Однако Кристина вдруг справилась с собой, а может, это феи заленились, но столь многообещающее начало вылилось всего лишь в рассказ о жизни. А ее «я хочу» относилось к самым нормальным женским желаниям. Кристина мечтала о муже, который будет любить и ее, и ее сына-сорванца. Сможет заменить ему отца или хотя бы поможет воспитать из него нормального парня. Хочет любви, ласки, заботы. Подарок на день рождения, первые весенние цветы «просто так», лишь оттого, что на улице март, а не всероссийская обязаловка под цифрой «8». Мечтает поехать отдыхать с любимым человеком и верит, что способность чувствовать не окончательно в ней еще умерла. У нее даже была мысль удочерить девочку. Взять из детского дома несчастного ребенка и подарить ему тепло полноценной семьи.
Откровенно говоря, Зенон заслушался. Он и не предполагал, сколько добра и нерастраченной позитивной энергии кроется в душе этой женщины. Она всегда нравилась ему на интуитивном уровне, уважал он ее и как руководителя. Но такого он от нее, конечно, не ожидал.
– Кристина Георгиевна, да вам памятник надо поставить. Вы же просто ангел! – Зенон расчувствовался и говорил от души.
– Не надо мне памятник, вы мне лучше Стаса заполучить помогите.
– Не надо вам Стаса, это только иллюзия! – заспорил колдун. Кристина задумалась.
– А ведь вы правы. Это мне с тоски всякая чушь в голову лезет. Ну, получу я его на одну ночь или даже на месяц. А потом? Я же знаю, что мы никогда не будем вместе. Так зачем себе душу травить? Я ведь дома хочу, стабильности, а ваш Стас – это же ходячий вулкан со своей политикой. Не вынесу я этого на старости лет.
Зенон взял ее за руку.
– А давайте я ваше будущее посмотрю? Завтра вам отчет предоставлю.
– А такое возможно? – удивилась директриса.
– Для нас ничего невозможного нет, – похвастался колдун. – Так что, согласны?
– И мне это не навредит? – засомневалась Кристина. – Я побаиваюсь таких вещей. А вдруг там все плохо, как же жить тогда? Если и с сыном проблемы, и у меня ни с кем не сложится, да еще и работы не будет?
– Все там хорошо, даже не сомневайтесь! Я кое-что уже сейчас вижу, – соврал, ободряя ее, колдун. «А если плохо, то я вам разве скажу?» – добавил он про себя.
На этом их разговор был закончен. Кристина отправилась домой, а Зенон – узнавать ее будущее уже хорошо известным читателю способом.
На завтра он появился в офисе только к обеду. Кристина увидела его, но первой не подошла. Набралась терпения и стала ждать. Вскоре колдун постучал в ее дверь.
– Входите, Зенон, или я к вечеру от любопытства умру, – пригласила его директриса.
Вид у него был замученный, будто всю ночь он боролся с сотнями демонов, причем с переменным успехом. Но финальная победа все же досталась ему, и теперь он восседал в кресле с видом триумфатора.
Кристине было невдомек, что напускная бравада – всего лишь способ не выдать истинное положение дел, которые оказались очень неважнецкими. Безусловно, в будущее он заглянул, но рассказать ему было совершенно нечего. К его великому сожалению, женщину не ждало ничего хорошего. Оправдались ее самые плохие предположения, причем по всем пунктам. И поэтому, напустив на себя маскирующую важность, он прибег к обманному маневру:
– Вы родились под счастливой звездой! – начал он свою речь. – Именно вам выпала редкая судьба – вы можете выбирать! Такой шанс дается не всем, и только раз в тысячу лет. И ваша задача – правильно распорядиться этим даром небес. А теперь обо всем по порядку.
Кристина превратилась в слух и не отрываясь смотрела на оратора.
– Итак, у вас три пути. От того, какой вы изберете, зависит ваша дальнейшая жизнь. Первый – оставить все как есть. Здесь есть определенные плюсы: отсутствие потрясений, полная предсказуемость, возможность плыть по течению судьбы. Но имеются и минусы. И главный – риск потерять суперприз! Запомните это пока. Второй путь велит вам направить свои силы на поиски мужа. Не буду углубляться в детали, но риск здесь в том, что результат может не удовлетворить вас. И тогда через некоторое время вы снова вспомните про суперприз, а значит, начнете грустить. А теперь – самая суть! Еще один, третий путь! Его философия такова: мы то, чем стремимся быть, мы то, что делаем из себя сами, и наша судьба такова, какой мы хотим ее видеть. Это самая сложная дорога жизни, но ведет она к суперпризу. Только двигаясь по ней, можно его получить. И если вы готовы к испытаниям – смело вперед! Ваш приз ждет вас там!
