Читаем без скачивания Беглецы и бродяги - Чак Паланик

Это и было начало.

– А что? – говорит преподобный Чак. – Мне просто нравится лепить на машины всякую чепуху.

Он использует только стопроцентный силиконовый клей. Например, «GE» или «Dap» – очень хорошие марки. Иногда он сверлит корпус и крепит предметы на винтах, но подобная техника плохо подходит для нашего климата. В Орегоне это означает протечки и ржавчину.

– Я пытался заделать дырки, чтобы там вообще не подтекало, но внутри до сих пор восхитительно пахнет подвалом. – А когда надо помыть и почистить все эти игрушки, приспособления, кости и прочие прибамбасы, ну… – Если получше присмотришься, ты увидишь, что я их вообще не чищу. Это же Орегон, – говорит он. – Пусть небо их моет! – Тем более что ему нравится наблюдать за «мутацией» всех этих голов пластмассовых пупсов, сосок с детских бутылочек и распятий – как они трескаются и сочатся белесой влагой, как они изменяются под воздействием непогоды и выхлопных газов.

Плюсы:

– Я разговаривал с людьми, которые тоже занимаются автоартом, и все согласны, что на таких машинах ездить приятней и проще. Можно нарушать правила, и тебе ничего за это не будет. Можно ехать на красный. Парковаться в неположенном месте. Можно не пропускать никого на перекрестках без светофора.

Минусы:

– Всем сразу хочется все потрогать и покрутить. – Или чего-нибудь отломать. Например, крошечные позолоченные или посеребренные призовые фигурки, изображающие спортсменов, играющих в боулинг, гольф или бейсбол. – Обычно реакция людей положительная в девяноста девяти случаях из ста. Но непременно найдется кто-то, кто станет орать: «Зуб даю, у этой машины СПИД!» – Преподобный Чак говорит: – Чтобы ездить на художественной машине, надо быть толстокожим. И заранее приготовиться к тому, что вандализм будет.

И вот еще одно неудобство: сверкающие зеркала и яркие цвета привлекают шершней и пчел, которые принимают машину за цветущий сад.

Да, и вороны. У Чака есть несколько кассет с записями голосов диких животных – кабаны во время случки, койоты, дерущиеся вороны, рыси в брачный период, – которые он проигрывает через громкоговорители, установленные у него на машинах снаружи. Когда он проигрывает «вороньи» записи, к машине слетается стая ворон и летит следом, как шумное черное облако.

– Обожаю громкоговорители, – говорит он, – потому что они воздействуют на окружающую среду с расстояния в два квартала. – Если поставить запись «Рыжая лисица в глубоком горе», все собаки в округе заливаются лаем.

В Портленде подобные выходки считаются вполне естественными и нормальными. Весь город, говорит преподобный Чак, страдает «комплексом маленького человека». Он добавляет:

– Свои маленькие размеры Портленд компенсирует шумным, несносным поведением.

Иногда вместо голосов животных он включает старые, 1950-х годов, записи гипнотических сеансов для людей, которые писаются во сне. Громкие голоса, бьющие по ушам, сообщают всем соседним машинам:

– Мы тебя любим. Ты очень нам нужен. Если ты ночью захочешь писать, и проснешься, и встанешь, и сходишь в туалет, и вернешься в чистую, сухую постель – мы будем любить тебя еще больше…

На Рождество он глушит прохожих низкопробной рождественской музыкой и называет все это «расстрельными песнопениями». Кстати, все это очень мешает адекватному восприятию реальности. Чак говорит:

– Теперь, когда я слышу ворон, я думаю: настоящие это вороны или нет? Когда я слышу сирену, я думаю: это кто, настоящие копы или кто-нибудь вроде меня ?

Задумка Гленна Зиркля, сотрудника «WSCO Petrolium», была хороша. Он преследовал благородную цель: хотел разыскать старую бензоколонку, отремонтировать ее и подарить своему начальнику, Дику Дайку. В 1982 году он такую бензоколонку нашел. А в 1985-м нашел еще одну. С тех пор его коллекция «Бензиния» постоянно пополняется, так что в офисе компании на Двадцать девятой авеню (СЗ), 2929, теперь все заставлено старыми бензоколонками.

Это называется Историческим музеем начала бензиновой эры. В экспозиции представлены бензоколонки всех периодов и фирм.

Гленн сам проводит экскурсии. Вот «слепые топливозаправщики» 1910-х годов, а вот и первые «зрячие» колонки, появившиеся на рубеже 1910-х и 1920-х. Самая первая из этих «зрячих» – колонка компании «Wayne», модель 492, «римская или греческая колонна», сделанная в виде белой рифленой колонны. Штука чертовски фасонная, но каждый ремонт означает, что надо заново разбирать-собирать всю конструкцию и менять все детали – включая и резиновые прокладки.

– Я просто обратил внимание, что фермеры ездили в город не каждый день, – говорит Гленн. – То есть можно предположить, что у них на участках были свои бензоколонки.

