Так же генерал Марков твердо заверил немецкую сторону, что не допустит грабежей и насилия над мирными жителями города, для чего будет создана военная комендатура Берлина во главе с генералом Яковлевым, чьи части уже стоят на подходе к городу. Военная комендатура города, будет создана, только для поддержания порядка в военное время, тогда как вся гражданская власть останется в руках немцев. Кроме этого, зная большие нужды мирного населения Берлина в продовольствии, генерал Марков известил, что русская сторона готова начать немедленно поставлять продовольствие для жителей столицы, с оплатой этих поставок после окончания войны.
Столь щедрые подарки победителей вызвал бурную реакцию в стане депутатов, немедленно была создана парламентская комиссия во главе с Клинцманом для присутствия на переговорах Шварценберга с русскими. Встреча состоялась во второй половине девятого декабря в Фюрстенвальде, где уже находился сам генерал Марков. На согласование условий капитуляции ушло около двадцати минут, после чего Шварценберг и Марков поставили свои подписи под двумя протоколами. Вслед за этим был оговорен порядок вступление в Берлин первого русского батальона и разоружение частей берлинского гарнизона. Всё это должно было начаться с ноля часов 10 декабря. Сроки поставки гуманитарной помощи должны были уточнены дополнительно, но никак не позднее двух дней с момента капитуляции Берлина.
После этого, господа депутаты и полковник оказали русским маленькую услугу по установлению мира в несчастной Германии. Дело касалось капитуляции кюстринской группировки рейхсвера, продолжающей оказывать упорное сопротивление русским. Даже после взятия в плен кронпринца, командир группировки генерал-лейтенант Притвиц, категорически отказывались складывать оружие, утверждая, что известие о пленении кронпринца, грязные происки русской пропаганды.
Только известие о капитуляции гарнизона Берлина от полковника Шварценберга, которого Притвиц хорошо знал, окончательно сломило волю кайзеровского вояки, и он отдал приказ о сдаче в плен.
В числе лиц входивших в состав мирной делегации был и полковник Вальтер Николаи, главный организатор всех этих действий. Уже после подписания капитуляции Берлина, он попросил генерал-майора Щукина устроить ему встречу с кронпринцем, в которой ему не было отказано. О чём говорили они с глазу на глаз, так и осталось тайной, но после этой встречи, кронпринц очень жалел, что в своё время не поддержал представление о присвоении Николаи генеральского звания.
Далее, события развивались с феерической скоростью. Едва только русские батальоны вступили в Берлин, как депутаты рейхстага, немедленно провозгласили Германию парламентской республикой и объявили о смещении кайзера Вильгельма со всех государственных и военных постов, как главного виновника бедственного положения страны. Вслед за этим, было создано временное правительство во главе с канцлером Эбером, которое немедленно подписало соглашение о прекращении военных действий с Россией, а так же было готово подписать аналогичные соглашения с другими представителями Антанты.
Особым пунктом, было выделено заявление верховного правителя Корнилова, о том, что Россия не претендует на территорию бывшей германской империи и готово выстраивать с новой Германией полноправные мирные отношения. В качестве подтверждения своих намерений, русские был готовы оказать продовольственную помощь не только голодающему Берлину, но и всем другим городам, чьи гарнизоны сложат оружие.
Это был тонкий расчет, который ставил немцев перед голодной гордостью или сытой покорностью. И тут выяснилось, что большинству населению страшно надоело терпеть голодную нужду и они, больше желают немедленное наесться, чем слушать хвалебные речи доктора Фриче.
Правильность хода верховного правителя, подтвердило триумфальная сдача немецких городов русской армии в ближайшие дни. Сдача городов происходило самым банальным образом, с соблюдением всех ритуалов, которые стремительным образом сформировались за считанные дни. Вначале условия сдачи города, обговаривались по телеграфу представитель временного правительства Германии и бургомистром или начальником городского гарнизона, и только затем, по железной дороге в город прибывали русские части. За все четыре дня, не было отмечено ни одного случая оказания вооруженного сопротивления наступающим отрядам. Почти во всех городах, немцы сдавались если не с охотой, то с явным облегчением.
