Читаем без скачивания Беглецы и бродяги - Чак Паланик

Чей-то голос:

– Вот будет прикол, если мы все задохнемся от угарного газа. Вот откроют контейнер, а мы все лежим и не дышим.

Еще один голос:

– Да, будет, бля, круто.

Мы сидим в темноте, нас всех дружно болтает туда-сюда. Шепотом высказываем догадки, куда нас везут, исходя из левых-правых поворотов и скорости грузовика. Пахнет чили, чесноком и жареной курицей. Когда грузовик останавливается, мы умолкаем – а то вдруг там снаружи полиция.

Не видно вообще ничего. Даже часов на руке. Даже собственных рук. Едем долго. Кажется, много часов и миль. А потом грузовик останавливается и сдает чуть назад. Дверь поднимается. Открывается. Пламя свечей, что снаружи, кажется ослепительно ярким для наших глаз, истосковавшихся по свету. Мы идем по тропинке между горящих свечей и глубоких ям – черных дыр в бетонном полу. Внутри пустого товарного склада.

Какая-то женщина роняет свою керамическую кастрюльку, и та разбивается.

– Блядь, – говорит она. – Это мир после ядерной катастрофы, а я умудрилась разбить тушеную фасоль.

Мы проходим по гулким пустым помещениям, где в ржавых мусорных баках горит огонь. С потолка свисают руки и ноги манекенов, скрепленные проволокой и утыканные зажженными свечами. Такие вот жуткие люстры. Трещит старенький узкопленочный кинопроектор, и на выщербленной стене мелькают кадры из армейских инструктажных роликов и христианских мультфильмов. Тут есть буфет. Музыканты настраивают инструменты. Расколотые унитазы в сортире забиты мусором и дохлыми крысами.

Вроде как это старый автобусный ангар под западной оконечностью Маркем-бридж. Члены Портлендского какофонического общества взломали замки и подключили электричество. Еще одно огромное помещение. Дорожки для боулинга обозначены рядами тонких церковных свечей. Вместо кеглей – красивые хрупкие предметы искусства из лавок старьевщиков: фарфоровые вазы, лампы и статуэтки. В больших коробках – стаканы, тарелки и чашки, чтобы кидать их о стену.

Вроде как это здание должны снести уже на следующей неделе.

Музыканты начинают играть. Народ хватает обломки труб и колотит по металлическим предметам. Люди носятся по ангару, по этому бетонному лабиринту, с фонариками и светящимися палочками. Глубокие дыры в полу – это смотровые ямы для ремонта автобусов. Ямы соединяются подземными коридорами, в которых легко потеряться. Наверху, на втором и третьем этажах, располагаются офисы, куда можно подняться по лестнице. Заброшенные кабинеты завалены гниющими одеялами и засохшим говном. По полу разбросаны грязные иглы и неработающие зажигалки, оставшиеся от ночевавших тут нарков.

В большом зале внизу люди танцуют, пьют, бьют тарелки. Здесь – еда и кино. Над разбитой стеклянной крышей пролетает полицейский вертолет. Кто-то запускает боулинговый шар по освещенной свечами дорожке. Мастерский удар. Шар вдребезги разбивает симпатичную, ручной работы статуэтку мисс Пигги.

Сели – поехали: поезда, самолеты и автомобили, с которыми следует познакомиться

В ожидании следующей поездки в закрытом контейнере на «Апокалипсис» – а это мероприятие проходит два раза в год – побывайте в других местах, так или иначе связанных с транспортом и перевозками, и познакомьтесь с интересными людьми, тоже имеющими отношение к транспорту. Например, с преподобным Чарльзом Линвилем, человеком, который взломал замки в заброшенном автобусном ангаре и придумал все это апокалиптическое веселье. В свободное время, когда Чарльз не взламывает замки и не проникает в запретные зоны, он работает почтальоном в почтовом отделении Юнивесити-Стейшн.

«ПОЖЕНИМ МИГОМ» – «ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЗАКОННОГО БРАКА ЗА ДЕСЯТЬ МИНУТ И МЕНЬШЕ. В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ МЫ ВОЗВРАЩАЕМ ДЕНЬГИ!»

Раньше, пока не закрылась Церковь Элвиса, в Портленде считалось очень шикарным жениться именно там. Однополые и групповые браки и даже браки с собой, любимым, – они считались вполне «законными» в церкви Элвиса, где всего за пять баксов священник выдавал вам игрушечные кольца, заставлял произнести какую-нибудь совершенно шизоидную клятву и объявлял брак состоявшимся. Но основное веселье начиналось потом, уже после свадебной церемонии, причем заранее об этом не объявлялось. Молодоженам вменялось в обязанность объехать ближайший квартал в машине, украшенной всякими росписями, с консервными банками, привязанными сзади, – чтобы сообщить всему миру о своем новом женатом статусе. В общем, вы, как идиоты, проезжаете по улице, и все тычут в вас пальцем, кричат и гудят – но при этом все вам улыбаются и все вас любят.

