про Онисима, брата. Надо же – жив, оказывается, жив! Теперь и плен не так страшен показался. Тем более – надежда появилась…
– Да, рядом! И обязательно поможет. Но и мы сами должны…
– Я как-то слышала шум, – вдруг вспомнила Лелька. – Ну, как ночью меня привели… Там, в соседнем подвале – девки… те еще курвищи, но веселые и, кажется, не злые… А вот между – какая-то дверь! Прямо в полу!
– В полу? – насторожилась Тошка.
– Там еще камнями обложено… Я вот и слышала, как засовец скрежетнул… да что-то звякнуло… может, ключи?
– Если ключи – нам не выбраться.
– И куда, интересно, эта дверца ведет?
За дверью вдруг послышались шаги, кто-то отодвинул засов… Кнехты! Здоровенные молодые парняги!
– Ну, снова за мной… – тяжко вздохнула Лелька.
Однако ошиблась. Палец кнехта уткнулся в Тошку:
– Ты!
Девчонку грубо подняли, повели… втолкнули в какую-то келью… Там, нехорошо улыбаясь, уже дожидался отец Арнольд. С бичом из бычьей кожи… Нет, отец Арнольд вовсе не был насильником-прелюбодеем, он просто был садистом! Оттачивал умение на беззащитной пленнице. И получал удовольствие… еще какое! Сам себя удерживал – лишь бы не войти в раж, не убить, не захлестать до смерти…
Да, даже если и убьет? Подумаешь. О ком тут жалеть?
Кнехты сорвали с девчонки одежду, привязали к широкой скамье, вышли…
Отец Арнольд поплевал на руки и взмахнул бичом:
– Значит, говоришь, просто заблудилась?
Свист воздуха… Удар… Плач…
Слуги, посланные каштеляном за вином в ближайшую корчму, явились вовремя. Привезли и вино, и медовуху… тут еще и дев привели – веселье закрутилось на всю катушку! Одна из девиц, как оказалось, умела играть на лютне, вторая же неплохо пела, так что пирующие принялись разом прихлопывать в ладоши, а потом и вообще пустились в пляс! Все, кроме фон Цвеллера – тот деловито тряс стаканчик с костяшками…
– Ап!
Выпало неплохо – «шесть» и «четыре».
– А? Что вы на это скажете, славный де Фунэст?
Гость тоже метнул – «три» и «два». Не повезло, бывает. Пришлось выкладывать серебришко – три полновесных «тяжелых» пфеннига, такова была ставка.
Кнехты тоже пировали, правда, не здесь, а во дворе замка – благородный гость захотел угостить всех! Что ж, никто и не думал отказываться… разве что караульные на воротной башне, туда нынче отправили самых молодых. На других – угловых – башнях воины оказались куда смелее и чувствовали себя в своем праве. Выпить? Почему бы и нет?
Немного поплясав, рыцари уселись за стол. Орденский сержант, брат Генрих Миллер уже давно клевал носом, как и отец каштелян. А вот завзятого игрока Цвеллера хмель почему-то не брал! Вернее сказать, не хмель, а подлитое в напитки сонное зелье… Довмонт вовсе не собирался поить крестоносцев ради самого пьянства…
Пьянели и во дворе, засыпали – правда, все по-разному, кто раньше, кто позже, а кто-то и вообще возбудился, пуще некуда – бегал по двору, орал…
Вот и шевалье де Шализ вовсе не выглядел сонным, хотя хлестал медовуху пуще всех, вероятно, крепкий напиток не давал сонному зелью действовать побыстрей… Хотя – обычно-то наоборот бывает!
– А ну-ка, братие, выпьем! – видя такое дело, гость самолично разлил по кубкам вино. – Выпьем за ваше святое дело!
– Выпьем! – подняв голову, кивнул отец каштелян. – С нами Бог!
– С нами…
Один лотарингец – вот ведь черт! – от вина отказался, сказал, что кислое, и махнул медовухи.
