Читаем без скачивания Силы Хаоса: Омнибус - Кристиан Данн

Воздух колыхался, а внутри Мая нарастала предвкушение. Он услышал, как по башне разнесся рокочущий басовый звук, а бессмысленный лепет Диссонансов стал незаметно перетекать в громко зазвучавшее повсюду монотонное песнопение. От возрастающей громкости звука начали дрожать его внутренние органы, а по черной арматуре прошел резонанс, цепи начали с лязгом раскачиваться.

Из центра Гехемахнет растекалась тьма, тянущиеся во всех направления щупальца тени переползали через край шахты. Варн содрогнулся, когда его поглотила тьма. Во тьме были вспышки движения, всюду вокруг Мая роились силуэты, он чувствовал у себя на шее их горячее дыхание. Они что-то шептали, царапая его своими болезненно холодными призрачными когтями. Варн видел, как из другого мира на него голодно уставились сияющие кроваво-красным глаза, и чувствовал головокружение и тошноту..

Три Диссонанса вознеслись из центра Гехемахнет, выплыв из шахты, их щупальца шевелилась вокруг, словно нежные покачивания подводных растений, ангельские голоса переплелись с ревом демонов и унылым песнопением, грохотавшим из их громкоговорителей. За какофонией голосов был слышен ритмичный стук машин и отражавшийся от стен грохот металлических барабанов и рев могучих труб. Варн чувствовал, как от звуков волосы на его голове встали дыбом.

За Диссонансами поднялась одетая в красную броню фигура с распростертыми руками, казавшаяся дьяволом, вырвавшимся из адского измерения под землей.

Варн не сомневался, что это был жрец разрушительных сил, и ощущал в равной мере ужас и благоговейный страх. Воин-жрец излучал две вещи: веру и мощь. Варн мог видеть, как вокруг космодесантника кружились призрачные тени демонов. И ощущал, как от присутствия гиганта лишь усилилась их неугасимая ненависть и волнение.

Покрытая орнаментами красная броня воина была изрезана боевыми шрамами. На нём не было шлема, но он словно и не ощущал слабости от недостатка кислорода. Закрыв глаза, он пел могучим и глубоким голосом. Варн не понимал значение слов жреца, но хорошо их знал, неделями слыша их в бесконечном реве Диссонансов.

Свисавшие с черного каркаса цепи начали подниматься, их шипастые наконечники извивались в воздухе, словно головы охотящихся змей. Они потянулись к рабами, которые опустили голову, кроме Варна. Наконечник одной из цепей подлетел к нему и завис перед лицом. Наконечник цепи был по длине и размеру равен его руке до локтя, a крошечные письмена покрывали темный металл. Он раскачивался перед ним вперед и назад, гипнотизируя его и двигаясь точно в такт с ритмом песнопения Диссонанса, словно гадюка, удерживаемая заклинателем змей.

И со скорость атакующей кобры цепи ударили в бока рабов, протыкая их тела и вырываясь из груди. Извивающихся на змеящихся сквозь них живых цепях рабов вздымало в воздух. Острые наконечники цепей разворачивались и вновь наносили удары, протыкая вновь и вновь тела невольников, насаженных на другие цепи, пока ни одно тело не было связано меньше чем с десятком других.

Висевшая перед Варном цепь поднялась в воздух, покачалась и тоже ринулась вперед, но не в него, а в тело надсмотрщика у него за спиной. Одетый в черное рабовладелец ужасно визжал, когда цепь вновь и вновь протыкала его, а затем взмыл вслед за остальными в воздух, окатив Мая душем из черной крови.

Цепи начали переплетаться, формируя сложный символ внутри восьмиконечной рамы над парящим жрецом, который продолжал петь заклинание, игнорируя начавшуюся вокруг резню. Цепи плотно обмотались, превратившись в нечто похожее на сеть огромного паука, полную мрачных трофеев. Опутанные вонзенными в них цепями тела зависли в воздухе, когда Варн с ужасом увидел, что многие из них ещё живы. Они дергались и стонали, их кровь капала на воина-жреца.

Варн стоял на вершине Гехемахнет, его руки тряслись. Он стоял один. Все остальные висели в пропитанной кровью сети из цепей, умирая. Только Май выжил…

Глаза жреца открылись, и он посмотрел на съежившегося от страха Варна, ощутившего как взор воителя прошел сквозь его душу. И хотя космодесантник хаоса продолжил монотонное заклинание, Варн услышал его голос в своей голове.

Гехемахнет хочет, чтобы ты созерцал её рождение. Это твоя привилегия, малыш.

Град визжащих снарядов падал на позиции Несущих Слово, выбивая из защитного вала огромные фонтаны земли. Темп обстрела увеличился, и теперь его было слышно по всему Шинарскому полуострову.

