– Именно то, что ждет Стивен.
Производство карточек ЮСЭ находилось в Риверхеде, Лонг-Айленде. Этот индустриальный комплекс находился под хорошей охраной.
Не понимаю, как этим негодяям это удалось, – процедил Кевин Армстронг сжатыми губами. Он взглянул на Кассандру и добавил поспешно:
– Прошу прощения за мой французский.
– Ничего страшного, – сказала ему Кассандра. Подъезд к главным воротам был забит полицейскими машинами. Кассандра посмотрела на детективов, обсуждающих что-то между собой.
– Это кто-то из служащих, – сказал шеф безопасности, – очень уж неприметная работа.
– Вы можете посвятить меня в подробности? – спросила Кассандра.
Армстронг потряс головой:
– Сейф был оборудован магнитным кодом, связанным с часовой стрелкой. Вскрыть его можно было лишь при помощи термального ланцета. О, Боже! Эту штуковину я видел единственный раз в жизни в Квантико, в школе детективов.
– Думаете, к этому делу причастен кто-то из наших служащих?
– Кто-то знал электронный код входной двери, – ответил Армстронг, – термальный ланцет очень не прост в употреблении. Потребовалась бы уйма времени, чтобы проникнуть внутрь. Это предполагает, что кто-то знал код. Тот, кто случайно был в здании, не мог бы знать, где хранится пластик и бланки карточек. Они прошли сразу прямо в мой офис, к моему сейфу и вскрыли его как простую табакерку.
Кассандра протянула руку Армстронгу. Она не хотела, чтобы он мучился от стыда, но в данном случае дело касалось не только пластиковых образцов, а и его чести. Кассандра подумала о том, что произойдет, если Армстронг когда-либо узнает правду.
«Он не подумает обо мне ничего хорошего, если я когда-либо расскажу ему правду», – подумала она.
– И опять здесь проклятая пресса! – застонал Армстронг.
Кассандра приготовилась к тому, чтобы произвести впечатление глубоко расстроенной безвыходностью происшедших событий.
В одном из лучших магазинов женской верхней одежды Токио появилась странная покупательница в серой ношеной одежде, мужском пальто. Когда она подошла к кассе, продавщица насторожилась.
Уже годы Юкико могла позволить себе иметь изысканную одежду, но она совершенно не обращала внимания на себя. Но был бы неправ тот, кто думал, что ей это совершенно безразлично. Она предвкушала тот день, когда сможет наконец одеться. И вот этот день наступил.
– Я хотела бы купить себе одежду, – сказала она вполголоса.
Продавщица, которая была также менеджером, усмехнулась:
– Я думаю, вам лучше пойти в комиссионный магазин.
Юкико остро взглянула на нее и пошла к телефону. Сделав короткий звонок, она стала ждать.
Когда к магазину подъехал лимузин, и из него вышли Джиро Токуяма и двое поверенных, она вернулась в магазин. Продавщица-менеджер заламывала руки, визжа:
– Что это значит: магазин продан?
– Это значит, что магазин продан, – решительно сказала Юкико, – а вы уволены!
Продавщица не успела рта открыть, а Юкико повернулась к другой служащей и сказала:
– Обслужите меня!
Через три часа после ограбления на Риверхед Николас Локвуд представил украденные пластинки Стивену Толботу.
– Поздравляю, – сказал Стивен Толбот, – замечательная работа.
– Я вам еще нужен?
– Идите домой, Локвуд. Сегодня вы сделали все. Стивен поспешил во внутренние комнаты дома, где его ждали специалисты: химики, технологи, электронщики.
Он передал полученные образцы специалистам, а сам повернулся к Мак-Тавишу.
– Не желаете ли выпить, пока будем ждать?
Едва они притронулись ко второй рюмке виски, как эксперт вошел в библиотеку.
– Это шутка?
– Что вы несете? – начал Стивен, поднимаясь с кресла.
Инженер выложил образцы на журнальный столик.
– Это не то, что вы думаете. Это описание ватсоновского IBM 702.
– Не может быть!
– Заткнитесь, Стивен, – сказал Мак-Тавиш, – доктор Найт, продолжайте.
– Что касается магнитного слоя, – он сделал продолжительную паузу, – то он пуст. Там нет никакого кода, ни информации – ничего.
Стивен швырнул образцы о стену.
– Только не говорите ничего, – предостерег его Мак-Тавиш, – я не желаю вас слушать. Я дал вам шанс, Стивен, и вы провалились.
Председатель банка взглянул еще раз на инженера:
– Ошибки быть не может?
– Нет, сэр.
– Завтра утром в десять часов, Стивен, у меня в офисе. Если вы не придете – за вами придут.
Ни таможенники, ни пограничники не обратили никакого внимания на Гарри Тейлора, когда он сошел с борта панамериканского лайнера в аэропорту Гонолулу. Его лицо ничем не выделялось среди лиц других пассажиров, прибывших из Сиднея. Гарри взял свой чемоданчик и направился к выходу.
– Вы не знаете какой-нибудь дешевый отельчик? – спросил он таксиста.
– Конечно, сэр, – ответил гаваец, – предоставьте это дело мне. Я вас довезу.
Гарри согласился. Ему не было никакого дела до того, что это будет за отельчик. Главное, чтобы никто не задавал лишних вопросов. Когда они подъехали к отелю, свет неоновых букв напомнил ему Сингапур. Он закрыл глаза и представил, что слышит голоса Рама, Мари и Рахиль.
Не успели компьютерщики упаковать свои приборы, а Стивен Толбот уже мчался на Манхэттен. Он звонил Николасу Локвуду и на квартиру, и в офис, но нигде не мог застать его. Он отдал приказание офицеру безопасности «Глобал» поднять всех людей на ноги и разыскать Локвуда.
– Опасаюсь, что с ним что-то случилось. Он должен был приехать ко мне поздно вечером, но не появился. Жду вашего ответа.
Но ответа не последовало.
– Он исчез, сэр. У вас есть какие-либо предположения, где он может быть?
– Нет.
– Тогда, я думаю, следует обратиться в полицию.
– Никакой полиции! Я уплачу вам и вы должны найти его.
Когда офицер ушел, Стивен выключил весь свет, исключая настольную лампу. Локвуд обманул его. Теперь уже Стивен был уверен в этом.
«Он никогда не расставался с ней. Это была игра. Что-то он говорил, что-то делал для меня. Но работал всегда с ней».
Но придет время, и Локвуд поплатится за все. Он должен будет расплатиться. И, если уж он так сильно Любит Кассандру, то Стивен знал, как отомстить ему.
Стивен Толбот вышел из своего лимузина и поднялся на сорок шестой этаж банка «Северная Америка». Секретарь уже ждал его и проводил в кабинет председателя.
– Здравствуйте, Стивен, – сказал ему Мак-Тавиш нейтральным тоном, – мне поручено говорить с вами от имени всех нас. Мы одни, – добавил он, заметив, что глаза Стивена осматривают кабинет.
Стивен не сказал ни слова.
– У Нас сложилось твердое мнение о вашем положении, Стивен, – продолжил Мак-Тавиш. – Вы были правы: инвестиции, которые вы делали, очень выгодны. Но пойти на японский рынок, это значит богатой добычи долго ждать. И ваше время истекло.
