8 октября в два часа дня на Ваганьковском кладбище состоялись похороны Г. Юматова. Проститься пришли и просто зрители, и родственники, и друзья, и товарищи из мира кино: Виктор Мережко, Евгений Жариков, Алла Ларионова, Элина Быстрицкая, Лариса Лужина, Михаил Глузский, Владимир Конкин и другие.
ЮРЬЕВА ИЗАБЕЛЛА
ЮРЬЕВА ИЗАБЕЛЛА (певица, носившая титул «Королева романса»; скончалась 20 января 2000 года на 101-м году жизни).
Последнее время Юрьева жила одна, давно похоронив всех близких. Сын Вовочка умер от порока сердца, едва ему исполнился годик. Мужа она пережила почти на 50 лет и так и не вышла замуж во второй раз. Хотя женихи к ней сватались завидные: например, мультимиллионер Арманд Хаммер предлагал ей золотые горы и звал с собой в Америку. Но она осталась в России. Здесь и умерла 20 января 2000 года в 4 часа утра.
Панихида по усопшей проходила в Театре эстрады. Туда пришли многие известные люди: Иосиф Кобзон, Игорь Крутой, Федор Чеханков, Валентина Толкунова, Алла Иошпе и Стахан Рахимов, Николай Губенко и др. К слову, Кобзон приходить туда не хотел, намереваясь отдать дань уважения великой певице чуть позже – вечером или назавтра, придя на кладбище. О том, чем это было вызвано, поведала общественности газета «Московские ведомости». Цитирую:
«Гнев артиста был вызван кощунственным отношением к Изабелле Даниловне ее родственников: они просто-напросто… проигнорировали последнюю волю умирающей! По этой причине и разгорелся скандал между семьей племянницы Юрьевой и Кобзоном, о сути которого вкратце рассказал „Ведомостям“ сам Иосиф Давыдович. Дело в том, что при жизни, несмотря на наличие той самой родни, Юрьева была совершенно одинока. Настолько, что вынуждена была пускать жить в свою квартиру иногородних студенток! И отнюдь не из-за лишней копейки (получая „президентскую“ пенсию, в деньгах она не нуждалась): ей просто не хватало элементарного человеческого общения и душевного тепла. „Знаю, что воруют, выносят последнее – но что делать!“ – сокрушалась певица в одном из своих последних интервью. Недавно Кобзон нанял для Юрьевой сиделку, так как здоровье в этом возрасте оставляло желать лучшего, а родственникам ухаживать за престарелой певицей почему-то не приходило в голову. „Любвеобильная“ родня объявилась только перед смертью артистки, вспомнив о ее шикарной, но, по слухам, неприватизированной квартире (не дай Бог, достанется государству, а не дочери племянницы!) и кое-каком имуществе, нажитом за 100 лет. Причем объявилась не к добру. Оказывается, Изабелла Даниловна очень хотела, чтобы ее похоронили на Новодевичьем кладбище. Мэр Москвы Юрий Лужков с сожалением сказал, что это не в его компетенции, и предложил захоронить Юрьеву на Ваганьковском. Но так или иначе – сама певица желала быть захороненной (как стало известно „Ведомостям“ из информированных источников, артистка не раз говорила о том, чтобы вместе с ней захоронили ее духи и помаду). Однако, когда Кобзон позвонил родственникам певицы, чтобы обсудить необходимые вопросы и детали, зять племянницы Юрьевой в категорической форме заявил: „Мы кремируем тело и поставим урну в колумбарии возле праха ее мужа на Донском кладбище. Никакие пышные похороны нам не нужны, мы все сделаем в кругу семьи“. Шокированный Кобзон попытался было возражать, объясняя то, что любой мало-мальски культурный человек и так должен понимать: „Изабелла Даниловна была одним из уважаемых граждан России, и ее смерть – это личная трагедия многих людей, которые росли, взрослели, влюблялись, расставались и старели под ее песни и романсы“. Но родня была неумолима: „Мы сами решим, что делать с телом!“…»
Было бы несправедливым выслушать только одну сторону. Поэтому привожу слова дочери племянницы певицы Аллы Вескер: «Изабелла Даниловна всю жизнь хотела, чтобы ее положили в одну могилу с мужем, которого она очень любила, то есть на Донском кладбище. Мы так и собирались поступить. Но когда все случилось, позвонили люди из офиса Иосифа Кобзона и предложили устроить захоронение на Новодевичьем. Почему от Кобзона? Дело в том, что Изабелла Юрьевна в Иосифе Давыдовиче души не чаяла. Она звонила ему по малейшему поводу. Особенно последние перед кончиной недели. И надо отдать ему должное – он всегда ей помогал. Иосиф Давыдович еще при жизни ей пообещал государственные похороны. Не доверять ему у нас не было причин… Но когда она скончалась, от Кобзона приехали люди, потребовавшие у нас сберкнижки покойной в придачу к ее картинам. И то, и другое предполагалось этими людьми потратить на похороны и поминки. Мне это не понравилось, я отказалась от помощи. Мы сами не нищие, кроме того, у Изабеллы Даниловны кое-какая сумма была на этот случай отложена.
В ответ я услышала: «Только попробуйте устроить местечковые похороны в деревянном гробу, мы вас ославим…» Мы все устроили по высшему разряду. Организовали три автобуса с мигалками, «Мерседес», церемонию прощания в Театре эстрады. Гроб заказали из красного дерева, за 4,5 тысячи долларов. Его несли четыре мальчика в форме. Изабелле Даниловне бы понравилось…»
Кремация И. Юрьевой прошла на Хованском кладбище. Урна с ее прахом была похоронена в фамильной могиле на Донском кладбище, где покоятся муж певицы и две сестры.
ЯКУШЕВ ВИКТОР
ЯКУШЕВ ВИКТОР (хоккеист московского «Локомотива» (1955–1977), сборной СССР (1959–1967), чемпион мира (1963–1967), чемпион Европы (1959–1960, 1963–1967), чемпион Олимпийских игр (1964); скончался 6 июля 2001 года на 64-м году жизни от побоев, нанесенных неизвестными).
27 июня 2001 года Якушев присутствовал на торжественном чествовании своего друга – олимпийского чемпиона по футболу Анатолия Ильина. Домой в Новокосино возвращался за полночь. О том, что произошло дальше, существует несколько версий. По одной из них, на Якушева напали какие-то отморозки. Когда до родного подъезда оставалось пройти каких-нибудь несколько десятков метров, они напали на спортсмена и стали его избивать. Продолжалось это в течение нескольких минут. Когда подонки убежали, Якушев из последних сил дошел до подъезда и упал, так и не сумев открыть дверь. Его тело нашли в 5 часов утра на следующий день сотрудники патрульной милиции. Якушев был без сознания. Милиционеры по домофону сообщили жене Якушева о случившемся… и уехали, даже не вызвав «Скорую помощь».
По другой версии, нападавшими были… сами милиционеры. Как писал в «Московском комсомольце» Борис Левин: «Версия о бандитском нападении отпала. Якушева привезли во двор в пять утра сотрудники патрульной службы милиции, вызвали по домофону жену и, не дождавшись, скрылись. Виктор был без сознания. На руках – следы зеленки, йода и наручников. Застиранная рубашка, а все тело – в ссадинах, кровоподтеках, синяках. При нем был только один документ – пенсионное удостоверение.