Разжигатель Войны стоял на вершине стены первой линии обороны, не заботясь о грохотавшем вокруг безумии. Жалкие снаряды врага не могли нанести ему вред, когда он стоял посреди обстрела, хладнокровно обозревая местность.

Другую технику и боевые машины Легиона отвели на вторую линию. Ярость обстрела уничтожит их безоружных служителей, а демонические машины ринуться вперед, с радостью вонзая во врага когти. Но их обязательно уничтожат. Никто, кроме самого Темного Апостола не сможет сковать их вновь.

Аугментические сенсоры дредноута прорвались через окружавшие первую линию пламя и дым, увидев серию взрывов вдали на соляных равнинах, в нескольких километрах отсюда. Это не было обстрелом Несущих Слово, и Разжигатель Войны удивился. Даже смешные стрелки имперской гвардии не могли устроить настолько неаккуратный обстрел. По соляным равнинами пронеслась вторая серия взрывов, на этот раз ближе на двести метров к позиции Несущих Слово. Даже сенсоры дредноута не могли прорваться через поднятые артобстрелом облака пыли.

— Кол Бадар, приближаются враги Повелителя Войн, маскируя свои движения обстрелом и слеповыми гранатами.

— Принято, Разжигатель Войны, — пришел ответ по воксу, — Мы засекли летящие самолеты. Будь готов. И благослови тебя истинные боги.

— Убивай хорошо, старый друг.

— Враг сделал свой ход, Несущий Икону. Пришло твоё время, — сказал Кол Бадар.

Буриас склонил голову перед огромным полководцем. — Вы сделали мне честь, мой Корифей.

— Запомни это, Буриас, — прорычал Кол Бадар, — Пусть Легион будет горд тобой. Не заставь меня пожалеть о выборе.

— Этого не будет, Корифей, — ответил Несущий Икону, его внушительное бледное лицо было серьезным и преданным, — А мое первое убийство и я посвящу вам.

Он не мог предугадать реакцию лица Кол Бадара, скрытого за четырехклыким шлемом, на его слова, но решил, что поза военноначальника выражала довольство. Отлично, подумал Буриас.

Вновь кивнув, он отвернулся от Корифея, глядя на собравшихся под ним на внутренней стороне насыпи воинов. Вокруг разрывались снаряды, но повернувшие к нему свои шлемы воины даже не вздрагивали, ожидая приказов.

Буриас вонзил икону в землю, и боевые браться застыли в напряженном ожидании.

— Братья мои, настало время выехать на битву и встретить врага лицом к лицу! — взревел он, от Драк'шала его голос наполнился потусторонним резонансом и мощью.

От собравшихся послышался грозный одобрительный рев, и голоса многих воинов изменили скрывавшиеся в их душах демоны.

— Корифей возложил на нас священную и почетную обязанность, — продолжил Буриас, вызвав у собравшихся ещё один рев.

— Пусть Корифей гордиться нами, братья! Убивайте во имя Лоргара!

Собравшиеся воины прокричали имя своего демонического примарха, их голоса перемешались с воем Буриаса, от которого кровь стыла в жилах, выкрикивая в небеса имя своего повелителя, чтобы он мог услышать их обеты.

Собравшиеся Круги изрекали молитвы темным богам, забираясь в ожидавшие их транспорты. Штурмовую колонну "Носорогов" возглавляли два "Лэнд Райдера", их рампы с шипением откинулись, принимая воинов, удостоенных чести ехать в огромных танках. Их двигатели ревели в предвкушении, а турели лазпушек вертелись, управляющие ими демонические духи выражали свое нетерпение.

— Мы не видим через дым, использованный имперцами, но и они не видят нас, Буриас. Иди. Схватись с ними лицом к лицу. Они не увидят твоего приближения.

Буриас прорычал бессвязный ответ. Драк'шал вздымался внутри него. Кивнув напоследок, он отвернулся и ринулся к ожидавшему "Лэнд Райдеру". Колонна танков помчалась вперед раньше, чем даже с шипением захлопнулись рампы, быстро поднимаясь по крутой насыпи среди разрывов вражеского обстрела. Двигатели взревели, когда огромные танки достигли пика возвышения и взлетели в воздух, прежде чем с грохотом приземлиться на другой стороне. Они катились к врагу под прикрытием стены дыма и пепла, выбитой вражеским обстрелом, с каждым залпом приближавшимся все ближе.

Демоническая сущность Драк'шала заструилась по венам Буриаса, и все его мускулы напряглись.

Он мечтал стать одним из Помазанников с момента избрания в легион. Буриас понимал, что его избранию в культ помешала лишь дружба с Мардуком, ведь его служба была безукоризненной. Это давно было источником бесчестья, временами Несущий Икону даже ненавидел за это Первого Послушника. Он понятия не имел, что произошло на луне Калите, но с тех пор между Кол Бадаром и Мардуком была осязаемая ненависть.