Но все же собрался с мыслями и отыскал в записной книжке номер телефона хостинга. Набрал номер, постарался как можно доходчивее объяснить суть проблемы.
— Обновите страницу ещё раз, так, снова всё на месте? Извините, я ничего не могу поделать. Не знаю, почему так происходит… Такое в первый раз, честно.
— Чертовщина! Как такое возможно?
— Не знаю, Артём Валерьевич. Теоретически кто-то мог использовать скрипт восстановления с другого ресурса, но это исключено — я перепроверил. Я свяжусь с нашим старшим программистом, если он найдёт решение проблемы — мы вам перезвоним, — с той стороны повесили трубку.
В вагоне на Артёма смотрели испуганно, кто-то продолжал делать вид, что ничего не происходит. Люди ощущали тревогу, им казалось, что вместе с ними едет душевнобольной человек.
Артём трясущимися руками набрал личный номер Александра Иоганновича. «Набранный номер не существует», — ответил мобильник гнусавым контральто.
Нужно срочно что-то придумать… Единственное, что оставалось, — выйти на ближайшей станции и сесть на обратный поезд до Москвы.
Ближайшая остановка — на небольшом вокзале города Уяр. В кассе сообщили, что ближайший поезд до Москвы будет только утром, в половине девятого. Нашлось и место: снова боковушка возле туалета, только на этот раз верхняя.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Обратный поезд опоздал на сорок минут. В вагоне, набитом людьми под завязку, пахло потом и чем-то кислым. Артём взобрался на полку, выпил несколько таблеток снотворного и уснул. Он проспал целые сутки пути.
Несколько раз звонили сестра и мать. Орали в трубку, требовали объяснить срочность возвращения в Москву. Артём не мог придумать ничего путного, сбивчиво врал, после чего родные перестали выходить на связь. «Абонент временно недоступен», — слова автоответчика вызывали величайшее чувство стыда и страха. Из-за Артёма умер отец, а он даже не приехал его хоронить, не увидел могилу.
Все попытки удалить чёртов сайт были безуспешны, уничтоженные файлы воскресали вновь и вновь, после одного из многочисленных звонков в службу технической поддержки у Артёма сдали нервы и он наорал на диспетчера. Там перестали брать трубку…
Последние километры пути до Москвы прошли в мучительном ожидании какого-то катарсиса, но на душе легче не становилось. Напротив, столичное небо, затянутое пеленой свинцово-серых облаков, казалось затаившим угрозу.
Покинув вокзал, Артём спустился в метро, включил ноутбук и поймал wi-fi. Будто одержимый, он раз за разом пытался удалить сайт, но ничего не выходило. Очередная попытка избавиться от этого электронного наваждения кончилась блокировкой на хостинге.
— Суки! Сволочи! — Артём швырнул ноутбук на пол, вскочил и принялся истерично скакать по несчастному компьютеру. Попутчики старательно делали вид, что ничего не замечают.
Будто ошпаренный, Артём выскочил из вагона, расталкивая людей на станции, понёсся вверх по эскалатору. На автобусной остановке он грубо отпихнул медлительную старушку и под возмущённое бормотание вокруг уселся возле окна. Нервы были на пределе, его всё раздражало: разговоры попутчиков казались слишком громкими, водители машин за окном будто бы специально ехали медленнее, задерживая автобус, даже дождь пошёл назло! От страха и злости сердце бешено билось, Артём крепко стиснул зубы, стараясь найти рациональное объяснение той чертовщине, что творилась с ним. Рекламные щиты, мелькающие за окном, недвусмысленно намекали на бесконечность этого безумия: социальная реклама с неизменно мрачным сюжетом вещала, что Артём доигрался, что деньги не главная ценность в жизни и о последствиях нужно думать, что назад дороги нет. Огромный баннер со сморщенным лицом старухи и надписью «Ты мой» поставил жирную точку в этом ландшафтном повествовании.
Белый ЛИАЗ плавно притормозил на нужной остановке. Артём пулей выскочил из салона и побежал. Уже возле самых дверей похоронного бюро обнаружилось, что вывеска с гордым названием «Аэтернум» куда-то исчезла. Вблизи здание выглядело покинутым: краска на фасаде облупилась, ржавчина покрыла дверные петли, в щелях между кирпичами клочками висит паутина.
— Какого хрена происходит, твою мать?! — Артём с силой пнул дверь, в воздух поднялась ржавая пыль. — Какого, сука, хрена?
— Чего орёшь, полоумный? — сзади нарисовалась согбенная фигура бабки с тележкой, той самой, которую Артём толкнул в автобусе.
— Бабушка, милая, — по лицу рекламиста размазались слёзы вперемешку с соплями. — Скажите, а когда похоронное бюро переехало?
— Тьфу ты, больной!! Какое похоронное бюро? Не было его тут никогда, двадцать лет назад был овощной склад, да и тот закрылся. А ты к врачу сходи, сынок, у тебя голова слабая…
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
«Я же был здесь, своими глазами видел. Сайт есть, а бюро нет?» — думал Артём, сидя в салоне автобуса. За окном погода сходила с ума: дождь и снег сменяли друг друга, в перерывах битвы стихий проглядывало солнце.
Артёму снова захотелось своими глазами увидеть этот бессмертный сайт несуществующего бюро. Разбитый ноутбук остался в метро, а телефон, по всей видимости, лежал на самом дне большой спортивной сумки, его никак не удавалось достать.
Кончики пальцев коснулись чего-то хрусткого и шелестящего… Бумага. Артём похолодел. Это же тот самый «похоронный договор»!
— А-ха-ха-ха-ха! Я же тебя уничтожил… Дважды!
По щекам Артёма полились слезы. В салоне автобуса он был единственным пассажиром. Обезумев, Артём ринулся к кабине и сквозь окошко протянул водителю стопку листов.
— Ты что делаешь, придурок!? — огрызнулся усатый толстяк в синей кепке.
— Посмотри, посмотри! — Артём навязчиво совал в руки водителю пресловутый договор. — Я его дважды уничтожил, дважды! А-ха-ха-ха-ха! Посмотри!
Артём с силой дёрнул на себя дверь, отделяющую его от кабины, отворил её и бросил стопку бумаг в лицо водителю — тот не успел среагировать, резко крутанул руль и дал по тормозам.
Автобус на большой скорости вылетел на встречную полосу, лоб в лоб встретившись с огромным грузовиком. Осколки стекла брызнули в лицо.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Артём очнулся. Он сидел на удобном стуле за компьютерным столом посреди тёмной комнаты. Немыслимым образом она напоминала сайт похоронного бюро. Кругом висели буквы, по дальней стене бегал курсор, отовсюду раздавался неприятный звук, будто камни ударяют по дереву…
— Где я? Это что, ад?
— Хуже… — ответил низкий, тысячеголосовой бас-профундо, очень знакомый. Казалось, говорят сами стены.
Артём пошевелил мышкой, загорелся монитор. Стартовой страницей браузера был, конечно, сайт похоронного бюро Аэтернум. Над вкладкой «проводы в последний путь» горела зловещая единичка; Артём сглотнул и щёлкнул по иконке курсором. В это же мгновение пошевелился и щёлкнул исполинский курсор у него за спиной.
Во вкладке Артём увидел свою фотографию: под портретом алела надпись «его провожают в
