– Бельвиор, – шепотом позвала я. – Бельвиор.
Ни ответа ни привета. Я нервно забарабанила кончиками пальцев по стеклу. Опять надул, паразит. И самое обидное в этом прискорбном факте было как раз то, что я купилась, как последняя простушка, на обещание сладкого пряника от подозрительного дяденьки уголовной наружности. Стало досадно до слез. Будто кто-то на лбу крупными буквами вывел «ЛОХУШКА». «Ну погоди у меня! – мысленно погрозила я невидимому собеседнику. – Доберусь я до тебя». Руки чесались отвесить увесистого тумака обманщику. Пришлось потереть их о штаны, чтобы не зудели так. Будто подслушав мои мысли, поверхность зеркала пошла разводами, словно в жидкую ртуть бросили камень, затем на поверхности образовалась огромная выпуклость, которая принялась увеличиваться в размерах, как мыльный пузырь.
– Ложись! – в ужасе завопил кот и с лязгом тевтонского рыцаря грохнулся навзничь.
Ахурамариэль тоже не решился рисковать моим здоровьем (тело-то у нас одно на двоих) и на всякий пожарный случай материализовался в руке. Тьма воззрился на гордый эльфийский клинок, как тигр на охапку сена в кормушке, сунулся было поближе, но вспомнил об обязанностях телохранителя и, явно досадуя, осадил назад. Все замерли, чувствуя важность момента. Я в волнении принялась кусать губы. Помогало мало.
Между тем выпуклость в зеркале медленно стекла на пол, с громким чпоком лопнула, и из нее показался черный, лоснящийся конь с глазами цвета янтаря и поперечными кошачьими зрачками. Серебряные брызги водопадом опали на пол и мерцающим бисером втянулись обратно в зеркало. Поверхность стекла стала такой же гладкой, как и несколько минут назад. Конь по-кошачьи потянулся, встряхнулся и с любопытством попробовал воздух змеиным раздвоенным языком.
– Яшка! – радостно вскричала я и кинулась коню на шею.
Туманной дымкой растаял Ахурамариэль. Конь тоже был рад встрече и принялся языком нежно перебирать мои волосы.
– Яшка! – возопил Васька, роняя сковороду на пол.
Липай с Лисицыным поняли, что разрушать конюшню прямо сейчас никто не планирует, и поднялись на ноги. Правитель с неподдельным интересом уставился на мутанта. Он даже оттер Тьму в сторону, чтобы поближе рассмотреть животное, ради прогулки на котором отвергли прекрасную кобылку из его конюшни. Это он зря… Яшка вообще мало кого терпит в пределах досягаемости своих клыков. Резкий выпад конской морды, и… Лориндэль едва успел увернуться от клыков моего любимца. Эльф обладал прекрасной реакцией, но Яшка тоже не лыком шит – в его зубах остался хороший клок серебряного балахона.
Тьма с философским выражением на темном лице наблюдал за огорченным хозяином. Истребители тоже не выразили особенного сочувствия к правящей особе эльфийского клана.
– Теперь, когда ты довольна собственным транспортом, мы можем ехать? – спокойно поинтересовался Липай.
– А то скоро темнеть начнет, – добавил Лисицын.
– Темнеть? – опешил Васька. – Кто же путешествует ночью? Мы же не вампиры какие…
– А чем тебя вампиры не устраивают? – подал голос откуда-то сверху Драго.
Но кот то ли не услышал возмущения мыша, то ли попросту его проигнорировал:
– Может быть, стоит остаться на ночь?
– Нет! – заорал дружный хор, причем больше всех орал Правитель, которому Яшка умудрился наступить на ногу.
Я, мило потупив глазки, пихнула коня в плечо, и он оставил многострадальную ногу эльфа в покое. Неблагодарный эльф ожег нас взглядом, обещающим семь казней египетских, смахнул с глаз набежавшие от боли слезы и прошипел:
– Вам просто необходимо ехать сегодня. Погода в горах так непредсказуема… К тому же ваши проводники уже прибыли.
Я безразлично пожала плечами. Оставаться в замке, где уснуть нормальной девушке невозможно… Спать в компании кучи народу…
– Хорошо. Только мне понадобится седло.
Видимо, Дворя забыл оседлать коня перед транспортировкой.
– Не волнуйтесь. Седло вам дадут. Дадут и провизию.
Понятно. Он даст нам что угодно, лишь бы мы покинули его город в кратчайшие сроки.
Седло мне дали, сняв его с кобылы. Та долго и с удивлением наблюдала, как дорогое изделие с золотым тиснением прилаживают на спину мутанта. В процессе были покусаны трое конюхов – Яшка развлекался как мог.
