Ярыгин, сидевший рядом с водителем, ударился головой о правую переднюю стойку машины. Через несколько часов от полученной тяжелой черепно-мозговой травмы он, не приходя в сознание, скончался в больнице. Погиб также один из сидевших сзади пассажиров. Водитель и еще один пассажир в тяжелом состоянии были доставлены в больницу.
Гибель И. Ярыгина (он являлся президентом Федерации спортивной борьбы России) стала настоящим ударом для российского спорта. 13 октября мэр Москвы Ю. Лужков, ряд высокопоставленных правительственных чиновников и спортсменов выразили глубокие соболезнования семье, близким и знакомым спортсмена».
Рассказывает вдова спортсмена Наталья Ярыгина: «Вообще, над Ярыгиными будто рок какой-то висел. А семья ведь у Ивана огромная была. Десять детей. Все здоровые, счастливые. И вдруг – будто сглазил кто… Сначала погиб отец – валил лес в тайге, и на него обрушилась громадная сосна. Потом Иван потерял двух братьев. Сначала старшего, Геннадия. Ему всего 24 года было. Он тогда лес на плотах сплавлял, и вдруг катер перевернулся, а Гена выбраться не смог – ногу зажало между какими-то досками… Потом ушел Василий. Красавец, мастер спорта, боксер. Ему было 32. Ехал на тракторе вдоль Енисея, и вдруг дорога стала проседать – видно, ее водой размыло. Трактор перевернулся и упал прямо в Енисей. Представляете: у Васи, как и у брата, ногу чем-то зажало, и он тоже выбраться не смог… Мистика. А за два месяца до гибели Ивана наш сын Сергей попал в жуткую аварию. Поначалу вообще ходить не мог. И только начал поправляться, а мы едва отошли от всего этого кошмара – как случилась трагедия с Иваном…»
ЯШИН ЛЕВ
ЯШИН ЛЕВ (футбольный вратарь столичного «Динамо» (1950–1970), сборной СССР (1954–1967), чемпион СССР (1954–1955, 1957, 1959, 1963), чемпион Олимпийских игр (1956), победитель Кубка Европы (1960), 2-й призер чемпионата Европы (1964) скончался 20 марта 1990 года на 61-м году жизни).
Проблемы со здоровьем начались у Яшина вскоре после того, как он ушел из большого спорта. У него был застарелый гастрит, который в конце концов перерос в язву. Облитерирующий эндартериит ног, сопровождавшийся сильными болями, таил в себе огромную опасность, и то, что Яшин очень много курил, никак не способствовало его выздоровлению. Яшин стал меньше двигаться, из-за чего холестериновые бляшки начали закупоривать вены на ногах. В начале 80-х он перенес инсульт, одна рука стала плохо двигаться, волочиться нога. Врачи советовали Яшину лечь в больницу, но он перенес болезнь на ногах. Но даром это не прошло. В 1984 году он отправился в заграничное турне во главе группы ветеранов советского футбола, и там у него отказала правая нога. Пришлось делать операцию. Она проходила в Венгрии, причем сделали ее неудачно. Яшин с женой потом долго добирались до Москвы и опоздали – нашим врачам пришлось ногу ампутировать.
К сожалению, это было не последнее испытание, которое пришлось пережить Яшину. Вскоре после ампутации у него обнаружили рак. И Яшин знал, что болезнь прогрессирует стремительно. Однако виду не показывал. Лишь однажды, когда ему вручали Золотую Звезду Героя Социалистического Труда и орден Ленина, он не выдержал – заплакал.
В августе 1989 года было решено торжественно отметить приближающееся 60-летие великого вратаря. Торжество длилось два дня: сначала оно проходило на стадионе «Динамо» 10 августа. Газета «Футбол. Хоккей» в августовском номере поместила обширный репортаж с этого мероприятия. Приведу лишь отрывок из него:
«Чего стоил один выход Яшина в зал! Тяжело опираясь на костыль, поддерживаемый женой и друзьями, он продвигался из-за кулис к своему месту в первом ряду партера, а зал, дружно встав, устроил овацию. До чего же привыкли мы размахивать знаменами и транспарантами, а Яшин в ответ на овации сделал самый что ни на есть человеческий жест – взметнул над головой костыль, в знак приветствия, и медленно, припадая на протез, прошел, окруженный людским скопищем, свои десять метров. Смотрите, мол, жив курилка!..»
Между тем большинство из присутствующих на этом вечере даже не догадывался, что видит великого вратаря в последний раз.
В начале 1990 года Яшин слег окончательно. Зная о том, что дни его сочтены, друзья делали все возможное, чтобы хоть как-то поддержать его. Они пробили в «верхах» идею наградить прославленного вратаря званием «Героя Социалистического Труда» (сами власть предержащие об этом ни за что бы не догадались). Президент М. Горбачев согласился опубликовать указ о награждении, и на 14 марта было назначено вручение.
Вспоминает Н. Симонян: «С Алексеем Парамоновым мы поехали на квартиру к Яшиным. Лев Иванович сидел на диване, рядом с ним Озеров, Геннадий Хазанов и Володя Федин, его многолетний друг. Здесь же в комнате врач и санитары. Лев Иванович выглядел очень плохо: впалые, с бледной желтизной щеки, глубоко запавшие глаза, он ужасно похудел. Впечатление – более чем тягостное. Я присел рядом.
– Поздравляю тебя, Левушка.
– Да за что мне такая высокая награда? – он говорил тихо, как будто был в чем-то виновен. – Ведь в нашем спорте есть более достойные. Разве это не так, Никита?
– Нет, не так. Ты давно заслуживаешь самой высокой награды, тебя знает и чтит планета. Присвоение тебе высокого звания означает, что они поняли и признали, что спорт – это огромный, изнурительный труд и вместе с тем – слава отечества, а в твоем лице признание заслуг всего нашего спорта.
Я не готовился к такой длинной тираде, но меня переполняло чувство признательности к великому и скромному человеку. Лев посмотрел на меня мутными глазами и откинулся на спинку дивана.
Ждали приезда Горбачева. На трассе много машин с мигалками, везде сотрудники службы безопасности. Президент задерживался. Но вот завыли сирены, и вскоре в сопровождении охраны появился Рафик Нишанович Нишанов.
– Михаил Сергеевич просил его извинить, но он очень занят, – как мне показалось, смущенно сказал Нишанов.
Да, подумал я, в какой еще стране такое возможно? Уверен, любой президент отложил бы все важные дела и приехал к человеку, прославившему страну, тем более больному. Ну, Бог с ним, любовь и признательность народа от этого к Яшину не уменьшается, а вот мнение о президенте изменится и, разумеется, не в его пользу.
Приступили к процедуре награждения. Валентина Тимофеевна с трудом подняла Льва Ивановича с дивана, он оперся на ее плечо и встал. Нужно отдать должное Рафику Нишановичу, он сказал много сердечных, теплых слов о Льве Ивановиче и прикрепил «Золотую Звезду» на лацкан пиджака. Мы стоя аплодировали Яшину.
– Друзья, Рафик Нишанович, – обратился я, – по обычаю звезду нужно обмыть!
– Какие могут быть возражения, – подхватил Нишанов.
