казалось, я бы с удовольствием сейчас сгрызла даже подметки от хозяйских сапог. Вот только хозяин их куда-то спрятал. Наверное, догадывался, что голодная, я способна на все.
Удача поджидала меня за дверью холодной кладовой. Ну как холодной: вообще-то там должен работать специальный артефакт и поддерживать низкую температуру, чтобы продукты не портились. Но он не работал. Угу, понятно, сапожник всегда без сапог, а артефактор без артефактов. Я сморщила нос и чихнула. Пыль и тут лежала в изобилии. И было ее гораздо больше, чем картофеля и крупы.
Повздыхав над своими находками, я решилась испечь картофель в золе. Наверное, сварить кашу из крупы было бы проще, учитывая наличие в кухни кастрюль и самонагревающейся плитки. Но, во-первых, я ни разу не видела, как кухарка варит крупу. А картофель мы пекли в саду в костре. И был он очень-очень вкусным. Зажаристая корочка, пахнущая дымком, и ароматная, сахаристая мякоть. М-м-м… А во-вторых, я понятия не имела, работает ли тут плитка, и, если работает, не поджарюсь ли на ней я, как та послушница, о которой рассказывали.
С костром тоже были проблемы. Пока я не наткнулась в гостиной на бесхозный камин. И даже с запасом дров. Оставалось дело за малым: разжечь огонь, положить в угли картофель, чтоб спекся, переодеться и идти убирать. Хотя нет, в начале все-таки переодеться, чтобы не испортить ни платье, ни форму.
Сказано – сделано. Я сдернула чехол с ближайшего кресла. Пыльный, конечно, и мне великоват. Но зато одежда будет в сохранности. Найденными в кабинете ножницами я аккуратно прорезала в чехле три дырки: побольше для головы, и две поменьше для рук. Отрезанную по низу полоску я превратила в пояс. Вышло очень даже ничего. Спрятавшись за самое большое кресло, я стащила с себя платье и аккуратно его свернула. А потом натянула получившуюся из чехла одежку. По длине получилось как раз. Ну а с шириной что было делать? Я подвязала пояс и одернула множество складок. Сойдет, и худобу мою как раз не видать!
К счастью, с огнем проблем у меня не было. Бытовое заклинание, позволяющее зажигать свечи, почти не требовало магической силы и знала я его на зубок. Вскоре в пасти камина весело плясало пламя. А я так же весело приплясывала от нетерпения рядом. Так и подмывало сунуть картофелины в огонь прямо сейчас, но я помнила, что этого делать нельзя. Если их положить в огонь сразу, то печься им будет не на чем, углей еще нет, нагореть не успели.
Наверное, если бы я пошла убирать в кабинете, как мне было приказано, то ничего бы и не случилось. Максимум, хозяин бы отчитал за порчу чехла. Но я, мучимая голодными спазмами, в нетерпении топталась у камина и ничего вокруг не видела и не слышала, буквально дрожа от нетерпения. Не удивительно, что опасность я заметила, когда она свалилась мне на голову. В буквальном смысле этого слова. Я только приготовилась положить картофель в угли, как мне на голову что-то опустилось и пришла темнота.
Я так перепугалась случившегося, и наступившей внезапно темноты и слепоты, что даже не пискнула. Картофелины вывалились у меня из рук и куда-то покатились. А в следующий момент меня кто-то больно ухватил за плечи и так затряс, что я едва не лишилась свой несчастной головы. Вокруг все завыло, загудело и завибрировала. Показалось, вот он, настал мой последний миг! И я едва не лишилась сознания от ужаса: ко мне взывал какой-то демон!
– Ты кто? И что тут делаешь?
Он спрашивал что-то еще, но от волнения в гуле я не разобрала слов. Сердце от страха забилось где-то у меня в горле. В голове пульсировала только одна мысль: «Бежать!» Но куда? Слева от себя я четко ощущала жар от камина. Угадать бы, где стоит демон, и полдела сделано. Вторая половина – бежать так быстро, чтобы он не поймал.
Подхватив импровизированную юбку, я наобум метнулась в сторону, молясь про себя святой Бригитте, чтобы укрыла и помогла. Но Святая опять меня не услышала. Уже на втором шаге я наступила на что-то подозрительно круглое и напоминающее потерянный мною картофель. Раздался хруст, нога встала на что-то очень скользкое и тут же поехала вперед. Я замахала руками, как ворона, сидящая на заборе крыльями, в попытке удержать равновесие. А в следующий миг…
Бах!
Хрясь!..
Бух!..
– Темное проклятие! Этот дом точно не выстоит!
Я так и не поняла до конца, что случилось. Но врезавшись неожиданно в преграду, я не удержалась на ногах и шлепнулась на пол, очумело тряся головой. И вдруг с меня слетело то, что мешало мне видеть, с грохотом свалившись на пол. А я замерла в изумлении.
Все встало на свои места. Я сидела на полу в гостиной неподалеку от почти потухшего камина. Напротив меня сидел и держался за лоб… хозяин. А между нами валялось старое жестяное ведро.
Осознав, что никакого демона не было, а просто хозяин непонятно зачем напялил мне на голову ведро, я подскочила от возмущения:
– Вы!.. Вы!.. Вы!..
Хозяин устало вздохнул:
– Я. Проклинаю ту минуту, когда увидел тебя на дороге. Лучше бы я прогневил всех Святых и отвернулся в другую сторону в тот момент, когда тебя затаптывала лошадь. Хотя… Я начинаю думать, что скорее она бы копыта себе переломала, чем затоптала тебя. Мариэлла, ты же ходячее бедствие! Оружие массового поражения…
Я сочла возможным обидеться:
– Сами вы оружие! Зачем на меня ведро нахлобучили?
– А затем, наказание ты мое, что я тебя в этом балахоне попросту не узнал и решил, что в дом забрались злодеи. Тебя ведь в гостиной быть не должно! А у меня в руках, как назло, кроме продуктов ничего не было. Только ведро стояло поблизости. Я же знаю, что в доме есть безоружная ты, хрупкая и слабая девушка. Поэтому решил защитить, как мог. – Он опять потер лоб. – Но лучше бы все оставил как есть. Не подумал, что тебя можно назвать как угодно, но только не хрупкой и только не слабой. Рядом с тобой, Мариэлла, ни один злодей дольше пяти минут не проживет. На третьей минуте сам в темницу
