— Вряд ли нам это удастся, — ответил Ксаббу. Сразу после того как полицейский запер дверь, он вскарабкался на единственное высокое окно и убедился, что прочная металлическая решетка не позволит бабуину средних размеров проскользнуть между прутьями. Спрыгнув на пол, он сел на корточки в углу и даже поспал какое-то время, чем вызвал у Рени необъяснимое раздражение. — Но, возможно, им известно что-то такое, чего не знаем мы. Давайте попробуем выйти из сети.
— Не стоит, — сказала Мартина. — Это может не сработать. Они уже доказали, что каким-то образом могут манипулировать нашими умами. И даже если нам удастся прервать контакты с сетью, мы просто признаем свое поражение.
— В любом случае эти те, кого мы искали, — произнесла Рени, открывая глаза. Если взгляды ее друзей выражали смиренную беспомощность, то сама она едва сдерживала нараставшую ярость. — Сначала я еще сомневалась в своей догадке, но потом поведение этих хитрых самодовольных полицейских подтвердило мои худшие опасения. За их спинами стоят псы, которые гнались по нашим следам, — чудовища, убившие доктора Ван Блик, Сагара Сингха и многих других людей. Как они гордятся собой! Надменные ублюдки!
— Гнев тут не поможет, — мягко сказала Мартина.
— Не поможет? А что нам поможет? Наши извинения? Давайте пообещаем им, что мы больше не будем вмешиваться в их мерзкую игру, и они, погрозив нам пальчиком, выпустят нас. Ты это хочешь предложить, Мартина? — Рени несколько раз ударила кулаком в воздух. — Вот же дрянь! Я выкручивалась, как могла, рыскала повсюду и тряслась от страха, а оказалось, что они просто… манипулировали мной. Чудовища!
— Рени… — тихо прошептала Мартина.
— Только не говори, что мне не надо сердиться! Это не твой брат лежит сейчас в госпитале. Это не твой брат ведет растительную жизнь, которую поддерживают машины. Это не твой брат верил, что ты всегда поможешь ему в беде!
— Ты права. Они не навредили моей семье так, как твоей.
Осознав, что плачет, Рени вытерла глаза тыльной стороной ладони.
— Прости, Мартина, но я…
Дверь камеры с лязгом открылась. У порога стояли все те же двое полицейских — зловещие черные фигуры в сумрачном коридоре.
— Выходите. Тот-Кто-Возвышен-Над-Всеми хочет вас видеть.
— Почему бы тебе не убежать? — прошептала Рени. — Ты где-нибудь спрячешься, а потом поможешь нам выбраться отсюда. Я не могу поверить, что ты отказываешься от такой возможности.
Печальный взгляд Ксаббу проник даже через внешность бабуина.
— Я не могу оставить вас одних, почти ничего не зная об этом месте. И потом, если они захотят повлиять на наши умы, вместе мы будем сильнее.
Раздраженный их шепотом, первый полицейский оглянулся и предупреждающе покачал головой.
Они поднялись по нескольким длинным пролетам лестницы и вошли в огромный зал с полированным каменным полом. По высоте и форме крыши Рени догадалась, что их привезли в одну из пирамид, которые она видела из автобуса. Множество темноволосых людей в церемониальных одеждах, украшенных, как у полицейских, пелеринами, суетливо носились во всех направлениях. В спешке и самодовольной целеустремленности они не обращали никакого внимания на пленников. Единственными, кто выказывал к вновь прибывшим какой-то интерес, были шесть вооруженных охранников, которые стояли перед дверью в дальнем конце помещения. Их яркие шлемы, изображавшие головы хищников, выглядели более реалистичными, чем головные уборы полицейских. Эти дюжие мужчины сжимали в руках длинные ружья, похожие на мушкеты, а на их поясах висели внушительные дубинки. Казалось, им просто не терпелось применить свое оружие на деле.
Когда Рени и остальные приблизились, охранники воинственно сомкнули ряды, но затем, тщательно проверив полицейские эмблемы, неохотно расступились в стороны. Пленников протолкнули в следующую комнату, после чего массивная дверь закрылась за ними. Полицейские остались снаружи.
Рени осмотрела роскошный кабинет — почти такой же большой, как тот зал, который они только что оставили. Каменные стены были расписаны сценами фантастических битв между людьми и чудовищами. В центре комнаты, в луже света, изливающегося из электрического канделябра гротескной формы, стоял длинный стол, окруженный пустыми креслами. Самое дальнее из них находилось на подиуме и имело купол, выполненный из золота в виде солнечного диска, который сиял сквозь облака.
— Совет сегодня не собирается. Но я подумал, что вам будет интересно посмотреть на зал заседаний.
Из-за высокого массивного кресла, стоявшего во главе стола, вышел молодой мужчина. Он имел те же ястребиные черты лица, что и остальные обитатели города. Обнаженный до пояса торс прикрывала длинная мантия, украшенная перьями. На груди виднелись ожерелья из бус и острых клыков, а голову венчала золотая корона с голубыми драгоценными камнями.
— Обычно меня окружают фавориты — «бесчисленные словно песчинки на морском берегу», как говорят мои жрецы. И они во многом правы.
Его вполне сносный английский язык звучал излишне мягко и приторно, но в прищуре холодных насмешливых глаз угадывался острый и твердый интеллект. Если этот человек чего-то хотел, он добивался своей цели. Рени поняла, что он гораздо старше, чем выглядит.
— Однако я ожидаю появления других гостей. Возможно, нам понадобятся все кресла вокруг этого стола. Правда, я бы предпочел, чтобы наш разговор проходил сугубо между нами. — Он высокомерно улыбнулся. — Жрецы сойдут с ума, если узнают, что их бог-царь остался один на один с чужаками.
— Что… Кто вы такой?
Рени старалась сохранять ровный тон, но мысль о том, что она смотрела в лицо одного из своих гонителей, сводила ее усилия на нет.
— Бог-царь этой страны. Владыка Жизни и Смерти. Но если вам будет так удобнее — а вы же все-таки мои гости, — я могу представиться и по-другому. Меня зовут Боливар Атаско.
СЕТЕПЕРЕДАЧА/НОВОСТИ: Лагерю беженцев присвоен статус нации.
(Изображение: город беженцев на побережье Мериды.)
ГОЛОС: Лагерь мексиканских беженцев, названный его обитателями «Конец пути», объявлен ООН страной. Мерида, небольшой город на северной оконечности мексиканского полуострова Юкатан, увеличил свое население до четырех миллионов из-за серии убийственных ураганов, обрушившихся на побережье, и политической нестабильности в Гондурасе, Гватемале и на северо-востоке Мексики.
(Изображение: грузовик ООН проезжает сквозь возбужденную толпу.)
ГОЛОС: Три с половиной миллиона беженцев находятся фактически под открытым небом, многие больны туберкулезом, тифом и лихорадкой «гуантанамо». Придав Мериде статус самостоятельной нации, ООН теперь может объявить военное положение и взять новую страну под свою юрисдикцию…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