Себе князь наливал особо – из баклажки, и пока это никто не просек. Да кто и смотрел-то? Слугам было все равно, а пирующие слушали девок, играли в кости… или вот, уже начинали похрапывать…
Намахнув очередной кубок, наконец-то уронил голову и фон Цвеллер. Захрапел прямо на столе, покатились по полу выпавшие из стаканчика кости… Довмонт, не поленясь, улучил момент, поднял костяшку… Ну да, ну да – на всех сторонах «шестерки»! Да уж, брат Гуго похоже, пошел по неверному пути покойного магистра Венно фон Рорбаха… И, скорее всего, так же плохо кончит. И правильно! Нечего жульничать!
Ага… Шустрый де Шализ уже полез к девкам, а те вовсе не возражали… Кстати, им тоже надо налить!
– Хорошо поете, красавицы! А ну-ка, выпейте…
– Ой… Какое вкусное вино!
Ну, вот, вроде как и ничего… Каштелян с сержантом храпят, жулик фон Цвеллер – будущий комтур – тоже… Однако же де Шализ – красавчик! – одну из девчонок уже почти раздел да мял ей грудь – очень даже аппетитную… А вторая клевала носом!
– Альбер, Альбер, друг мой! Ты мне обещал какую-то красотку.
– Я? – рыцарь обернулся. – Ах, да… Тсс! Сейчас приведем… Бригита, ты жди, я скоро…
Пошатываясь, де Шализ поднялся с лавки:
– Идем, мой дорогой друг! Тсс! Надо только спросит ключи у отца каштеляна… Э-эй… Эй! Да проснитесь вы уже…
– Брось ты его будить, дружище, – негромко засмеялся Довмонт. – Ключи-то – вон, на поясе.
– Но я не знаю, какой…
– Возьмем все… Дай-ка!
Сорвав с пояса спящего каштеляна связку ключей, князь обернулся к Альберу:
– Ну, пошли, что ли… Кстати, я что-то не вижу нашего юного друга датчанина?
– А, Карстен… Так он куда-то ушел… А перед тем шептался с отцом каштеляном…
В подвал вела узкая винтовая лестница, пронзая все этажи донжона – главной башни замка. На третьем располагалась трапезная, над ней – комнаты для гостей, на втором этаже – кельи братьев, на первом – склад, а ниже…
– Подожди, – спускаясь, озаботился рыцарь. – Прихватим-ка свечи… Тут и огниво… Сейчас зажжем! Ой…
Уронив кресало и пластинку, де Шализ пьяно засмеялся. Хорошо! Не уснул, так опьянел – не удивительно с медовухи-то.
– Постой… Дай-ка я…
Клацнув огнивом, князь запалил трут, а уж то него свечи. Одну протянул рыцарю:
– Смотри, не урони!
– Не-е-е…О-омме, омме, омме ом… Ом де ля гер! – спускаясь в подвал, крестоносец затянул старую воинскую песню. Пел он, между прочим, неплохо, правда, князю сейчас было не до песен…
– Где, ты говоришь?.. А, вижу…
В обширном, заставленном бочонками и ящиками подвале, слева и справа виднелась каменная кладка, отгораживавшая замковые темницы. Впереди, в неком подобии коридора, имелось небольшое оконце, сквозь которое проникал дневной свет. Впрочем, со свечками все же было куда как светлее! Да и вечерело уже, солнце садилось…
Справа дверь в темницу была распахнута настежь… Похоже, именно там держали веселых дев… Если так каждый раз, то… интересно, чего ж они не убегут-то? Хотя попробуй тут убеги – донжон, башни, подъемный мост, еще и ров с водою! Швеллин укреплен отлично, князь уже оценил…
Дверь слева была заперта на засов, на котором висел массивный замок.
– Хороший замок, – обернувшись, похвалил де Шализ. – Нюрнбергской работы! Такой ничем не возьмешь – ни ломом, ни изломом.
Довмонт хмыкнул:
– Говорят, новгородские ничуть не хуже!
– Говорят… Ну! Ключи-то давай, что стоим?
Взяв у князя связку, рыцарь загремел ключами… Вставил один, второй… третий…
– Да что за дьявол? Не подходит ни один…
– Да дай уже сюда! Держи вон, свечку…
Сунув крестоносцу свечу,
