дверям, оглядываясь гораздо внимательнее и громко призывая Юэль обождать. Девушка не слышала. Однако в дверях ей пришлось остановиться: в зал вплывала величественная сороконожка. Неторопливо перебирала парами крохотных ножек, а крохотные ручки прижимала к груди, умоляя простить за задержку. Юэль заплясала на месте от нетерпения. Рэн наконец-то настиг ее и схватил за плечо.
– Может, хоть попрощаешься со мной?
Юэль оглянулась на него в величайшем изумлении, потом, что-то сообразив, засмеялась и взяла капитана под руку. Сороконожка поклонилась в сотый раз, и Рэн с Юэль изящно раскланялись в ответ – чему-то да научились у Соэла.
Они поднялись на первый подземный этаж. В ближайшем же вестибюле Юэль прижала браслет связи к одной из маленьких черных панелей, испещрявших стены. Капитан исподволь наблюдал. Девушка взгянула на светящуюся пластинку в браслете и негодующе тряхнула головой – словно на бегу ударилась о стену.
– Катер на Успешную отчалит лишь через два часа!
«Значит, мне осталось два часа, – подумал Рэн. – А потом услышу вежливое: «Благодарю, капитан, за все, что вы сделали…» И означать это будет: «Ступайте, капитан, своей дорогой».
– Куда теперь? – осведомился Рэн, пытаясь сохранить бодрый тон.
Девушка лукаво посмотрела на пего.
– Помнится, мне обещали новое платье.
Рэн хлопнул себя ладонью по затылку и пробормотал извинения. Не задерживаясь ни на секунду, они переместились на второй подземный этаж; следуя светящимся указателям, с легкостью отыскали красный вестибюль, серый тоннель и сектор двести девятнадцать.
Юэль на секунду замерла, увидев над входом изображение Двухголовой богини. Пересилила себя, стиснула зубы и переступила порог. Рэн шагнул следом. Они попали в жемчужно-серый зал, сплошь заполненный изваяниями линтийцев и линтиек. Между манекенами, водруженными на небольшие постаменты, бродили редкие посетители, внимательно изучали покрой одежды, ощупывали ткань.
Рэн набросил на плечи Юэль свою куртку – белое платье девушки наверняка привлекло бы любопытные взгляды. Линтийцы слишком хорошо знали, что такое – жертвенный наряд, могли насторожиться.
Юэль скользила взглядом по рядам манекенов. Конечно, в магазине тоже работала система «Иллюзион», все наряды можно было посмотреть, пощупать и даже примерить, но нельзя – унести. Любой воришка, выскочив из магазина, убеждался, что руки его пусты. Лишь оплатив заказ, покупатель обретал настоящие, не иллюзорные вещи.
Выбрав манекен примерно своего роста и сложения, девушка подозвала Рэна.
– Вам нравится?
– Я не слишком в этом разбираюсь… – капитан скользнул взглядом по серой глянцевой рубашке и коротким кремовым брюкам. – Незаметно и простенько… Наверное, то, что и нужно в полете.
– Незаметно и простенько? – засмеялась Юэль. – Ткань сделана из лепестков линтийской розы. Это же вечерний костюм! Даже богатые линтийцы надевают его только раз или два в жизни. Наан-нга-ли надела, когда удочерила меня…
– Да? – озадаченный Рэн обошел вокруг манекена.
– Можете не подсчитывать сбережения, – заметила Юэль. – Денег все равно не хватит, даже если вздумаете продать корабль. И потом, серый цвет мне не к лицу. Зато сиреневый… – Юэль перешла к другому манекену. – Как вы думаете, подойдет?
– Тебе все подойдет, – убежденно откликнулся капитан. – Только…
– Что?
– Почему ты не носишь земную одежду? Линтийская – больше по вкусу?
– Не знаю, – рассеянно протянула Юэль. – Наверное, просто привыкла. Что же, примерить?
Рэн кивнул.
