комнате, предотвратив распространение цветочного яда.
Сколько людей в мире могли генерировать такую мощную энергию холодного меча?
Евнух Цзинь, «Меч Ветра и снега», один из Пяти Надзирателей, возможно, и был способен на это, но его статус был слишком высок, и он находился далеко, в Тяньци — его не должно было быть здесь.
А тот, другой...
Глава Хаоюэ, вспомнив слова Непревзойдённого Мечника, вздрогнул и с горечью усмехнулся про себя. Как же ему не повезло! Хотя Бессмертный Одинокий Меч был первым среди Пяти Бессмертных Мечей, он предпочёл бы встретиться с ним лицом к лицу, а не с тем, кто стоял перед ним…
— Почему ты не отравлен? — спросил воин, и его голос звучал странно, словно его намеренно изменили с помощью какой-то техники.
Глава Хаоюэ замялся:
— Я… Я не знаю.
— Потому что ты на стороне того, кто распространил яд, — продолжил воин. — Отдай противоядие!
— Это… — Глава Хаоюэ быстро отступил назад. — У меня его нет!
— Тогда умри! — мечник небрежно взмахнул рукой, и энергия меча, медленно сгущаясь, превратилась в лезвие, направленное к груди главы Хаоюэ.
Глава Хаоюэ в испуге отступил назад. Он не был трусом, но он понимал, что этот человек не шутит и действительно способен на убийство — без колебаний.
Внутри ворот Луншэн.
Су Мую слегка повернул голову и нахмурился: — Он здесь?
Су Чжэ выдохнул дым: — Это действительно становится интересным. Но сейчас не время для размышлений — меч, которого вы так долго ждали, наконец-то прибыл.
— Если мы не можем дождаться Сун Яньхуэя, то давайте насладимся этой битвой! — громко крикнул Су Чанхэ, отбросил кинжал и ударил ладонью по золотому топору Дянь Е.
Рука Дянь Е сильно задрожала, и он едва не выронил свой топор. Он поспешно отступил назад, сильно взмахнув золотым топором, чтобы прорубить траншею в земле и остановить Су Чанхэ от продвижения вперед.
Су Чанхэ, похоже, не собирался продолжать. Он убрал ладонь и с улыбкой сказал:
— Генерал Дянь, на этом наша игра заканчивается. Больше не нужно сдерживаться.
Выражение лица Дянь Е потемнело, а его золотой топор постепенно стал темно-золотым. Его ци поднялась, и из того места, где он сжимал рукоять, донесся слабый раскат грома.
— Хорошо. Я впервые сталкиваюсь с настоящим военным экспертом, — поднял бровь Су Чанхэ. — Твоя внутренняя сила станет отличным дополнением к моей ладони Короля Ада.
— Не будем терять времени, — Ло Яньди выглянула во двор и приказала: — Немедленно пришлите двадцать шесть всадников на «Летающих тиграх»!
Но черная тень прошла мимо неё и вышла за ворота Луншэна.
Это был Су Чжэ.
Он отложил трубку и с силой ударил своим посохом о землю, выражая нетерпение и жажду битвы.
— Ну же, покажите мне, насколько грозны эти двадцать шесть всадников, способные одолеть трёхтысячное войско! — воскликнул он.
В этот момент появился Непревзойдённый Мечник. Он не останавливался и не задавал вопросов, его взгляд был устремлён прямо на Су Мую, стоявшего у ворот. Это был тот самый меч, который он искал.
Это было негласное соглашение между воинами.
Длинный меч, висевший на поясе Непревзойдённого мечника, покинул ножны. Он схватился за рукоять и, подобно парящему дракону, спустился вниз. Один меч поразил Су Мую.
— Рад встрече! — воскликнул Су Мую, обнажая свой меч, готовый принять вызов.
Десять лет я хранил этот меч в тайне.
И вот сегодня я готов явить его вам.
В прошлом Непревзойдённый Мечник был единственным, кто мог бы бросить вызов Сун Яньхуэю за право называться городским лордом. Однако его страсть к фехтованию была столь велика, что граничила с безумием. Даже после назначения главой Зала боевых искусств он не занимался ничем, кроме совершенствования своего мастерства.
Шли годы, и Непревзойдённый Мечник не появлялся в городе Ушуан.
Однажды он сказал, что когда вновь обнажит свой меч, не будет ему равных под небесами.
Су Мую отразил удар, но вынужден был отступить, оставив за собой глубокую борозду. Он был поражён — мастерство этого человека в фехтовании превосходило даже Лю Юньци.
Бай Хэхуай вскрикнула и бросилась на помощь: «Су Мую!»
— Не стоит идти, — Су Чанхэ остановил Дянь Е и, подойдя к Бай Хэхуай, взял её за плечо и отвёл назад. — Этот человек владеет мечом на высочайшем уровне. Одно неверное движение, и вы можете быть убиты.
— Защитите Божественного Лекаря! — воскликнул Гэ Сю, и ученики у ворот Луншэн окружили Бай Хэхуай. Сюй Ань поднял с земли меч и встал рядом с ней. Возможно, их боевые искусства и не имели большого значения, но слова Су Мую, произнесённые ранее Дянь Е, воспламенили их боевой дух. Поскольку Су Мую заявил, что готов умереть, защищая их, они решили, что умрут, защищая его товарища.
Су Чанхэ слегка вздрогнул и с улыбкой произнёс:
— Хотя я и сопровождал Су Мую в этих делах, я всегда находил их скучными и забавными. Я шёл с ним только потому, что ему это нравилось. Но теперь...
— Внезапно ты увидел в этом смысл? — вопросила Бай Хэхуай.
— Воистину, внезапно я нахожу это ещё более забавным, ха-ха-ха! — Су Чанхэ направил свою энергию и вновь атаковал Дянь Е. — Су Мую, мне потребуется некоторое время, чтобы одолеть этого генерала Летающих тигров. Сможешь ли ты продержаться? Не умирай!
Лицо Бай Хэхуай стало серьёзным. Если Су Чанхэ говорит такие вещи, он, должно быть, полагает, что Су Мую находится в невыгодном положении. Она обратила свой взор на Су Мую, но увидела, что он улыбается.
Су Мую с лёгкой улыбкой ответил:
— В вас я вижу тень моего отца.
— Повелитель города Без Мечей Уцзянь Чжо Юлуо — Непревзойдённый мечник, — сказал он, отступая к карнизу после того, как Су Мую отразил его удар, глядя на него сверху вниз.
— Чистое сердце воина, абсолютный приверженец пути меча, — тихо произнёс Су Мую. — Кроме моего отца, я никогда не встречал такого чистого намерения владеть мечом.
Непревзойдённый мастер меча невозмутимо произнёс:
— Когда следуешь по пути меча, сердце человеческое должно быть единым.
— Кажется, битва у города Ушуан утратила своё значение, — тяжело вздохнул Су Мую. — Для меня большая честь скрестить с вами клинки, господин.
— Тот предыдущий удар был моим первым за долгие годы уединения. Я вложил в него лишь чистое намерение владеть мечом,
