для людей без единого балла в ловкости и улучшенного восприятия их бег выглядел бы чередой мгновенных телепортаций на короткие расстояния.
С мыслей о физических улучшениях я перешел на вопросы морали.
В мою бытность живым человеком меня посещали мысли: насколько поводыри остались людьми? Есть ли под слоем инстинктов и голода остатки морали, социальность, эмоциональные связи с прошлой жизнью? С чистой совестью могу заявить, что ничего подобного не осталось. Рогин был прав в своих мизантропских размышлениях: если поводырь заметит на дороге потерявшегося ребенка, то отведет его к родителям только затем, чтобы когда малышу открыли дверь, сожрать всех троих. Морали во мне не осталось, её напрочь отключили. Человек равен мясу, без других толкований. Встретил — сожри. Если ты не съел человека, то только потому, что живой он тебе полезнее. Рогин строил продуманную цепочку, когда подкидывал еду и строил из себя своего парня по ту