Проводниками оказались… гномы. Мы дружно уставились на трех маленьких (по пояс) бородатых мужичков с посохами в руках. Во всех учебниках черным по белому было написано: «Гномы – малочисленная народность, проживавшая под землей в горной местности. Главным промыслом гномов являлась добыча полезных ископаемых, ковка примитивных орудий труда и оружия. Народ прекратил свое существование в третью магическую войну». Теперь мы смотрели на ожившую легенду и удивленно хлопали глазами.
– Ой, Вика! – восторженно воскликнул Васька, дергая меня за рукав. – Смотри, какие гномики! Давай себе такого же заведем! Гнома у нас еще нету.
Я осторожно скосила глаз на Ваську:
– Васенька, не думаю, что нам это так уж необходимо.
Кажется, гномы обиделись. Они дружно потянулась за секирами на поясе. Правитель не дал свершиться кровопролитию. Толкнул очередную утомительную речь, от которой стали клевать носом даже лошади, и выпроводил нас за ворота, после чего створки быстро захлопнулись и стена вновь стала казаться монолитной. Назад пути не было. Пришлось двигаться вперед.
27
За воротами оказался длинный горный серпантин, крутой и извилистый. Мы тронулись, удобно расположившись в седлах. Гномы предпочли конному путешествию пеший поход. Впрочем, это ничуть не замедлило скорости нашего передвижения – по горной дороге скачек не устроишь. Горный народ в серых походных плащах шустро перебирал ногами, мерно постукивая походными посохами по камням. Яшка – конь опытный. В горах мы с ним не бывали, но с его когтями все нипочем. Мутант мерно цокал по дороге. Иногда он делал вид, что хочет цапнуть одного из гномов за мягкое место, и тогда проводник нервно подпрыгивал и ускорял шаг. Эльфийские кони были рождены в горах, так что и с ними особых проблем не было. Только конь Липая нервно косился на радостно пускающего слюни Лешу, которого командор бесцеремонно перекинул поперек седла, как мешок с картошкой. Васька спокойно дремал в седле передо мной. Драго тоже заскучал и вскоре смежил веки, завернувшись в кожистые крылья, как в плащ.
В этот момент с неба на мое плечо рухнул филин. Я вздрогнула от неожиданности и не удержалась от пары нелестных эпитетов в сторону оборотня. Драго взмахнул кожистыми крыльями и пребольно вцепился в мое плечо, но удержался. Яшка недовольно затанцевал под седлом. Гномы встали в боевую стойку с огромными обоюдоострыми секирами в руках. Эльфийские лошади оказались нервными, видимо, ходить по горным тропам их научили, а вот не бояться оборотней – нет. Коняшки дружно взбрыкнули, словно репетировали не один день и теперь решили удивить собравшихся четкой синхронностью своих действий. Леша радостно агукнул, когда лошадь под ним решила поиграть в блоху и запрыгала с неподдельным энтузиазмом. Липай резко осадил не в меру разошедшегося коня, но не уследил за целителем, и тот расслабленной амебой стек в дорожную пыль и затих, соскользнув в блаженное забытье.
– Филька! – Моему рыку позавидовал бы любой дракон. – Какого лешего ты подрядился пугать своим появлением народ?
Впрочем, филина ничуть не смутил гнев боевой ведьмы. Он слегка пригладил перья и полуобнял мою шею крылом:
– Я тоже рад видеть тебя, дорогая! Какое счастье, что твой визит к длинноухим не затянулся. Не всякий гость в состоянии ощутить четкую грань, когда надо благополучно отчалить, пока хозяева еще рады тебя видеть. Только знаешь что…
– Что?! – рявкнула я.
– Не стоит так орать в горах, – настоятельно посоветовал этот наглец. – Не то чтобы мне не нравился твой милый голосок, только в горах обвалы не редкость, а крылья из нас имеют считаные единицы.
– Между прочим, он прав, – вклинился кот.
Я ошпарила его взглядом – «и ты, Брут?» – и обиженно замолчала. Словно в подтверждение слов филина, откуда-то с горной кручи скатилась приличная глыба и рухнула поперек дороги.
Липай легко спрыгнул с гарцующего скакуна, которого внезапное появление на дороге глыбы заставило нервничать. Лисицын последовал за своим начальником. Вместе им удалось водрузить поверженного Лешу обратно на лошадь. Целитель все еще пребывал в беспамятстве и не протестовал против бесцеремонного обращения.
Гномы зачехлили оружие и спрятали куда-то под плащи. Один из гномов вышел вперед и с силой ударил себя в грудь.
– Мы не можем пойти далее! – Трубным голосом провозгласил он.