Теперь Церковь Элвиса закрыли. Но проблем – никаких. Преподобный Чарльз Эдвард Ленвиль ждет вас в Церкви Богоматери вечного внутреннего возгорания в Селлвуде, на Миллер-стрит (ЮВ), 1737. Телефон: 503-232-3504.

Там преподобный Чак вмиг устроит вам свадьбу. Мероприятие носит название «Поженим мигом». Фирма гарантирует: «Заключение законного брака за десять минут и меньше. В противном случае мы возвращаем деньги!»

Здание просто нельзя не заметить. В 1996 году несколько сотен Санта Клаусов стояли тут в очереди, чтобы пройти через металлодетектор и хлопнуть виски на завтрак. Над главным входом висит портрет преподобного Билла, черного Лабрадора, который живет при церкви и также является официально зарегистрированным служителем Церкви вселенской жизни и может свершать различные обряды и таинства, в том числе и венчание.

На подъездной дорожке стоят машины преподобного Чака, среди которых есть «форд-торино» 1973 года выпуска, весь обклеенный знаками, предупреждающими о различных опасностях, и раскрашенный желто-черными полосами по типу предупреждающей ленты. К кузову автомобиля прилеплены гильзы от винтовки. Сломанные очки. Часы. Осколки зеркала. Предупреждающие знаки. Плюс к тому – дохлые рыбины и скелеты оленей, выкопанные преподобным Биллом. И еще – бессчетное количество сосок от детских бутылочек.

– Людей тянет к ним неодолимо, – говорит преподобный Чак. – Солидные дядьки в деловых костюмах так и норовят тайком покрутить соску, когда никто не видит.

Тема этого автоколлажа: «Вещи, которые запросто доведут до беды». Сиденья обтянуты мехом рыси, с чучелами настоящих голов.

Вторая машина преподобного Чака – «Иисус Крайслер» – это «крайслер-ньюпорт-роял», украшенный ржавыми дверными ручками. Гильзами от патронов с картечью. Часами. На крыше красуется ржавая металлическая модель моста «Золотые ворота». Рядом с ней – воздухозаборник турбины, выложенный мозаикой из стразов, стекляшек и зеркальных осколков и похожий на огромную сверкающую корону. Капот оклеен элегантными тиснеными обоями под золотую парчу. На лобовом стекле – пластмассовая фигурка с подсветкой. Лик Иисуса.

– Люди говорят, что это – сущий кошмар. Я использовал здесь много острых, колющих и режущих деталей, чтобы, если кто-то захочет чего-то украсть, они заплатили за это кровью.

Впереди преподобный Чак повесил еще колокольчики от саней.

Его первым артавтомобилем был «шевроле-белэар» 1967 выпуска, который он приобрел за $200 в 1983-м, когда переехал в Портленд из Лос-Анджелеса. Сперва он устроился на работу в Орегонское общество гуманистов на Колумбия-бульвар (СВ).

– Мне не пришлось никого усыплять, – говорит он. Но во вторую смену ему приходилось загружать трупы животных в кремационную печь. – Поначалу ты обращаешься со зверюшками благоговейно и ласково, но потом просто берешь котят и кидаешь их, как снежки, со всего маху, в печь. Летом было хуже всего. Кошачий сезон. Мы просто не успевали их всех сжигать.

В то же время преподобный Чак потихоньку таскал котят из приюта домой – в свою съемную квартиру, где хозяева не разрешали держать животных. Он давал объявления в газетах и находил новых хозяев для животных, для которых истек срок продажи. Даже для французских пуделей с плохой стрижкой. Он говорит:

– Я привел домой столько собак, что мне было даже неловко гулять с ними при свете дня.

Как-то раз, как это случается с каждым из нас, кто берет на работу еду, он забыл пакет с обедом на крыше машины. И так и поехал. Все смеялись и показывали на него пальцем. После этого он приклеил на крышу машины кофейную чашку. Люди снова смеялись, махали руками и показывали пальцем на крышу, стараясь привлечь его внимание. На следующий день он приклеил туда кофеварку, потом – вафельницу, а потом – целый завтрак.

– Слышал про «Континентальную экипировку»? – говорит он. – Такой набор держателей и кронштейнов, чтобы крепить запаску на заднем бампере. Я назвал всю композицию «Континентальный завтрак на колесах».

В конечном итоге в набор для завтрака вошли настоящие пирожные «Hostess Twinkles» в оригинальной упаковке.

– Я обнаружил, что, если не повреждать упаковку, «Twinkies» не портятся почти год. А когда у нас происходили нашествия муравьев, они почти никогда не трогали «Twinkies».