ли?
— Роб говорит, что они там остановились. С какой же стати останавливаться Линджену так близко от его Гудрича? Вернее всего, это лорд Герберт или, быть может, даже…
— Да, Тревор, если это отряд не лорда Герберта, то кое-кого похуже… Ну, мы сейчас узнаем это от самой Уинифреды или из письма.
Дверь вновь отворилась, и в нее вошла вестница из Дин-Фореста в сопровождении сержанта. Промокшая насквозь одежда плотно облепила статную и классически очерченную фигуру великанши, а ее тяжело дышавшая грудь и горевшее румянцем лицо свидетельствовали о только что перенесенных ею затруднениях в поспешном пути.
— У тебя есть письмо ко мне, моя милая? — поспешил спросить Уольвейн, когда она, остановившись перед ним, почтительно поклонилась ему.
— Есть, ваша милость, из Холлимида.
С этими словами форестерка подняла руки к копне своих черных волос, вытащила спрятанную бумажную трубочку и вручила ее сэру Ричарду.
Последний не был удивлен таким видом записки. Он уже не в первый раз получал подобные записки из рук той же вестницы и таким же путем. Развернув записку, он поднес ее к свету лампы и быстро прочитал. Ее содержание еще более усилило его тревогу.
— Уайльд, — скомандовал он, — живо в казармы! Поднимите весь наш эскадрон, чтобы он немедленно готовился в путь. Губерт, вероятно, уже там и трубит сбор. А вы подгоняйте людей… Тревор, — обратился он затем к Юстесу, передавая ему записку, — прочтите-ка это письмо. В нем есть кое-что, касающееся и вас.
Затем он стал расспрашивать Уинифреду, что она видела и слышала в Холлимиде. Между тем Юстес пожирал глазами следующие строки:
«Сообщаю вам, дорогой Ричард, дурные вести. Явился принц Руперт с отрядом королевских кавалеристов, человек около двухсот. Прибыл только что сейчас, под вечер, и намерен остаться на ночь под предлогом дождаться нашего отца. Надеюсь, отец без вас не поедет домой. Боюсь, что в том случае, если он все-таки уехал сюда один, роялисты захватят его. В свите принца находятся ужасный Ленсфорд и Реджинальд Тревор. Посылаю к вам Уинифреду с этим письмом. Подробности она передаст вам изустно. Опасаюсь тратить лишнее время на писание… Дорогой Ричард, спешите к нам на помощь, если можете».
Внизу была приписка, сделанная другой рукой:
«Милый Юстес, мы в большой опасности!»
Подписей не было. Да в них и не нуждались те, кому были адресованы эти краткие, но многозначительные строки.
— Прочитали, Тревор? — спросил Уольвейн, видя, что глаза его молодого друга замерли на последних строчках, приписанных рукою Веги.
— Прочитал, сэр Ричард, — ответил молодой человек, проводя рукой по лбу и как бы отгоняя засевшее в мозгу тяжелое впечатление. — Да, чего мы боялись, то и случилось.
— Поспеем! — уверенно сказал сэр Ричард. — Одевайтесь скорее!
Немного спустя оба офицера, наскоро расспросив вестницу о самом важном, уже были в казармах, откуда во главе своего эскадрона направились к выезду из города.
Глава XXXI
ОПОЗДАЛИ
Поднявшаяся луна то и дело скрывалась за бежавшими по небу темными облаками, и тогда на земле вновь наступал полный мрак. Но в промежутках между затмениями было достаточно светло.
В один из таких светлых промежутков конница полковника Уольвейна, отличавшаяся зелеными мундирами и петушиными перьями на шляпах, быстро поднималась от Мичельдина в нагорную часть Дин-Фореста.
Благополучно переправившись через разлив, эскадрон галопом примчался в Мичельдин. Там, не слезая с лошадей, офицеры навели справки о мистере Поуэле и узнали, что он в послеобеденные часы проезжал через этот городок один верхом и, по-видимому, очень торопился.
— Ну, значит, он теперь в руках роялистов, — пробормотал себе под нос сэр Ричард и снова пустился в путь.
Пользуясь тем, что начинался крутой подъем на гору, по которому можно было ехать только шагом, сэр Ричард вступил в беседу с Юстесом, ехавшим рядом.
— Ах, как жаль, — начал он, — что в письме не указано точное число кавалеристов, нахлынувших в Холлимид. Сабрина пишет: «человек около двухсот». Это очень неопределенно…
— А что говорила о численности их разносчица? — спросил Юстес. — Ведь вы расспрашивали ее.
— Она тоже не могла сказать ничего, кроме того, что кавалеристы окружили и заняли всю усадьбу и что их много. Таким образом, мы только на месте можем узнать, со сколькими саблями нам придется иметь дело.
— Лишь бы было с кем скреститься шпагами, — заметил Юстес.
— Уж не думаете ли вы, что незваные гости успеют убраться до нас? — спросил не без тревоги сэр Ричард.
— Опасаюсь этого, — ответил Юстес. — Мистер Поуэль должен был вернуться домой под вечер. Наверное, роялисты захватили его в плен. После этого им незачем было и оставаться в Холлимиде.
— Но почему же? — возражал сэр Ричард, продолжая, однако, волноваться. — Если они явились из Бристоля, — а это ведь не так близко, — то должны порядком устать и пожелать провести ночь на отдыхе. Мне думается, они именно из Бристоля.
— А мне думается, что принц пожаловал из Монмаутса, — возражал в свою очередь Юстес. — Наверное, его привлек туда совершившийся переворот. И если он действительно явился в Холлимид из Монмаутса, то, забрав, кого нужно в плен, теперь мог уже вернуться и назад: Монмаутс не так далеко от Холлимида, как Бристоль.
— Если вы правы, друг мой, то нам предстоит большое разочарование и эта ночь будет для нас очень горькая! — заметил после некоторого размышления сэр Ричард. — Если принц уже покинул Холлимид, то, разумеется, в сопровождении не только самого мистера Поуэля, но и его дочерей… Гм!., да! Руперт, Ленсфорд да ваш милейший кузен — хорошая, нечего сказать, компания! Ни один из них не упустит случая «позабавиться», как они это называют, с беззащитными женщинами! Ваш кузен еще особенно рад будет возможности насолить вам почувствительнее. Вы во многих отношениях стали ему поперек горла.
— Да, это верно, — поддакнул Юстес. — Я знаю, что мне еще предстоит скрестить с ним