В «зрячих» бензоколонках бензин поступал в бак из стеклянных десятигаллоновых емкостей высотой тридцать дюймов, похожих на аквариумы в форме цилиндра, – их устанавливали сверху колонки. Бензин закачивали – вручную или посредством электричества – в эту стеклянную емкость, размеченную делениями на каждый галлон. Таким образом, покупатель видел, сколько ему отмеряют бензина. Гленн говорит:

– Люди хотели видеть, что им наливают столько, за сколько они заплатили.

В заправочный бак бензин просто стекал по шлангу.

В 1930-х годах появились колонки со «шкалой-циферблатом». На таких «циферблатных» колонках каждый заливаемый в бак галлон отмерялся одним полным оборотом длинной «минутной» стрелки, а короткая «часовая» стрелка крутилась медленнее и отсчитывала общее количество залитых галлонов. В 1940-1960-х годах, когда бензин стоил от 19 до 30 центов за галлон, на автозаправках стояли колонки с «трехколесными» счетчиками – с тремя крутящимися колесиками, отмерявшими общую сумму проданного бензина. В конце 1960-х годов, когда цены на бензин возросли, появились «четырехколесные» колонки.

Кроме бензоколонок, в музее также представлены всякие штуки, так или иначе связанные с автозаправочным бизнесом: игрушки и сувенирные тарелки, большинство – с красным Пегасом, эмблемой «Mobil Oil». Плюс к тому – старые дорожные знаки и фарфоровые ракушки, которые раньше стояли на автозаправочных станциях «Shell». Свое лучшее приобретение Гленн сделал несколько лет назад, когда вышел на одного пенсионера, который раньше работал на топливном терминале в порту. У этого человека была целая коллекция старых вывесок с разных автозаправок из практически вечной эмалированной стали. Он оттащил их к себе домой, чтобы покрыть ими крышу сарая. Когда Гленн его разыскал, он как раз разломал старый сарай и волок вывески на помойку. Он сказал: «Ты мне заплатишь за этот хлам?» Гленн говорит:

– Я купил у него шестьдесят три вывески.

Посещая музей, имейте в виду, что он расположен в здании действующей фирмы. «WSGO Petrolium» – это компания-дистрибьютор топлива, которая владеет местной сетью автозаправочных станций «Astro». Первоначально она называлась «Находчивый Дикки»3 в честь президента Дика Дайка.

– Потом у Никсона начались неприятности, и мы поменяли название, – говорит Гленн. Но эмблема компании осталась прежней: улыбающаяся рожица рыжеволосого мальчика.

Этот аэроплан, окрещенный в народе «летучей поленницей», поднимался в воздух всего один раз: 2 ноября 1947 года. Теперь «Нарядный гусь» Говарда Хьюза стоит в музее авиации «Эвергрин» в Мак-Миннвиле, неподалеку от Портленда. Адрес: Три-Майллейн (СВ), 23850. Телефон: 503-434-4180. Адрес в интернете: www.sprucegoose.org .

Если ваша машина оборудована ремнями безопасности и системой аварийного сброса пара из закипевшего радиатора, вы можете принять участие в портлендских уличных гонках. За информацией обращайтесь на Портлендский международный автодром (Portland International Raceway) со среды по пятницу. Гонки для «шумных» машин, с уровнем шума до 103 децибел, проходят с 16:00 до 22:00. Гонки для автомобилей с уровнем шума до 90 децибел проходят поздно и заканчиваются в час ночи.

Автодром располагается в парке «Уэст дельта» (West Delta Park) на бульваре Виктори (С), 1940. Телефон: 503-823-RACE. Расписание гонок см. на сайте www.portlandraceway.com .

Портленд и железные дороги – они никогда не кончаются. В течение многих лет в Портленде располагалась самая короткая в мире железная дорога длиной всего в пару миль – от Милуоки до восточной оконечности Маркем-бридж. Она называлась Сэмтрек, в честь механика и владельца подвижного состава Дика Сэмуэля, жена которого, Даун, была машинистом.

А еще раньше местные ребятишки любили играть на старинном паровозе, который стоял на цветочной клумбе перед вокзалом Юнион, – пока его не купили ребята из Голливуда и не превратили в «Пушечное ядро из Хутервиля» в телесериале «Petticoat Junction».

Где посмотреть на старые поезда: едете по Семнадцатой авеню (ЮВ), сразу к северу от бульвара Холгейт, и поворачиваете на восток на Центральной улице. Проезжаете один квартал, и там будет железнодорожный переезд. Переезжаете через рельсы, и сразу за ними начинается большая гравийная автостоянка, где всегда полно грузовиков. Забираете вправо (на юго-восток) и проезжаете через стоянку до следующего железнодорожного переезда. Сразу за переездом будет паровозное депо с маленькой белой табличкой БРУКЛИН. Паркуетесь у одноэтажного здания, примыкающего к зданию депо. Вход в депо – через массивную красную дверь сразу под табличкой БРУКЛИН.