Вместе с русскими частями, в сдавшиеся города прибывали специальные комиссары временного правительства, которые принимали на себя всю гражданскую власть в занятом населенном пункте, и немедленно присоединяли его к свободным городам германской республики.
Так о своём выходе из войны, в течение четырех дней, объявили такие крупные города, как Бреслау, Бранденбург, Дрезден, Потсдам, Росток и Любек. За «чечевичную похлебку» как с гневом сказал кайзер, продалось большинство городов Силезии и восточной части Германии. Это были чисто тыловые города, в которых за исключением Бреслау сдавшегося в связи с развалом Восточного фронта, находились запасные части рейхсвера, не горевшие особым желанием проливать свою кровь за империю. И поэтому, они с радостью разоружались и на законных основаниях спешили домой.
В связи с окончанием боевых действий, во многих замиренных городах возникла стихийная эйфория. Радостные люди, толпами выходили на улицы городов и громкими криками приветствовали возвращение под их кров мира и спокойствия, что было столь важно для измученного войной населения.
Измена тыла, а именно так окрестил кайзер Вильгельм всё случившееся в Берлине, застала его врасплох. Пленение наследника и предательство со стороны парламента сильно подкосило немецкого правителя. В течение всего 10 декабря он был полностью безучастен и только кивал головой, слушая доклады дежурных офицеров ставки, о сдаче того или иного города на востоке империи. Однако под воздействием Людендорфа и Гинденбурга на следующий день он воспарял духом. Специально для этого фельдмаршалы устроили маленький парад гарнизона Шарлотенбурга и личной охраны императора. Шедшие мимо Вильгельма солдаты, громко и радостно приветствовали своего боевого вождя и звук боевого барабана, вместе с видом чёткий чеканивших шаг солдатских шеренг вернули кайзера к жизни.
Уже с 12 декабря, под страхом смерти было запрещено сдавать города русским войскам. Берлинское правительство вместе с депутатами рейхстага было объявлено изменниками и заочно приговорено к смертной казни, согласно законам военного времени. Видя, что русские не спешат развивать своё «чечевичное» наступление, фельдмаршал Людендорф ставший новым командующим Восточного фронта, намеривался остановить врага на Эльбе, которая стала своеобразной чертой разделившей германские земли на сторонников республики и приверженцев монархии.
Но если в Европе война двигалась к концу, то в Америке, запущенный немцами маховик войны только набирал свои обороты. Внимание всей страны было приковано к Техасу, на небосклоне которого зажглась новая звезда в лице подполковника фон Шрека, командира германского дирижабля «Вильгельм».
Расставшись согласно приказу кайзера переданного по радио сразу после бомбежки Вашингтона, фон Шрек незамедлительно взял курс на Эль-Пасо, где его должен был ждать Панчо Вилья. Желая как можно больше разворошить осиный улей Америки, Вильгельм был согласен, временно лишиться одного из своих сверхмощных кораблей воздушного флота.
Второй дирижабль, «Карл», отправился к одному из малых необитаемых островов Багамского архипелага, где его уже ждала причальная мачта, сооруженная высадившимся с подлодки немецким десантом. Встреча состоялась 27 ноября, все это время, дирижабль, экономя остатки топлива, медленно дрейфовал по небу гонимый силой ветра.
Причаливание цеппелина и перегрузка на него топлива, заняло гораздо больше времени, чем планировал генерал Берг. Кроме этого, на борт дирижабля был доставлен весь боекомплект подводной лодки, в который входили пулеметные ленты и снаряды для малокалиберной пушки. Устав от войны Кранц не сильно спешил покинуть эти тихие райские места и в меру своих сил оттягивал время отлета, прикрываясь различными причинами, возникшие на борту дирижабля. «Карл» покинул остров 5 декабря, после получения личной радиограммы от кайзера, требовавшего немедленного прибытия дирижабля для завершения разгрома англичан.
Путешествие фон Шрека на запад американского континента было сопряжено с большими трудностями в отличие от своего боевого товарища. Экономя буквально каждый килограмм горючего, имея скупые географические карты, немцы все же смогли долететь до Миссисипи, а затем, следуя железнодорожным веткам, взяли курс на Эль-Пасо.