Кристина выслушала колдуна. Слова его были мудры, но конкретики она не получила. Это немного смущало, но приходилось принять то, что есть. Она отмела первые два пути. Борьба за суперприз была ей по сердцу.
– И как же мне встать на этот истинный путь? – попросила она пояснений.
– У вас есть дело, которое может привести вас к вершине, – отдайтесь ему, а все остальное приложится, – Зенон старался быть убедительным. Не то чтобы он врал, в принципе ничего сверхъестественного он ей не обещал. Просто, чтобы изменить Кристинину карму, требовалось чудо. Но разве можно запретить себе верить в него?!
– Значит, вы советуете мне заняться партией?
– Именно так. Для такой женщины, как вы, это наилучший способ реализовать свои амбиции.
Кристина кивнула. Она и сама подумывала об этом решении. Возможности, которые открывались для нее в этой сфере, были весьма привлекательными: престиж, статус, общение с влиятельными людьми, разнообразные знакомства, поездки в разные города.
– Пожалуй, это то, что мне нужно, – подытожила она, пожала руку Зенону и отпустила его. Теперь ей нужно было написать программу действий.
Глава 52. Собачья смерть
Желая хоть как-то загладить вину перед общественностью, власти стали искать козла отпущения. Естественно, самой подходящей кандидатурой оказался полковник Ридли Смит. Пока его отправили в отпуск, но он прекрасно понимал, что это конец. Дни затишья перед бурей он проводил в доме своих родителей. Состояние его граничило с помешательством. Приступы меланхолии и безделья сменялись вспышками необузданного гнева. Бедные родители ходили на цыпочках, лишь бы только не потревожить сына и не спровоцировать очередной приступ ярости. Спустя пару недель Ридли Смит исчез…
Кори вздрогнул. Вот уже несколько месяцев не слышал он у своего порога пугающий его звук – мотор пикапа Ридли Смита он всегда узнавал издалека. Сегодня этот звук появился снова, и сердце круглого человечка сжалось от боли и страха. Надеясь на то, что, возможно, ему почудилось, хозяин лачуги прислушался. Хлопнула дверь автомобиля – сомнений быть не могло: кто-то приехал. Бешеный стук в дверь разрушил последние надежды Кори.
– Открывай немедленно, идиот! – полковник Смит почти срывался на визг, собаки в клетках вторили ему диким лаем.
Кори медлил. Он понимал, что гость явно чем-то очень сильно взволнован. По опыту он знал – добра не жди, полковник в таком состоянии был совершенно неуправляем.
– Ты что, сдох там? – полковник уже колотил в дверь ногами. Кори втянул в плечи свою круглую голову и подошел к двери.
Еще удар. Он отскочил и, не отпирая, сказал через дверь:
– Товара нет! Будет. Пока нет, – тон у него был и виноватый, и наглый одновременно.
– Открывай дверь! – орал мистер Смит.
Кори сначала отошел в сторону, явно не собираясь подчиняться, но потом вдруг прыгнул к двери и отворил задвижку. Полковник, ругаясь, ввалился в лачугу.
– Это что еще за разговор? Ты как смеешь не открывать мне? – налитые кровью глаза полковника смотрели на Кори в упор.
– Это мой дом – хочу и не открываю! – тихо произнес хозяин. Полковник аж задохнулся, приняв эту реплику за несусветную наглость. Первый удар тростью пришелся по коленям Кори, а когда он рухнул на пол, они посыпались без разбора, особенно часто обрушиваясь на его лысую макушку. Собачник даже не пытался дать отпор. Он сам вызвал огонь на себя и теперь сносил побои с завидным смирением. Под шквалом ударов он склонялся все ниже и ниже, пока не повалился на бок, а мистер Смит все продолжал долбить его, нанося побои по всему телу. Кори уже не стонал, похоже, он потерял сознание. Утомился и нападающий. Когда приступ ярости пошел на убыль, он отбросил трость, разбив какую-то посуду на столе, а сам опустился на стул. Он даже забыл, что раньше брезговал этими предметами мебели. Силы улетучились, он оперся локтями о стол, обхватил голову руками и зарыдал. Губы двигались, произнося то ли имена, то ли молитву, но разобрать его речь было невозможно. Время шло, но он не замечал его. Наверное, он задремал, а проснулся лишь от громкого лязга ключа в замочной скважине. Мозг, вымуштрованный военной академией, вмиг проанализировал ситуацию.
– Меня закрыли снаружи! – сообразил Ридли Смит и бросился к двери. За неплотно прилегающими друг к другу досками он услышал тяжелое сопение. Кори был там.
– Ты что задумал? – проревел полковник. Кори продолжал сопеть.
