И всё-таки мне кажется, что дело именно в нём. Может, её и нужно-то каплю, этой чужой энергетики, может, она каким-то образом регенерируется, и вот взяла да пробила крохотную брешь в щите над этим миром и сбросило Главе некромантов сигнал от его маячка…
Кстати, о сигнале. Что-то я собиралась сделать… Ах, да.
У нас в наличии — две ослепительно сияющих луны. Практически полных. У нас в активе информация о непереносимости некромантами лунного излучения. А в пассиве — кольцо-жучок, которое я прямо сейчас возьму — и заряжу до упора этим самым лунным светом, благо, тут его — хоть ложкой ешь. И практика мне, и резервный запас…
Возвращаться в мир-обманку, в горячие объятия Маги нет у меня никакого желания; но если, не ровён час, занесёт меня туда снова, то не хочется, чтобы через несколько минут из любой отражающей поверхности — оконного стекла, полированной дверцы или из ближайшего пруда глянул бы на меня с плотоядной усмешкой дон Теймур. Потому что автономность автономностью, но каким-то образом сигнал до него просочился, причём сразу после того, как я надела кольцо. И, между прочим, к месту благородный дон приклеил меня с полщелчка, так, что я пошевелиться не могла… Стоп, а вот это, скорее всего, и не магия, а сила сродни гипнозу, при котором достаточно бывает визуального контакта и мысленного посыла. Но рисковать не будем. Сейчас я твёрдо уверена в том, что подсматривать за мной больше никто не будет.
Слепни и глохни, кольцо. Не нужен мне шпион на пальце.
* * *
Хотите — верьте, хотите — нет, но последующие сутки сливаются для меня в сплошное непрерывное действо, связанное с натаскиванием на «подзарядку». С самого утра меня то и дело охватывает состояние, похожее на то, что было во сне, когда я отправлялась в квест с целой свитой верных друзей. Время от времени я даже встряхиваю головой или тишком щиплю себя за руку, чтобы убедиться: не сплю! Да что за ерунда?
Приглядевшись ко мне, Николас дотошно вытягивает из меня симптомы.
— Это всё Риковы шуточки, — наконец поясняет. — У него сейчас своеобразная притирка к окружающей среде после того, как шкурку сменил. Он и к тебе притирается заново. Но раньше он был с тобой слит почти всё время, а теперь растёт, и чем дальше, тем реже вам придётся соприкасаться аурами. Скоро он ему придётся вообще от тебя отпасть. А ему эмпатический контакт нужен, вот он и пробует подсоединиться как-то по-другому, по-своему. Перетерпи.
Мы сидим в салоне яхты и распиваем чай — как и вчера, «для души», а завтракать совершенно не хочется. Рикки, свалившись с дивана, шустро уползает на палубу — погреться на солнышке, и полудремотное состояние понемногу отпускает меня.
— Чем будем заниматься сегодня? — интересуюсь.
— Заправляться, заправляться и… заправляться, — глотнув чаю, подытоживает Николас. — Пока не засветишься, да так, чтобы мне понравилось. Кто знает, родственница, вдруг тебе вздумается одной попутешествовать или по какой-то причине меня рядом не будет после переноса — и кто тогда поможет тебе восстановиться? Рассчитывай только на себя. Поэтому ты и сама должна быть загружена, и цацки забиты. На рассвет мы с тобой сегодня медитировали, в утреннее небо заглянули, заодно и с волны кое-что пособирали… Что? Вопросы?
— Ага. А как же в твоём мире, Ник? То, чему ты меня учишь, у тебя на родине может показаться слишком… — я подбираю слово, чтобы не его не обидеть, но он меня опережает.
— Просто, да? На самом деле, Ива, мы, некроманты, по характеру своему жуткие консерваторы. Сказано нам изначально: берите в источники энергию духов и ночных стихий! И всё, шаг вправо — шаг влево уже отклонение от канонов и не приветствуется, к какому источнику привыкли, из того и пьём, о другом даже не задумываемся. Собственно, в нашем мире магических энергий на всех хватает, нет надобности искать подручные средства. Это всё равно, что при шикарно накрытом столе подбирать со скатерти крошки. Зачем, когда можно спокойно наесться вдоволь тем, что предложено?
— А я ничего такого у вас не замечала, — обескуражено говорю. — И Гала во мне никаких способностей к магии не находила, и когда сэр Майкл учил заряжаться на солнце, и когда с аурой работала — я не видела таких всплесков, как здесь, просто работала с собственным воображением.
— Ты подрастаешь, — улыбается Ник отечески. — Переходишь на новые уровни незаметно для себя. Вот когда вернёшься в наш мир… допустим, вернёшься, — поправляется, — я ж не знаю твоих планов… тогда у тебя будет возможность сравнить. Просто запомни этот разговор. И, кстати, день этот запомни, мы сегодня многое пройдём.
Вы просто это запомните, говаривал мне сэр Майкл. С чего это я его вспомнила? Провожу аналогии? Да нет же, Николас не наставник, он точно такой же попаданец в чужой мир, как и я. Подозреваю, у него просто есть потребность делиться тем, что знает.
И я старательно набиваю копилочку памяти, хоть в голове полная каша.
…В небе парит громадный белоголовый орлан, чёрными крыльями временами закрывая собой оба солнца. То он камнем падает в воду, почти касаясь волн, то взмывает ввысь с трепещущей добычей в когтях и от души шваркает её мне под ноги. А я визжу и отпрыгиваю, потому что рыбина — с хорошего осетра, да ещё и зубастая и бьётся в судорогах, и вот-вот либо тяпнет меня за ногу, либо допляшет до бортика и выпадет. Орлан пикирует, одним ударом клюва оглушает её и отпихивает лапой от края палубы. И насмешливо смотрит на меня тёмным, почти чёрным глазом.
— Ну не могу я её прибить, понимаешь? — оправдываюсь. — Зажарить хоть сейчас зажарю, а живую резать — не могу, боюсь!
Николас-орлан издаёт булькающий смешок и после небольшого разбега снова взвивается в небо. Чтобы через несколько минут потешиться надо мной, скинув что-нибудь свеженькое. Это у него называется — порыбачить перед обедом.
А потом он гоняет по волнам вместе с дельфинами и тут уже к ним присоединяется Рик. Я любуюсь этой идиллией, и для полного счастья мне не хватает одного: чтобы девочки были рядом. Им так понравилось на море в наш единственный выезд!.. С удивлением вижу среди стаи дельфинов одного поменьше, с фиолетовой спиной в чёрных разводах и вспоминаю, что Рикки тоже может перекидываться.
— Скажи, а много энергии забирает оборотничество? — спрашиваю позже у Николаса. Он, ещё не обсохший, в одних шортах и в кокетливом фартучке — чтобы брызги от кипящего масла не шпарили — переворачивает на сковороде-гриле рыбу.
— Забирает, — уклончиво отвечает он, поддевая лопаткой очередной аппетитный кусок, — но при этих игрищах получаешь в ответ гораздо больше. Я же и от морских обитателей тяну, хоть и понемногу — а знаешь, сколько их в глубине! Оно того стоит, родственница. Передай-ка перчику, сейчас присыплем…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
