одним из свидетелей, он то и дело посматривал на оружие в руках законников, он не верил, что после заседания его оставят в живых. Велас готовил себе пути отступления. Он намеревался сбежать, но не понимал, куда именно будет держать путь.
Тем временем в зал суда стекались люди и занимали места. Все шло своим чередом, но в воздухе висело напряжение, которое можно было резать ножом. Практически каждый из находящихся внутри здания суда чувствовал это на своей шкуре, но они даже не думали о том, что их ожидало на самом деле.
Примерно в это же время, на другом краю Столицы, сестра донны неожиданно громко завопила, да так, что каждый услышавший ее желал заткнуть уши и никогда больше не слышать столь жалобного вопля. Если бы это был какой–то другой член Подполья, то, возможно, ее крик так и остался бы никем не замеченным, но сестру донны уважали, а некоторые даже побаивались. В комнату к ней вошел бродяга, и она тут же позвала его к себе и прошептала на ухо:
– Беги, беги в дом правосудия и предупреди всех, чтобы спасались.
– От кого? – спросил бродяга.
– От них. Это ловушка.
И бродяга побежал. Большую часть пути он проехал на машине с одним из охраны, предоставленной Гарретом. Дальше его путь лежал через спальный район Столицы, потом петляющая дорога до здания суда. Бродяга бежал так, как никогда в жизни, он и представить не мог, что его ноги умели передвигаться с такой скоростью. Он бежал и думал, что должен спасти донну и тех детей, которые не заслужили испытать новой порции боли.
Он бежал быстро.
Он несся сломя голову, проклиная президента на чем стоял свет.
Он практически рыдал, когда до здания суда остались считанные десятки метров.
Он уже поверил в то, что успел.
А потом он услышал топот, увидел как комья земли вылетали из–под когтистых лап кочевников, в следующее мгновение бродягу подняли в воздух и разорвали на две части. Дальнейшего бродяга уже не мог понимать, но в его открытых глазах, в недвижимых зрачках отсвечивали десятки, сотни кочевников, которые двигались в сторону здания суда, в Столицу, в Центр к людям, которые даже не подозревали об опасности.
22. Финал истории таков
Я снова ерзала. Не могла спокойно сидеть, хотя Диего уже раз десять сказал мне, что это заседание ничего не значит. Только Рихан думает, что у него есть шанс одержать победу. Более того, за зданием суда уже стояла машина, которая должна увести президента на Ристалище.
На помост наконец–то вышел Гаррет, как только он повернулся к залу лицом, то поднял взгляд и нашел меня на балконе.
– Ты победишь, – прошептала я.
– Разумеется, – сказал он мне губами, и я улыбнулась.
Видеть Гаррета стало настолько необходимо для меня, что сейчас я действительно успокоилась и даже немного наклонилась на спинку кресла.
Судья тоже поднялся и встал за трибуну. Здесь были все, кроме президента Рихана. Минуты утекали сквозь пальцы, люди внизу стали переговариваться между собой, кто–то пытался связаться с президентом, но тот не отвечал.
– Что–то не так, – сказал Диего и придвинулся ко мне ближе.
Когда я снова посмотрела вниз, то Гаррета на месте уже не было. Липкое чувство страха стало растворяться в воздухе, словно отрава.
Что происходит?
По залу раздался голос Гаррета. Он просил всех оставаться на своих местах и закрыть здание суда. В наступившей тишине не двинулась ни одна живая душа, никто не побежал выполнять приказ президента корпорации. У меня же замерло сердце. Я была права, что–то случится. Это ужасное что–то уже происходит.
– Закройте двери! – заорал он.
Я не видела, стали ли двери закрываться, они были прямо под моим балконом.
– Что нам делать? – спросила я у Диего.
– Ждать. Не понимаю, что не так, – прошептал он и достал планшет из–за пазухи. – Хант, спускайтесь к нам. Заседания скорее всего не будет.
Гаррет прибыл быстрее Ханта, он остановился возле меня и сказал:
– Кочевники в Столице.
– Что? Нет. Как они…
– Рихан впустил их. Я слышу, как они приближаются к зданию суда. Ты должна спуститься и спрятаться под зданием.
– А ты…
– Не перебивай. Ты должна спрятаться под зданием, вход в подземелье возле левой колонны перед входом. – Гаррет перевел внимание на Диего. – Ты в ответе за нее.
– Понял.
– Гаррет, идем с нами… – начала я, но неожиданно Гаррет толкнул меня, что было силы, и я отлетела в сторону, за пределы балкона, буквально за мгновение, как он рухнул.
Начался ад.
Я закричала и бросилась к месту обрыва. Взрыв снес не только мой балкон, но и двери, которые все же заперли, но теперь от этого не было никакого толку.
– Гаррет! – закричала я, но Диего уже тащил меня назад, перехватив рукой вокруг талии.
Я отбивалась, но он так тряхнул меня, что я чуть все зубы не покрошила от удара верхней челюсти о нижнюю.
– Прекрати! – приказал он и, поймав меня за плечи, тряхнул еще раз. – Это Гаррет, а не обычный человек. Ты ведь не думаешь,что падение с такой высоты способно его убить?
– Не думаю, – с облегчением от осознания правоты его слов сказала я.
– А теперь мы должны спрятаться там, где он велел. Соберись.
Бросив последний взгляд на обломки, я вернулась в реальность.
Кругом стоял дым, пыль осаживалась слишком медленно, видимость была на грани. Я закашлялась, казалось пыль заполонила собой горло и нос.
Люди вопили, плакали, кричали и стонали от боли.
Что–то трещало, я не могла понять что именно, но вскоре в нос мне ударил запах гари.
А потом я услышала их… кочевники уже были здесь, и их количество заставляло сжиматься отвагу в комок.
Диего дернул меня за руку, и мы побежали в коридор, тут уже было достаточно много людей с других балконов. Все толкались и пихали друг друга – столичный лоск канул в лету. Диего шел первым и локомотивом расталкивал всех перед собой. В какой–то момент мне показалось,
