клинком, пригвоздил водителя к креслу. Вторая машина уже тронулась с места, и второй скоростник решил соригинальничать: на полной скорости ткнул клинком в колесо. Это вот так проявляется партизанская тактика? Или некр из прошлой жизни помнил, что на проколотом колесе ездить неудобно?
— Пиздец…
Колесо лопнуло. Мертвеца отшвырнуло метров на десять, как тряпичную куклу. На ноги некр приземлился уверенно, но к водителю машины рванул не так быстро, как прежде. Две секунды, и клинок обезглавил второго водилу.
В броневиках тем временем не тупили и не теряли ни секунды: едва первый некроголем оказался на капоте машины, броневики друг за другом рванули в направлении Весты.
Догнать бы их и выдать жостких пиздов вдогонку, вот только нечем: броню покорежит только бугай, который чересчур медлителен, чтобы догнать машину. Максимум, чего я добьюсь — доеду до Весты, где меня попытаются накрыть автоматным огнем.
Ну ладно. Тогда в путь, к Карбышево.
* * *
Ковальчук стоял на десятом этаже дома. Крышу нового этажа сделали из евроокон, щели наполнили монтажной пеной: света достаточно, значит, теплица будет отменной. Самого главного, жидких удобрений, тоже хватало: карбышевцы разобрали на трофеи содержимое огромного агромаркета.
Настроение Святослава вернулось к норме. Все время, прошедшее с похода, где они «опоздали», Ковальчук потратил на подготовку к отражению возможного нападения, но Леха притих. Глава Карбышево перегорел от ожидания опасности и к новоявленному поводырю уже не испытывал страха, как прежде. Ну придет, и что?
Зато Веста, будто в противовес поводырю, активизировалась на максимум. Отряд игроков Сергеича во главе с молодой оторвой Крадниковой носился по городу, как наскипидаренный: разбирали машины и волокли детали к себе в поселение. Узнать, зачем им запчасти, возможности не было: теперь собрания не устраивали, либо Святослава на них теперь не приглашали. Расписному было безразлично, его устраивал любой из вариантов.
Святослав посмотрел через окна на небо, и прищурил слезящиеся от света глаза. Здесь, наверху, хорошо. Солнце, покой… Однако постоянно найдется человек, который помешает наслаждаться и покоем, и солнцем.
— Дядь Слав, а эта теплица точно нужна? — спросил стоящий рядом Дамир, — Леха говорил, что деревенские все равно готовят урожай. Может, с ними обменяться на что-нибудь?
— Деревень мало, а народу много. Думаешь, ты единственный, кто дошел до светлой мысли брать с деревенских продукты? Этой схеме не одна сотня лет. Думаю, военные с Вестой займутся этим раньше нас.
— Так можно сейчас съездить и наладить контакты, опередить всех…
— Не перечь мне, — неожиданно для самого себя резко сказал Святослав, — Я сказал, что с деревенскими контактировать не будем, значит не будем, понял? За стеной вообще опасно, если ты не знал! Думаешь, нам просто так поставили ограждение, от скуки? За стенами бродит поводырь со свитой, уничтоживший как минимум одно поселение, и хочет жрать. С такими вводными поездка до деревень — не авантюра, а самоубийство!
Похоже Святослав ошибся по поводу своего состояния — резкая отповедь тому подтверждение.
Вопреки ожиданиям Ковальчука, подросток не оставил его в покое.
— Заботитесь о нас, — Дамир напоказ сплюнул на пол будущей теплицы, и посмотрел Ковальчуку в глаза серьезным и злым взглядом, — Кстати, дядь Слав, а как Леха погиб?
— Да как… — начал Ковальчук, собираясь с мыслями.
— Да, — перебил Дамир, — Как?
Глава поселения дернулся, как от пощечины и сжал кулаки. Пацан в последнее время выводил Святослава из себя, и повлиять на мелкого не получалось: психологов в поселении не было, а разговоров по душам с самим Ковальчуком Дамир либо избегал, либо воспринимал все сказанное в штыки. Но с излишней агрессией подростка нужно было что-то решать. Если Дамир докопается до истины или начнет подрывать авторитет начальства, придется отправить его следом за Нудным.
— Я могу озвучить тебе версию, до которой я дошел с Вестой. И то, если ты не станешь меня перебивать после каждого слова!
— Давайте, — требовательно произнес подросток.
— Вестовцы нашли трупы своих товарищей и уже от этого отталкивались. Ты же знаешь, что с Вестой Леха не ладил? Так вот, предположительно телекинетик почему-то напал на десяток топовых бойцов, которые хотели пересидеть ночь в старой Весте. Не знаю, зачем ему это было нужно… Леху атаковали в ответ и насадили на торчащий из стены прут. А вот как после смерти Леха обратился в зомби, до сих пор гадают. Возможно, вестовцы мажут пули слизью с мертвецов. Не знаю.
— Неубедительно, — возразил Дамир, но тон все-же сбавил, — Леха не мог напасть на вестовцев сам, а если бы напал, то покрошил бы всех без труда.
Ковальчук пожал плечами, мол, факты говорят об обратном.
— А почему у нас в тот же день появился новый грузовик, а на следующий — стена?
— Военных эвакуировали в Весту: лишняя техника им в поселении не нужна, они её за бесценок продавали. Карбышево почти с самого начала состоит в совете поселений, если ты вдруг не знал, от того с нами и поделились гуманитаркой. Нам Веста ещё и продукты передала, если ты не знал. Стена оттуда же — мы были вторыми в очереди на обеспечение безопасности. Третьими были Соловьи, но не дождались. Я ответил на все твои вопросы?
— На этот — да. А где Витя и Инга?
Святослав мысленно выругался и вздохнул, вспоминая, что Витя перед уходом трепал нервы еще хлеще, чем Дамир.
— Они в Весте, с социальной миссией. Скоро вернутся. Выторговывая продукты, я пообещал, что некоторое время Витя и Инга поработают на Весту: там тоже есть люди, которых нужно лечить, и кузня у Весты покруче нашей будет.
На разговор с пацаном ушло еще десять минут. Дамир выплеснул весь негатив и ушел задумчивый, Ковальчук же, когда отвязался от чересчур въедливого подростка, спустился во двор взвинченный, как качок на сушке. Увидев на лавке Гигу, Святослав направился к нему.
Вчера Ивана прокачали с помощью мертвеца, пойманного в старую ловушку. Ковальчук уже не считал прокачку Гиги хорошей идеей: после случая с Лехой старик отстранился, стал замкнутым. Но по-прежнему требовался: на Гигу шли дела, когда у Святослава не хватало времени успевать везде самостоятельно, а ещё Иван внушал остальному обществу именно те мысли,
