ничего не делал! Это всё этот старый извращенец, даттебайо! Зачем ты бьёшь меня, бабуля Цунаде? — возразил Наруто, но его слова пропали втуне.
Он вспомнил о берсерках — воинах, о которых ему рассказывал мастер Сайтама. Входя в неконтролируемое состояние жажды крови и убийства, они не соображали вообще, что творят, не разбирали врагов и союзников, но при этом могли одолеть чуть ли не целые армии. Так вот, видимо, эта женщина как раз и принадлежала к категории тех самых персонажей. И по личным наблюдениям Наруто, если эта бешеная старуха вошла в «берсерк-мод», её уже оттуда не вытащишь.
Уворачиваясь от наполненного под завязку чакрой кулака, он встал на мостик, после — ловким сальто оказался на верхушке следующего «зуба»… как вдруг обнаружил, что на нём нет полотенца, и он сверкает голыми чреслами перед одним из легендарных саннинов.
От неожиданности он, потеряв контроль, поскользнулся и завалился чуть вперёд и вбок, чудом разминувшись с очередным ударом ниндзя-медика, однако…
«ХВАТЬ!» — на автомате, чтобы не упасть окончательно, он ухватился за полотенце бабули, но тщетно: в итоге он утянул её за собой.
«А ведь эро-сеннин, зараза такой, оказался в плавках…» — мелькнула запоздалая мысль у Наруто.
Больно треснувшись затылком, он обнаружил, что сверху его что-то накрыло и вдруг стало темно, а воздуха стало меньше. Правда, вместе с тем возникло ощущение защищённости, мягкости и лёгкой прохлады на лице, с двух сторон. Почему-то появилось непреодолимое желание потереться лицом об это и заугукать, как малыш-грудничок.
И если от угуканья малыш Наруто удержался, то от первого не смог:
— М-м-м… как мягко, даттебайо…
Стоило, помимо лица, подключить ещё и руки в исследовании неизвестных форм, что накрыли его аки подушки в шёлковых наволочках, он понял, что ему, кажись, хана…
Цунаде приподнялась, прикрывая роскошную грудь сгибом руки, но даже так её прелести были на всеобщем обозрении.
Полотенце слетело, оставшись на уровне живота и бёдер. Сложив одноручную печать, она применила Хенге, облачившись в зелёную тунику из чакры. Ледяной взгляд пригвоздил Наруто к земле. Блондин шумно сглотнул и нервно хохотнул:
— Хе-хех… Ба-чан… это ведь случайность, ты понимаешь, да?
Где-то сбоку послышались всхлипы. Синхронно обернувшись, Наруто и Цунаде увидели эро-сеннина. Из его носа текла кровь, которую он то и дело шумно втягивал обратно. Вместе с тем, его глаза — несмотря на видимый в них восторг, восхищение (и зависть?)… — были на мокром месте. Верно, казалось, ещё немного — и Джирайя вот-вот расплачется.
— Н-наруто… — дрожащим голосом сказал он, поднимая большой палец вверх, как один небезызвестный толстобровик. — Спасибо… Я окончательно принимаю тебя в ученики и обучу всему, что знаю… и даже больше…
На последних словах из носа хлынул фонтан крови, а из глаз брызнули слёзы, после чего Джирайя упал в спасительный обморок.
«Эро-сеннин… так нечестно, даттебайо! Ты ведь оставил меня одного!»
Наруто ожидал, что его накроет мощной жаждой убийства молодой бабки, а тело превратят в отбивную после такого. Однако…
— Сенсей твоей команды, случаем, не Какаши? — вкрадчиво поинтересовалась Цунаде.
— Эм… да… — натянул глупую лыбу на лицо Наруто. — А что?
Цунаде сидела на его животе, обхватив торс ногами, и о чём-то задумалась. Пальцы тёрли переносицу, а в глазах вместо гнева можно заметить холод и вместе с тем… усталость? Чёрт его знает. Одно Наруто понял точно: вставать она отчего-то не спешила. А учитывая, что Наруто ещё и голый, то вскоре может последовать одна неконтролируемая реакция организма. Всё же бабуля весьма успешно мимикрирует под молодушку.
— Это… может, ты… в-вы… встанете, Цунаде-ба… Цунаде-сама? — заикаясь и смущаясь, пробормотал Наруто. Он даже решил добавить уважительный суффикс, дабы смягчить гнев злой бабули.
— Обязательно, — кивнула Цунаде, сохраняя холодное выражение на лице. — Но не раньше этого…
Она замахнулась ладонью, что покрывала аквамариновая чакра с изумрудными проблесками.
Сейчас Наруто не смог уклониться, а блок поставить не позволяла мужская гордость, всё же отчасти он был виноват в этом недоразумении.
— Ну ок, — прошептал Наруто, закрыв глаза.
Посему мощный шлепок он гордо встретил своим укреплённым чакрой лицом.
Но его сознание всё же отключилось…
Удар Цунаде обычного генина мог заставить пораскинуть мозгами, буквально. Однако благодаря тренировкам с Мастером Сайтамой Наруто научился на приличном уровне укреплять своё тело при помощи чакры. И хоть до того пресловутого «Теккая», о котором говорил лысый, ему еще далеко, но даже так он мог выдерживать весьма мощные атаки и при этом не отлёживаться после оных в госпитале.
Хотя, стоит заметить, распухшая щека и фингал отчего-то заживают куда дольше обычного, несмотря на природную регенерацию. Может, это карма?
Узумаки тряхнул головой, отгоняя всплывшие воспоминания, и попытался сконцентрироваться на текущем занятии.
— Кац! — сложив ладони в печати активации, Наруто с предвкушающим оскалом уставился на прилепленный к макиваре свиток с печатью. Это был его личный взрыв-тег, собственноручно сделанный по методичке эро-сеннина.
Однако, к его удивлению, ничего не произошло. Узумаки склонил голову в бок, не совсем понимая, какого чёрта у него не вышло активировать фуин.
Прошло две секунды, пять, десять. Узумаки снова сложил печать и пробормотал «Кац», впрочем, результат был тем же.
— Что за ерунда, даттебайо? — Наруто подошёл ближе к макиваре, как…
БА-БАХ!
Голову манекена разворотило, а сам Наруто от неожиданности упал на задницу.
— Биджу! — спохватился Джирайя, отбрасывая писчие принадлежности и вскочив на ноги. — Наруто, я же говорил тебе не использовать фуин, пока не проверю результат!
Оказавшись рядом с блондином, Джирайя поднял его за подмышку и оттащил подальше от тлеющей после взрыва травы.
— Получилось, — заторможенно пробормотал Узумаки. Но потом очнулся. — Эй! Ты видел, видел? Мой первый взрыв-тег, эро-сеннин! Я сделал первый взрыв-тег, даттебайо! Аха-хах!..
— Ты вообще не слышал, что я тебе говорил, Наруто? — начал яриться Джирайя. — Фуиндзюцу может быть крайне опасным. Особенно, когда работаешь с кибакуфуда…
Далее от саннина последовала пятиминутная лекция. Что нужно дозировать чакру, а не вбухивать её как можно больше. Если переборщить с количеством, кибакуфуда может непроизвольно взорваться прямо в руке. Необходимо равномерно распределять её по фуин-символам, причём именно в том порядке, в котором