Девушка встала на матовый круг в полу. Вспыхнул желтоватый свет, белое платье как будто растворилось, и Юэль оказалась в коротких черных брюках, длинной сиреневой рубашке и золотистом покрывале. Повернулась, оглядывая себя в зеркалах. Вытянула шею, обращаясь к Рэну.
– Вам нравится?
– Да.
– Тогда это и возьмем, – Юэль сошла с круга. – Сгодится такая одежда для Фригии? Судя по названию, это холодная планета.
– Фригия? Да, жуткий климат. Метели и снежные бури… – он запнулся. – А почему ты спрашиваешь?
Юэль на мгновение лишилась дара речи.
– То есть как «почему»? Мы же летим на Фригию?
– Да, мы с Соэлом летим на Фригию. А ты… Ведь ты собираешься на Успешную…
– Неужели вы меня не подождете? – вскипела Юэль. – Каких-то несколько часов – и я вернусь.
– В-в-вернешься? – Рэн заикнулся от радости и сам себе стал смешон. – А я думал, ты улетишь насовсем.
– И не надейтесь, – отрезала Юэль. – Я всегда буду рядом с вами. Ни на шаг не отступлю.
Внезапно она развернулась и побежала прочь.
– Юэль! – вскричал потрясенный Рэн.
Девушка не слушала. Рэн нагнал ее в два шага, схватил за руку.
– Юэль!
Она не откликнулась. Остановилась в тупике между рядами манекенов, замерла, перестав дышать. Казалось, в величайшем напряжении прислушивалась к чему-то. Рэн повертел головой. Неподалеку от них старый линтиец беседовал с… неким подобием рисового пудинга. Пудинг поблескивал черными глазками и басил:
– Сколько стоит билет до Пылающей?
– Не знаю. Говорят, с прошлого года чудовищно взвинтили цены.
– Обычно летаю на «Медлительном».
– Слишком дорого.
– Зато безопасно.
Они раскланялись. Точнее, раскланялся линтиец, а пудинг расползся кашей по полу, затем свернулся в плотный колобок и покатился восвояси. Линтиец тоже направился к дверям магазина.
Отстранив капитана, Юэль бросилась за старичком вдогонку. Догнала, но не заговорила с ним, как ожидал Рэн, а просто затопталась рядом, пока не перехватила изумленный взгляд линтийца.
Тогда она повернулась и медленно возвратилась к Рэну. Он внимательно на нее посмотрел. На губах девушки не было улыбки, но радость проступала в каждой черточке лица, в распахнутых глазах, в ямочках на щеках.
– Что случилось?
Теперь она улыбнулась.
– Идемте, капитан.
– Куда?
– Наверх. Скорее.
– Подожди, – возразил Рэн. – Тебе понадобится теплый комбинезон и куртка. И эта обувь, – он мельком оглядел ее сандалии, – конечно не для Фригии.
– Хорошо, давайте купим, только побыстрее.
Рэн смотрел, как она торопливо примеряет одежду, и в душе его все громче звучал победный марш. Юэль выбирала вещи скорее добротные, чем нарядные. Не вертелась перед зеркалами, не прихорашивалась, как прихорашивается женщина перед долгожданным свиданием. Значит, на Успешной ее ждал кто угодно, только не жених.
У Юэль едва достало терпения примерить пару комбинезонов и курток.
– Все, этого хватит.
Рэн подошел к небольшому черному автомату – единственной реальной вещи в магазине, набрал шифр – такой же, как на запястье манекена, и опустил деньги. Через две минуты из автомата выдвинулся поднос с аккуратными пакетами. Тогда Рэн сообразил купить еще и дорожную сумку.
Складывая покупки, Юэль улыбнулась капитану.
– Спасибо.
– Ну, раз ты носишь линтийский наряд, нужны браслеты.
– Право, это лишнее… – запротестовала Юэль, но Рэн уже перешел в другой зал.
Юэль поспешила за ним, позади катилась сумка.
Золотые браслеты – других безделушек линтийцы не носили – покоились в стеклянных витринах; браслеты широкие и узкие, гладкие и резные, украшенные алыми, лиловыми, черными камнями. На каждой витрине сияла надпись: «Мы не торгуем
