выворачивая себе челюсть, зевнул и, заметив тёткин взгляд, усмехнулся в ответ.
– Себя вспомни, – беззлобно буркнул он, принимая от Глафиры чашку с чаем.
– Потому и смеюсь, – усмехнулась та в ответ. – И то сказать, скоро опять в тайгу сбежишь, а баба в самом соку одна останется.
– Не одна, а с тобой и с детьми. Ты мне тень на плетень не наводи. Ежели б не тайга, сидели б сейчас голодными. На одних машинах много не заработаешь.
– Так я ж и не спорю, Мишенька, – моментально включила тётка заднюю.
– И правильно. Со мной спорить себе дороже, – с важным видом завил парень, чем в очередной раз рассмешил всю семью.
* * *
Очередная поездка на свалку депо выпала на пасмурный осенний день. С самого утра моросил долгий, нудный дождь, иногда сменяемый мокрым снегом. Ехать Мишке совсем не хотелось, но было нужно. Очередной задуманный им механизм требовал подшипников, а их в этих местах днём с огнём не сыскать. Так что парню нужен был латунный прут малого диаметра и пара кусков труб, из которых можно будет сделать обоймы для самодельных подшипников.
Именно такой способ он применил в своё время на телеге. Два куска трубы, вставленные один в другой, а в промежутке поместились тонкие ролики из латуни. Торцы этого сооружения закрываются шайбами. По две на каждую сторону. Получается роликовый подшипник. Смазки он требует много, но и предназначение своё выполняет неплохо. Во всяком случае, колесо вращается без особого усилия.
Но сейчас ему нужно было облегчить не ход колеса, а вращение маховика. После долгих раздумий он решил поставить в кузнице ещё один станок. Для изготовления проволоки. Елисей принял его задумку на ура, самолично выделив под это дело место. Одно дело, ковать те же скобы для плотов, и совсем другое – просто выгибать и подкаливать их из готовой проволоки. И времени, и труда занимает меньше.
Так что хочешь не хочешь, а ехать в депо надо. Накинув брезентовый дождевик, Мишка мрачно посмотрел в окно и, вздохнув, отправился на конюшню седлать Монгола. Погоды на улице стояли такие, что даже умный жеребец, прежде чем выйти из конюшни, вытянул морду и, старательно понюхав воздух, оглянулся на хозяина. В глазах его ясно читался вопрос: «Мужик, а ты уверен, что нам с тобой это всё надо?»
– Надо, приятель. Вот не поверишь, сам не хочу, но надо, – проворчал в ответ Мишка, похлопав его по шее.
Вздохнув, жеребец явно нехотя вышел на двор и, остановившись, понурил голову. Быстро отворив воротину, парень вывел коня на улицу и, закрыв ворота, прыгнул в седло. Расправив дождевик так, чтобы он прикрывал колени и частично конский круп, Мишка разобрал поводья и слегка сжал колени. Монгол фыркнул и взял с места уже привычной рысью. Покачиваясь в седле, Мишка машинально проверил, как выходят из кобур пистолеты.
Где-то на краю сознания свербел крошечный буравчик. Помня, что чуйка просто так не срабатывает, парень внимательно поглядывал по сторонам из-под широкого капюшона, внутренне ожидая чего угодно. Затишье на границе настораживало его больше всего. Ну не бывает так, чтобы бандиты так просто отказались от налётов и попыток урвать кусок послаще. Ну не бывает так. Не бывает. На то они и бандиты.
Но время шло, верста сменяла версту, а всё было спокойно. Даже путников на тракте не встречалось. Добравшись до депо без приключений, Мишка перевёл дух и, плюнув на все несуразности, занялся делом. Подобрав десяток латунных прутков подходящего диаметра, Мишка принялся рыться в обрезках труб. Тут он застрял надолго. Трубы ему нужны были крученые и кованые или сверлёные. С клёпаным швом для его целей никак не подходили. Кое-как подобрав пару подходящих обрезков, парень мрачно оглядел их и, убедившись, что без обработки не обойтись, скривившись, сунул в мешок.
С одной стороны, возни больше, а с другой – благодаря обработке можно как следует подогнать зазоры. Ведь главный критерий нормальной работы такого самодельного подшипника – это плотность прилегания поверхностей. Тогда ролики не перекашивает, и они вращаются ровно в одной плоскости. Парень вывел коня с территории депо и уже собирался сесть в седло, когда его окликнул молодой парень из возчиков, что доставляли в депо уголь.
Поздоровавшись, Мишка вопросительно посмотрел на него, и парень, смущённо почесав грудь, буркнул:
– Тут это, Миша, спрашивали тебя.
– Кто? – насторожился парень.
– Приезжие какие-то, двое.
– Приезжие? – удивился Мишка. – Что, так и спросили Мишку-охотника?
– Не, лучшего следопыта спрашивали, – пояснил возчик.
– А с чего решил, что меня? – не понял Мишка.
– Так они сразу сказали, который молодой. А такой только ты.
– Логично, – еле слышно буркнул парень и, поблагодарив возчика, вскочил в седло.
– И это, Миш, не русские они, – вдруг добавил тот. – Говорят по-нашему чисто, но сразу видно, что не наши.
– С чего так решил? – тут же последовал вопрос.
– А одёжа у них не наша. Наши господа такую не носят.
– Ладно. Благодарствуй. Я не забуду, – кивнул Мишка, тряхнув поводьями.
Монгол ловко обошёл возчика и сразу перешёл на рысь.
– Разведчик, блин горелый, – ворчал про себя Мишка, обдумывая услышанное. – Ритор доморощенный. Так пояснил, что вообще ничего не поймёшь. Ладно хоть, предупредить не забыл, и то хлеб.
Он уже выехал из посёлка, когда за спиной раздался конский топот, и парень, оглянувшись, увидел догоняющую его бричку. Чуть отведя коня в сторону, Мишка освободил попутчику дорогу, но руку на рукоять пистолета положил. На всякий случай. Бричка поравнялась с ним, и кобыла, тянувшая её, загнанно всхрапнула. Что ни говори, а тащить такой груз по раскисшей дороге галопом для животинки было сложно. Мишку окликнули, и парень, придержав коня, подал его ещё дальше в сторону.
Возница оказался знакомый. Бывший сиделец, живший в этих местах уже лет тридцать. Коротко поздоровавшись с ним, Мишка настороженно заглянул под поднятую полость. Седоками были двое.
«Похоже, это про них тот краснобай говорил», – мелькнула у парня мысль.
Что-то в этой парочке Мишку насторожило и заставило незаметно взвести курок пистолета, одновременно толкая Монгола коленом. Конь послушно шагнул в сторону, разворачиваясь к бричке мордой.
– Это тебя считают лучшим следопытом? – задал вопрос одни из седоков, подавшись вперёд.
– Меня много кем считают, – пожал Мишка плечами. – Вам-то что за интерес до этого?
– Нам нужен проводник в предгорья.
– А что там сейчас делать? – делано удивился Мишка. – До промысла ещё далеко.
– Нам не нужен промысел. Мы ищем людей.
– Что за люди? – насторожился парень.
Единственные люди, которых могли искать в тех местах, была уничтоженная им экспедиция.
– Наша фирма отправила туда геологов, и они пропали. Их надо найти, – раздалось в ответ.
– Ну, это вам сначала надо в контрразведке разрешение получить.
– Зачем тебе контрразведка? Мы платим, ты ведёшь. Что непонятно? – жёстко отрезал неизвестный.
– Так война идёт, сударь. Нас полиция особо предупредила. Любого, кто не военный, в тайгу
