очень умная. Почему невозможно? Это место строили те, кто ничего не понимал в обороне. Да, защита внешнего кольца была создана, но здесь, внутри… с этими ненастоящими дверями, за которыми невозможно укрыться.
С прямыми широкими коридорами. Как такие оборонять?
С ослепительной белизной и пустотой, в которых не спрятаться.
Ясно, что всех их здесь перебили… да любой мало-мальски сообразительный маг никогда не построит подобного. В башнях коридоры узки и запутаны. Они полны ловушек даже в мирное время, ибо каждый знает — что любая мирность весьма относительна.
И готовится к войне заранее.
А еще ведь рабы.
Сторожевые големы. Стража и сами маги…
Эти же…
Бестолочь.
Одно слово — Древние. Не зря они вымерли, точно не зря.
— Идем, — Роза решительно переступила через кости. — Мне нхадо… пх-лучить доступ к серверам. Запись… д-хлжна была вестись запись.
Если так, то хорошо. Не то, чтобы Ирграма сильно интересовали дела тысячелетней давности, но… почему бы и нет.
И Роза вон успокоится.
Зала.
Полукруглая. Потолок поднимается куполом. Полупрозрачная стена рассекает залу пополам. И под ней из пола вырастает конструкция, точно кто-то взялся строить еще одну стену, но после передумал и недостроенную прикрыл металлом.
На стол похоже, только длинный, узкий и опирающийся не на ножки, а на стальное же основание.
— З-с…десь, — выдавила Роза, впиваясь в плечо. А хватка у неё приличная. — З-сдесь… п-призошло… что-то…
Что-то определенно произошло, поскольку и конструкцию, и пол, и стены помещения покрывали трещины. Они не бросались в глаза, напротив, Ирграму в первое мгновенье они показались частью некоего узора, пусть и странного, но кто их, Древних, разберет.
У стены лежало еще одно тело, точнее часть его, ибо уцелел остов, грудная клетка с вывернутыми ребрами и конечности. А вот головы не было.
— Эт-то… суб…крдинатор, — сказала Роза, ничуть не прояснив ситуацию. — Возьми… скопир-р-руй его ДНК. Она… нжна. Высший ранг доступа.
Ирграм подошел к телу.
И накрыл древние кости, Роза же подняла с пола темное кольцо, которое надела на палец.
— П-том… скжу… акт… актвируешь, — пояснила она, оглядываясь. — Что… з-сдесь произошло?
Что-то.
Явно не слишком хорошее.
Ирграм сказал бы даже больше, ведь теперь, окутав кости туманом, он видел, сколь хрупки те, изломаны, будто сделаны из сахарного песка. А еще тело Ирграма отказывалось повторять обличье данного человека.
— Не выйдет, — Ирграм попытался раз.
И другой.
— С его костями что-то не так… они иные. Хрупкие очень.
И в доказательство слов его кости осыпались горкой… нет, не пепла. Скорее мелких кристаллов, словно и вправду сахарные.
— С-стр-тура повреждена, — Роза встала на четвереньки, похоже, в этой позе тело её было более устойчиво. — П-првичная… с-структура повреждена. Как?
— Это ты у меня спрашиваешь?
Ирграм вернулся к своему обличью и велел рытвеннику обойти помещение. Все же то было достаточно большим, чтобы спрятать кого-то или что-то.
— Н-т, — Роза поднялась. — Од-хно лог-хичное объяснение… сюда… пхринесли… энергию… иную… иного…
Она дернула головой и замолчала.
— Мхне нужен модуль. Идем.
И прозвучало это повелительно. Ирграму подумалось, что, возможно, стоит свернуть ей шею, пока она слишком слаба. Кто знает, вдруг она обретет силу? Тогда всенепременно попытается подчинить его. Сам Ирграм раньше точно попытался бы.
Роза на четвереньках поползла куда-то в сторону.
Или погодить?
Она добралась до стены и, повернувшись, двинулась вдоль нее. Очередной провал-дверь был недалеко. На сей раз за ним скрывалось помещение относительно небольшое. И почти не тронутое разрушением. Белые стены, белый потолок и пол тоже белый, гладкий до того, что в нем отражалось все, как в зеркале.
Ирграм поморщился, поскольку собственное его отражение было жутковатым.
Плевать.
Розу же интересовал не пол с отражением, а четыре конструкции, с виду напоминающих куриные яйца, правда, огромные, в которые и человек влезет.
Она добралась до ближайшего и, с трудом поднявшись на колени, хлопнула по боковине ладонью. От этого хлопка верхняя часть яйца исчезла.
— П-мги… — попросила Роза, цепляясь за край. — М-хне… надо… откалиб… либр… ть тело.
Ирграм подхватил её под мышки и поднял.
— Сп-сибо… это… мед-цинский модуль. Работает… сам… не мешай. Не знаю… ск-лько понадобится времени… но п-хрошу не вмешивайся.
Ирграм и не собирался, если уж на то пошло.
— Т-хо… что там… бх-удет мжет пкзаться… — она явно волновалась, потому и начала запинаться. — Странным. Неп-хравильным. Но так надо. Когда… тело будет… г-тово… он откроется. Сам.
— Ясно, — сказал Ирграм и, подняв Розу, запихнул её внутрь.
Надоела.
Сколько можно говорить.
— Г-хлавное… ты ничего тут не трогай!
— Не собираюсь, — соврал Ирграм.
— И п-пджди меня! Я… думаю… см-хгу наладить контакт… с разумом модуля… внешний… не уверена, что он не п-страдал.
Вот неуемная.
Ирграм толкнул её, заставляя лечь. А потом руку убрал, что характерно, вовремя. Раздалось тихое шипение, и верхняя часть модуля вернулась на место. он сам вновь походил на яйцо, белое, цельное. Ирграм ради интереса поискал стыки, но не нашел.
— И что делать станем? — поинтересовался он у рытвенника.
Тот, плюхнувшись на зад, раззявил пасть.
— Осмотримся… — решил Ирграм.
В конце концов, место было интересным. Только… он огляделся.
И отряхнулся.
Надо будет изменить внешность, скажем, примерить обличье древнего, из числа новых. Ирграм кивнул, соглашаясь сам с собой, и изменился.
Этот человек умер довольно молодым.
Он был высок.
Силен.
И пожалуй, внешность имел вполне… интересную. Если верить отражению в глянцевом полу. Ирграм даже наклонился, разглядывая себя.
Пусть не Ульграх, но даже где-то интересней. Смуглокожий, темноволосый. Черты лица такие, выразительные… у Ирграма никогда подобных не было.
— Как я тебе? — поинтересовался он у рытвенника. И тот тявкнул, явно не слишком одобряя. — Да что ты вообще понимаешь…
Ирграм провел ладонью по густым волосам.
И огляделся.
Почему-то это преображение придало и сил, и уверенности в себе. А еще говоря, что внешность — не главное… как бы не так.
Он решительно шагнул к ближайшему яйцу и приложил к боковине ладонь. А когда верхушка исчезла, заглянул внутрь.
Пусто.
И в следующем…
А вот в третьем лежали кости. Снова… на сей раз, кажется, женские.
— Нет уж, — Ирграм повертел череп с остатками волос, отчего-то ярких, желтых, оранжевых и красных, которые, к слову, сохранились весьма неплохо. — Пожалуй, воздержусь… с меня и одной хватит.
И вернул череп на место.
Снова огляделся.
