— Трон тоже бросаешь среди прочего барахла, сынок?
— Какой трон? — не понял наемник. Трактирщик, похихикивая, объяснил — какой... Гром свел густые брови в тяжелом раздумье. Мальчик, почуяв недоброе, попытался прошмыгнуть к двери.
— А ну, сидеть! — пришпилил его к стене командный рык.
Наконец Гром заговорил негромко и серьезно:
— Ладно... был я вчера распоследним дурнем... до чего же здесь вино поганое! Но дело сделано, а проигрыш я всю жизнь платил. Не знать мне теперь покоя, покуда не станешь ты, малыш, королем!
Мальчик метнул затравленный взгляд на трактирщика. Тот выразительно постучал себя пальцем по лбу.
— Тебя как зовут? — требовательно спросил Гром своего будущего повелителя.
— Имя у меня есть, — с достоинством отозвался мальчик, — и, поверь, хорошее. Но сейчас называть его не хочу.
— Не ты один такой, — понимающе кивнул наемник. — Возьми пока прозвище погрознее... вот хотя бы Джилар Победитель. Звучит, а?
— Назваться чужим именем?! — взвился было оскорбленный парнишка, но Гром оборвал его:
— Нет же, дурень, прозвищем! Ты ж никогда не будешь уверять, что так тебя отец назвал! А короноваться можно под настоящим именем.
— Мне выдумками забавляться некогда, — хмуро ответил мальчик спятившему наемнику. — За мной, если хочешь знать, гонится свора убийц!
— Мы теперь с тобой, как рыба с водой, — повел могучим плечом Гром. — С убийцами, если что, я потолкую. Никто тебя не тронет, пока на престол не взойдешь. А уж тогда пусть тебя хоть режут, хоть травят...
Парнишка хотел что-то возразить, но в открытую дверь ворвался отголосок дальней схватки: крики, лязг оружия, испуганное ржание лошадей. Не сговариваясь, подросток и наемник выбежали за дверь и со всех ног бросились по дороге.
За поворотом им открылось печальное зрелище. Три коня, всхрапывая, бродили среди мертвых тел. У одного из лежащих была пробита стрелой шея, двое других встретили смерть с мечами в руках. Нападавшие — кем бы они ни были — успели скрыться.
Горестно охнув, мальчик упал на колени возле одного из воинов. Наемник с грубоватым сочувствием положил ему руку на плечо:
— Это твой друг?
— Друг отца, — поднимаясь на ноги, сказал побледневший мальчик. — Ехал, чтобы встретить меня... а теперь у меня не осталось никого на свете...
Наемник мрачно размышлял вслух:
— Убийцы сразу ускакали — стало быть, не за тобой... Глядишь, еще кто нагрянет, уже по твою душу... Уходить надо!
Безмолвный мальчик покорно подчинился. Ему, похоже, было все равно, куда и зачем идти. Лишь у поворота дороги он робко обернулся:
— А... костер?
— Скажу трактирщику, он все сделает.
Вскоре два всадника уже путали след по лесным тропинкам, по старым просекам, по руслу высохшей речушки. Мальчик безучастно ехал следом за Громом, время от времени поднимая тонкую белую руку, чтобы защитить лицо от хлестких ветвей. Очнулся парнишка лишь тогда, когда Гром придержал свою лошадь.
— Я тут придумал... — поделился наемник яркой идеей. — Чтоб никто не вякал, будто ты не по закону на трон взошел, мы тебя женим на принцессе Ульгайе.
Парнишка подавил нервный смешок и покрутил головой, невольно восхитившись спокойной целеустремленностью своего спутника.
— Не возражаю. На принцессе так на принцессе. Чего не сделаешь ради престола! Но тогда поторопись: во дворце уже два жениха имеются. Недоглядишь — ее замуж и выдадут...
— Пусть выдают! — небрежно решил Гром судьбу принцессы. — А мы из нее сделаем вдову и снова пустим дело!
Мальчик замолчал, поняв, что имеет дело с силой, в мощи и размахе не уступающей стихийному бедствию вроде землетрясения или лесного пожара...
Орешек восхищенно присвистнул.
— Я понял, конечно, о ком речь, но и подумать не мог, что все началось с коробки с костяшками...
— С трех костяшек! — уточнила Нурайна. — С трех драконов!.. Безродный наемник и сирота с убийцами за спиной отправились на завоевание королевства и времени зря не теряли. В тот же день они наткнулись на разбойничью шайку. Гром поиграл мускулами, выдернул с корнями молодое деревце — и обеспечил себе и своему спутнику место в отряде. Таким богатырям, как он, везде рады. Но если бы разбойники знали, что будет дальше, не спешили бы принять новичка в свои ряды.
— Про шайку я тоже не знал. В летописях сказано...
— Ты еще будешь пересказывать мне летописи? Не перебивай... Утром Гром с подозрительно глубоким знанием разбойничьих обычаев вызвал вожака на поединок и убил его. Понимаешь, единственный способ самому стать вожаком...
— Ты еще будешь разъяснять мне разбойничьи порядки? — отомстил ей Орешек за летописи. — Не отвлекайся.
— Когда разбойники подняли восторженный вой в честь атамана Грома, тот велел всем заткнуться. И сообщил, что его дело маленькое — мечом махать. А вот Джилар — голова, Джилару и быть атаманом. А если кто, шибко умный, недоволен, пусть скажет сразу. Он, Гром, этому шибко умному кишки намотает на... — Нурайна чуть сбилась, но быстро продолжила: — ...на шею. И сразу вокруг станет тихо, мирно, наступит полный порядок...
— И что, смирились? — изумился Орешек.
— Ну... видимо, Гром выглядел внушительно... Самое интересное началось, когда атаман Джилар был признан шайкой. Гром, которого с первого взгляда можно было счесть тупой горой мышц, оказался прирожденным командиром. Он твердой рукой начал превращать шайку в боевой отряд, действуя от имени Джилара. Разбойников было немного, жили они попросту: украл — пожрал — спать завалился. Пощипывали проезжих да прятались от стражи. Гром поставил перед ними цель: оружие, как можно больше оружия! Шайка росла. Гром привечал любого бродягу. Прежде разбойники не допускали к своему костру беглых рабов: оружия те в руках сроду не держали, а хлопот из-за них могло быть много. А Гром не только принимал всякого — он тайно посылал весть невольникам в рудники, в каменоломни: убивайте надсмотрщиков, бегите в лес, атаман Джилар накормит вас, оденет, научит владеть клинком! И учились — в схватках: отряд рос, нужно было все больше продовольствия и опять-таки оружия. Гром талантливо планировал налеты на богатые владения. Теперь разбойники не прятались от стражи, а давали ей открытый бой. Слава Джилара катилась все дальше и дальше, и когда его люди одержали первую крупную победу, захватив Замок Горьких Родников, они торжественно подняли на щите перед шаутеем своего, юного предводителя, провозгласив его властителем замка.
— Какое время было, какие люди! — с завистью вздохнул Орешек. — До чего же тогда интересно жилось!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
