* *
Я шел домой в отличном настроении, глядя на красное небо, которое превратилось в жуткий вулкан, перед самым закатом. На душе было классно, хотелось жить, жрать и трахаться. Эх, вот оно счастье!
Еще бы, ведь мне предстоит провести наступление, сразиться с превосходящими силами противника и выполнить поставленную задачу ценой собственной жизни. Что может быть лучше в жизни обычного офицера!
Правда, вместо команды головорезов у меня толпа школотронов, а вместо поля боя — сортир. Но это тоже неплохо. Главное, сохранять спокойствие и идти до конца. А за этим уж дело не станет.
Размышляя обо всем подряд, я выпал из реальности. Время летело стрелой, как и расстояние до нашего дома. Не успел опомниться, как вошел во двор и…
Наткнулся на бомжару-разведчика. Ох, сколько можно! Урод пялился на меня не стесняясь. Он был не очень-то далеко, вел себя слишком нагло, не пытаясь сохранять конспирацию.
Фигня, что за мной следят. За президентами и то подглядывают. Но такая тупая наружка — это уже беспредел. Возможно, слишком опасно, но я решил наказать наглеца.
Конечно, до прежней формы далековато. Зато к телу немного привык. Плюс обладал магией-не магией или что это такое вообще? Значит, можно рискнуть. Я не мартышка в клетке, чтоб на меня так смотреть.
Бомж продолжал пялиться, как ни в чем не бывало. Я резко пошел в его сторону, вызвав полное изумление. Дядька явно не ожидал, что забитый школьник так себя поведет.
Шпион смутился, отвернувшись в другую сторону. Потом медленно пошел прочь, считая, что я отстану.
Но дятел немного ошибся. Молодые ноги резко обошли мужика. Я стал перед ним, как первоклассник перед училкой, и громко, не стесняясь, сказал:
— Привет, а чем ты тут занимаешься?
Бородач немного поморщился, поправил рваную куртку и нехотя пробасил:
— Тебе-то какое дело? Банки вон собираю.
— Ага, для чего?
Я решил вывести гада на чистую воду или хотя бы помучить. А то работенка слишком уж легкая. Надо накинуть чуть сложности.
— Что? Дурак что ли? Сдаю их, — отмахнулся бомж.
Он пошел дальше, причем довольно легко. А ведь раньше косил под больного.
— Ясненько все, и почем же? Сколько банки пивные хоть стоят? А то у меня дома есть малость, — не отставал от бездомного.
— Отвали! Какое твое дело вообще?!
— То есть, ты собираешь банки целыми днями и не можешь цену сказать? — рассмеялся я. — Либо у тебя амнезия от водки, либо ты мне трындишь. Только вот интересно… зачем.
Бомж бросил злобный взгляд, и продолжил идти, громко фыркая. Застеснялася краля… Ничего, сейчас мы тебя подбодрим.
Гоняясь за сраным шпионом, я не заметил, как прошел через двор, оказавшись возле кустов, где пытались изнасиловать Ини.
Казалось бы, что тут такого? Вряд ли в них меня трахнут. Или нет, черт предчувствие. Я копчиком почуял неладное, резко развернулся и попал в руки к мощному мужику.
Он был намного сильнее и выше. Схватил меня в охапку как мешок картошки, без лишних слов потащив в злополучные заросли. Тем временем, бомж тупо смылся. А я не успел даже пикнуть.
Вот тебе и военные навыки! Доблестный командир карателей будет убит (или не дай бог трахнут) под собственным домом каким-то упоротым бугаем.
Понимая это, я стал вырываться. Дергал руками и ногами, стараясь нанести хоть какой-то урон. Применил магию… Ах да, я же не могу ее контролировать. Вместо головной боли бугай только заулыбался, утаскивая меня глубже в дебри.
Еще немного и все. Черта с два! Пусть только попробует укокошить. Буду являться в кошмарах, пока он не сдохнет. Достану козла даже после собственной смерти!
— Пусти живо, шавка! — захрипел что есть сил.
К счастью, я был слишком уж слабым. Дядька понимал, что бить лоха бессмысленно. Он играючи кинул меня на ветки, которые тут лежали, а сам стал рядом, уперев руки в бока.
Осмотрел громилу и понял, что у него на поясе пистолет. Сам козел одет в черный деловой костюм. Агент, мать его, ЦУР… тоже мне.
— Отлично выглядишь, дядя. В бомжи не взяли, пошел в охранники? — процедил я, медленно поднимаясь на ноги.
— Заткнись, — почти не открывая рта, выдохнул дятел.
Я понял, что он выложит важную информацию. В таких ситуациях ушлепки начинают болтать, значит лучше слушать их молча.
Потому я опустил голову, сделав вид, что боюсь. Бугай действительно заговорил. Пока что слишком расплывчато.
— Вижу, ты стал догадливым, — рявкнул он. — Кто бы знал, но бывает. Так вот, малый, не рыпайся. Живи, пока живется, ты понял?
— Жить? Как обезьяна в гребанном зоопарке? Вы еще в сортире мне камеру прилепите, — резко ответил я. Мужик малость смутился, но тут же пришел в себя.
— Оперился, цыпленок? Ну-ну! Язык неплохо подвешен. Отрежем его, если будешь болтать. Отдышись как следует, шкет. В другой раз смотри прямо, когда шляешься по двору. Будешь крутить башкой, нос сломаю. Понял меня?
Последние слова бугай выкрикнул с особым остервенением. По идее, это должно было меня заткнуть, высушить нахрен мозги и увлажнить школьные брюки.
Но, по понятным причинам, все пошло по-другому. Я лишь улыбнулся сквозь зубы, показав гаду оскал. Стало ясно, что гниды настроены очень серьёзно. Надо выяснить, кто их послал. Зачем понадобилось пасти какого-то слабого школьника?
Я мог ломать голову очень долго. Хорошо, что выпал шанс допросить лысую няшу. Для допроса нужно провести пару манипуляций. Ага… значит так.
Всеми силами изображая растерянность, оглянулся назад, потом бегло посмотрел под ноги.
Мужик не мог понять, что со мной. Он решил, будто дергаюсь от ужаса перед ним. И спустя несколько секунд, дядька грозно сказал:
— Все, малой. Вали нахрен.
— Куда валить, в твою жопу? — удивленно спросил у него.
— Чегооо? — взревел дядька, краснея.
— Ну, ты ж меня позвал неспроста. Хочешь, чтоб я тебя трахнул, ведь так? Сразу понял, что ты петушок. Вон перо в рот даже попало.
Мужик захрипел, как чудовище. Но уголок рта зачем-то потрогал.
Затем прошипел, что пора поломать мне палец, чтоб много не гавкал. Вращая обезумевшими зрачками, козел пошел на меня. Тогда я вытянул руку, как при спасении Ини, и применил магию.
Черт, получилось хреново! Бугай застонал, но остался стоять на ногах. Одной рукой он схватился за голову, а другую выставил в мою сторону, словно зомби.
К счастью, я заранее присмотрел длинную, толстую палку, которая валялась у ног. Молниеносно схватил ее, и что было сил долбанул гада сбоку.
Попал по щеке и в висок, палка треснула надвое. Амбал заревел сильнее, не думая вырубаться. Вместо
