попасть туда точно в срок. Скорее всего подняться на пирамиду удастся лишь однажды, да и то после того, как дашь взятку и все такое прочее. Брат, а затем мы должны удаляться на полгода и повторно выходить на ту же временную ось? Может, лучше нам остаться на орбите и ждать?
— Все зависит от обстоятельств. Мне не понадобится тащиться в Египет, если какая-нибудь глупость не помешает мне встретиться с вами в Аризоне. Ну а если меня не окажется ни здесь, ни там — как вы поступите? Лори?
— Станем искать тебя снова в тех же местах — соответственно через год и через полтора года.
— А потом?
Лорелея взглянула на сестру.
— Брат, эту часть инструкции мы никак не запомним…
— …и Дора тоже.
— Конечно же!
— Потому что мы не поверим в твою смерть…
— …сколько бы раз ты ни пропустил свидание…
— … мы будем проверять оба места каждый день…
— …каждую ночь…
— …более чем двенадцатичасовая разница позволит нам каждый день на рассвете и закате быть в Аризоне, в Египте…
— …Дора способна на это…
— …можешь держать пари…
— …мы будем искать тебя день за днем…
— …год за годом…
— …до тех пор пока вы наконец не объявитесь, сэр.
— Капитан Лорелея, если я четыре раза пропущу свидание, считай меня погибшим. Ты должна будешь смириться с этим. Мне придется записать это условие.
— Командор Лонг, в случае смерти ты не сможешь отдавать нам приказы. Элементарная логика.
— Но вы-то будете считать, что я жив. А коли так, приказы придется выполнять и отказаться от розысков. Та же самая логика!
— Сэр, если вы находитесь вне корабля, вне пределов личного контакта, то не имеете возможности отдавать какие-либо приказы. Мы можем проверять оба места все одиннадцать с половиной земных лет со времени высадки…
— …и дольше, потому что мы обещали Семье привезти тебя назад…
— …даже если нас время от времени придется отправлять домой на реювенализацию…
— …или чтобы завести ребенка, но эти события не будут занимать времени в данной системе отсчета… как ты сам заметил по другому случаю.
— Это мятеж! Близнецы переглянулись.
— Я управлюсь, Лаз; это моя обязанность — сегодня нечетный день. Лазарус, ты же сам учил нас, что командор на корабле — просто пассажир, потому что за все отвечает капитан. Поэтому «мятеж» — слово неуместное в данном случае.
Лазарус вздохнул.
— Я воспитал пару нахальных космических адвокатов.
— Братец, но ты же и научил нас этому. Ты же сам.
— Конечно. Вы победили. Но глупо ждать меня каждый день, год за годом, до бесконечности. Мне не приходилось видеть такой тюрьмы, из которой за год нельзя было бы сбежать. А ведь я посетил достаточное количество исправительных заведений. Может, отложить все… Впрочем, не буду спорить! Теперь о временных маркерах. Если возникнет необходимость в перекалибровке, сделать это несложно; надо спуститься на Землю и выяснить точную дату по григорианскому календарю. Но я не хочу, чтобы вы делали это, потому что никто из вас не имеет опыта общения с землянами. Вы попадете в беду, а меня не будет рядом, чтобы выручить вас.
— Братец, неужели ты полагаешь, что мы настолько глупы?
— Нет, Лаз, я не считаю вас глупыми. Вы обладаете тем же самым мозговым потенциалом, с которого я начинал, а я отнюдь не глуп, иначе не прожил бы так долго. К тому же вы получили очень хорошее образование, гораздо лучше того, которое имел я в вашем возрасте. Но, дорогие мои, мы говорим о Темных временах. Вы двое воспитаны в среде, предполагающей на все рациональную реакцию, которой там не дождетесь. Я бы не разрешил вам приземляться в этой эре, даже вместе со мной, предварительно не дав наставлений в том, насколько здесь допустим рациональный подход в словах и поступках. Только так. Лазарус помолчал и продолжил:
— Не беспокойтесь, существует еще два способа определения времени из космоса. Один из них — метод Либби, очень громоздкий, но действенный; нужно сравнить положение планет Солнечной системы. Беда в том, что при измерениях, если только не потратить на них колоссальное время, можно ошибиться и принять расположение планет, случившееся за несколько тысяч лет до того или позже, за истинное. Поэтому мы воспользуемся теми отметками, которые время оставляет на поверхности Земли. Весьма надежна радиоактивная датировка появления этого кратера. Если его нет — значит, вы явились за несколько столетий до нужного времени. Вполне приемлема дата возведения Великой китайской стены, египетских пирамид. Даты постройки Суэцкого и Панамского каналов тоже вполне точны, как и, к несчастью, дата гибели Европы. Но не пытайтесь проверить ее! Опускайте экраны и улепетывайте побыстрее: в тот год любой странный космический корабль в небе непременно уничтожат — если только он окажется уязвим. Действительно, если любой временной маркер из списка засвидетельствует, что вы попали в год после 1940 по григорианскому календарю, уматывайте поскорей в предыдущее время.
Пока достаточно. С моей точки зрения, пора спать, хотя за бортом корабля еще светло. Я хочу, чтобы вы заучили все это, пока не станете помнить об этом и во сне: все даты, что искать и как найти маркер, даже если У вас нет земного глобуса, по которому можно проверить себя. Есть вопросы? Только не говорите хором.
— У меня есть, — ответила Дора.
Потом, Дора, — перебила капитан Лорелея. — У нас есть кое-что для него.
— Хорошо, умолкаю.
— Что вы хотите мне сказать? — спросил Лазарус. — Пора осеменить нас… Лазарус.
— Обеих, — добавила Ляпис Лазулия.
Лазарус посчитал в уме десять шимпанзе, затем прибавил к ним еще десяток.
— Об этом не может быть и речи! Близнецы переглянулись.
— Мы знали, что ты это скажешь, — сказала Лорелея.
— …и сомневались лишь в том, сумеешь ли ты это сделать дружелюбно и ласково…
— …значит, мы скажем, что ты отказался, и она все сделает сама… воспользуется твоей спермой… из банка…
— …но нам было бы приятнее, если бы наш возлюбленный брат, который всегда был к нам так добр…
— …а теперь добивается, чтобы ему отстрелили задницу в Темных временах…
— …хоть раз отбросил бы свои дурацкие предрассудки…
— …и отнесся к нам как к биологически зрелым женщинам…
— …а не как к детям, которыми он привык нас считать…
— …Айра, Галахад и Джастин не считают нас детьми…
— …в отличие от тебя. Это не просто унижение, это просто ужасно, тем более что мы можем не увидеть тебя вновь…
— …ты же без всякого смущения трахнул Минерву.
— …не говоря уж о Тами, Гаме и Иш…
— Прекратите! Они замолчали.
— Для них я весьма дальний родственник.
