первым успешным опытом, я коснулся обрезка трубы, получив второй шарик чуть меньшего диаметра. Затем заставил оба шарика слиться.
Отработав навык, я уже без какой-либо опаски принялся сноровисто перерабатывать железные обрезки, в итоге получив большую металлическую вытянутую колбу с толстыми стенками весом под сорок килограмм. Следом я сформировал цилиндрический штырь, который идеально подходил под внутренний диаметр колбы. Проверив, замечательно ли входит поршень в отверстие и выходит из него, я отправил колбу в сумку и быстро сварганил две аналогичные, тем самым на четверть уменьшив груду обрезков.
Далее мой путь лежал к вагонам с углем. Никем не замеченный, я приземлился прямо на «черное золото», достал подготовленную тару и принялся набивать тяжелые металлические колбы природным углеродом. Насыпав уголька с горкой, я положил на него ладонь и применил все ту же трансфигурацию, превращая полезное ископаемое в текучий состав, который сноровисто заполнял пустоты, постепенно «переваривая» в себе отдельные куски породы. «Жидкий антрацит» не изменил свою молекулярную структуру, но существенно уплотнился и стек на дно колбы, поэтому мне пришлось досыпать материал еще дважды.
Оставив немного пустого места сверху для установки поршня, я достал купленное колечко и выковырял один бриллиант. С помощью все того же воздействия я раскрошил драгоценный камень в мелкую пыль, которой посыпал черную жижу, словно повар готовящееся блюдо. Но этого мне показалось мало. Направленным вливанием энергии я тщательно перемещал вязкую субстанцию, добившись равномерного распределения «затравки», после чего втянул магическую силу обратно, превращая антрацит в твердый монолит. Четкость своего энергетического зрения я не снижал, а потому мог дать гарантию, что все мои магические манипуляции не вызвали волн на ровной глади природного фона промышленного квартала. Похоже, я овладел легендарной «эльфийской» магией – волшебством с КПД, близким к ста процентам! Можно начинать собой гордиться.
Повторив воздействие, я заполнил материалом остальные колбы, упрятал их в сумку и полетел изучать строения на территории завода, которых оказалось немало. Заглядывая в узкие оконца и разглядывая производственные цеха, я искал пригодное для дела, но главное - незанятое оборудование. К сожалению, несмотря на выходной, везде кипела работа. Гигантские пуансоны выдавливали в матрицах разные сложно опознаваемые детали, прокатные станы то и дело прогоняли длинные куски металла, электромолоты со всей дури лупили по раскаленным заготовкам, рассыпая яркие огненные брызги, а токарные станки щедро выдавали кудрявую разноцветную стружку. Крайне залипательное зрелище!
Спустя полчаса разведки, когда я успел исследовать около трети предприятия, мне улыбнулась удача. На втором этаже сборочного цеха я обнаружил небольшое помещение, судя по черной школьной доске с мелками, учебное, где помимо массивной мебели и железного шкафа с инструментами находились четыре старых токарные станка и гидравлический пресс. Проверив наличие камер внутри и сигнализации на окне, я не обнаружил ни того, ни другого. С помощью контактной трансфигурации проделал дыру в стеклопакете, повернул ручку и распахнул раму. Влетев в помещение, я сразу закрыл окно – а то мало ли глазастых охранников на улице, после чего приземлился рядом с нужным мне агрегатом.
Гидравлический пресс оказался рабочим – достаточно было подключить питание. Судя по наклейке на задней крышке, он был способен выдавать до тысячи атмосфер. Так себе результат, если учесть, что синтетические алмазы выращиваются при давлении в пять гигапаскалей, что в переводе на атмосферы превращается в цифру, недалекую от пятидесяти тысяч. Однако я видел ролик на «Ютьюбе», в котором энтузиаст с помощью аналогичного пресса получил настоящие алмазы.
И пусть они оказались размером с песчинку, но автор видео не использовал никакой «затравки», а в качестве материала взял самые обычные карандашные стержни, в которых графит перемешан с глиной. Помнится, его раскаленную форму пресс банально деформировал, поэтому о сколь-нибудь приличном давлении речи вообще не велось. У меня же помимо качественной основы, добавленного в нее образца для кристаллизации и крепкой формы имеется ее величество Магия, а значит, мой план изначально обречен на успех!
На то, чтобы освоить управление аппаратом, у меня ушло полминуты. Там и осваивать было нечего – три кнопки на пульте и два рычажка, все заботливо подписанные. Прогулявшись и на всякий случай проверив, заперта ли дверь комнаты, я взгромоздил стальную колбу на специальную подставку, установил поршень, предварительно укоротив вполовину, чтобы он поместился без проблем, взял в руки пульт управления и прикоснулся к металлу.
Сосредоточившись, я направлял свою силу, минуя стенки колбы, непосредственно в уплотненный антрацит, быстро разогревая его и доводя до нужной температуры образования кристаллов. Если допустить, что в обычном «инсендио» градусов пятьсот, мне был необходим жар примерно в четыре раза выше, поэтому магии я не жалел. Почувствовав, как начало припекать пальцы, я запустил пресс. Басовито зажужжав, тот принялся вдавливать поршень в колбу, сдавливая раскаленный материал. Я же в этот момент сместил свое внимание на металл и приступил к обратному процессу – извлечению лишней энергии.
Остудив колбу, я выключил пресс и снова направил магию в углеродистую породу. А спустя полминуты мне опять пришлось прервать нагрев и заниматься охлаждением, пока многотонный аппарат гудел над ухом, по миллиметру вгоняя поршень. Имелись у меня опасения, что металлическая форма не выдержит внутреннего давления и разорвется. Однако толщина стенок оказалась вполне достаточной, а перепад температур был не таким большим и не нарушал кристаллическую решетку стали, увеличивая ее хрупкость.
Повторив цикл в седьмой раз, я внезапно ощутил изменения в материале. Во-первых, его структура стала намного плотнее, что было видно уже по поршню, на треть погрузившемуся в колбу, во-вторых, поддерживать постоянную температуру образования алмазов стало легче, в-третьих, антрацит в колбе начал более охотно впитывать мою силу. Последнее лучше прочего доказывало, что я на верном пути. Ведь алмазы – лучшие магические накопители. Ни один другой материал не способен так хорошо удерживать магию. А если его еще снабдить соответствующими рунами…
Начиная цикл в пятнадцатый раз, я понял, что моя сила тратится не на сам нагрев, а полностью поглощается углем, и решил сменить воздействие. Обратившись к трансфигурации, я принялся ускорять процесс образования кристаллической решетки будущих драгоценных камней. Я не пытался менять саму суть вещества, а лишь оказывал содействие запущенной алмазной «затравкой» цепной реакции кристаллизации, подводя к основе «питательные вещества». И при этом не переставал контролировать давление, а также периодически остужал колбу, чтобы не сжечь себе пальцы.
Благодаря улучшенным мозгам совмещать все эти задачи было несложно. Я даже умудрялся посматривать, не собирается ли кто из рабочих ко мне заглянуть. Но мешать мне не спешили – видимо, за царившим в цеху шумом слабое гудение
