Читаем без скачивания Прикосновение - Френсис Уилсон

Что это с ней? И что происходит с ним? Ему должно было бы быть неприятно то, что она с таким удовольствием наблюдает, как два взрослых человека, видных общественных деятеля, валяют дурака. А вместо этого его еще больше влечет к ней. Раньше он думал, что хорошо знает себя, но теперь понял, что ошибался... Там, где замешана женщина, все выглядит по-другому...

Алан вновь повернулся в ту сторону, где происходила драка, и как раз вовремя; он увидел, как Каннингхэм, потеряв равновесие, качнулся назад, к камину. Он зацепился каблуком за кромку камина, беспомощно взмахнул руками и рухнул, ударившись затылком об угол мраморной облицовки.

Алан перескочил через кушетку и побежал к лежавшему неподвижно Каннингхэму, но его опередил Ба, уже стоявший над безжизненным телом.

- Он истекает кровью! - пробормотал Алан, заметив алую струйку артериальной крови, брызнувшей на белый мрамор камина. По-видимому, задета черепная артерия.

В комнате, где только что раздавались крики и поощрительные возгласы, наступила полная тишина.

Не дожидаясь распоряжений, Ба поднял голову Каннингхэма и повернул ее так, чтобы Алан смог обследовать пострадавшего. Алан сразу же увидел рваную рану длиной в два дюйма в области затылка. Он попытался зажать ее рукой, надавив на края. Когда он это сделал, теплая кровь хлынула ему в ладонь. И вдруг опять произошло "это": ладонь коснулась раны, щекочущее ощущение поднялось вверх по руке и распространилось по всему телу. Алана пронизала дрожь. В то же время тело Каннингхэма дрогнуло, и он открыл глаза.

Алан убрал руку и посмотрел на рану. Все чувства смешались в нем ужас, изумление, недоверие, - когда он увидел, что рана закрылась. Осталась лишь неглубокая неровная царапина.

Ба наклонился и тоже взглянул на рану.

Неожиданно он отпустил Каннингхэма и поднялся на ноги. С высоты своего гигантского роста Ба смотрел на Алана и, казалось, покачивался - так, как будто у него кружилась голова. Алан заметил изумление в его широко раскрытых глазах. Изумление и что-то еще - Алан не был уверен, но ему показалось, что это было признание. Затем Ба повернулся к толпившимся вокруг людям.

- Отойдите, пожалуйста, отступите назад!

К ним подошла Сильвия и присела рядом на корточки. На лице у нее уже не было больше улыбки - она сменилась выражением искреннего сочувствия. За ней стоял Эксфорд, он держался спокойно, но внимательно наблюдал.

- У него все в порядке? - спросила Сильвия.

Алан был не в состоянии отвечать на вопросы. Он понимал, что выглядел глупо - стоя на коленях с отвисшей челюстью и разинутым ртом и с пригоршней засыхающей у него в руке чужой крови. Но он не мог в этот момент произнести ни слова - и лишь смотрел, не отрываясь, на затылок Каннингхэма.

- Ну, разумеется, у меня все в порядке! - пробурчал Каннингхэм и попытался подняться. Он выглядел вполне трезвым - все признаки опьянения сразу, исчезли.

- Но кровь! - Сильвия посмотрела на ладонь Алана.

- Черепные раны страшно кровоточат, даже самые незначительные, наконец сумел выдавить из себя Алан и вопросительно взглянул на Эксфорда: Ведь правда?

Он наблюдал, как взгляд Эксфорда скользил от пятна крови на камине к лужице на полу. Эксфорд некоторое время колебался, а затем пожал плечами и подтвердил:

- Верно, черт побери, верно.

Вечер был на исходе, это радовало Ба. Ему не нравилось, что в доме так много незнакомых людей. Для Миссус это, конечно, лишь очередной прием, но Ба воспринял этот вечер как подлинное откровение.

Дат-тай-вао.

Стоя у парадного подъезда, он смотрел, как автомобиль доктора выезжает на улицу - и у него в голове звучало, бесконечно повторяясь, одно и то же:

"Дат-тай-вао..."

Доктор Балмер обладает этой целительной силой.

Но как это может быть? Это невозможно!

Однако нельзя отрицать то, что он видел сегодня собственными глазами: струя крови, открытая рана - и вот кровь остановилась, и рана закрылась сразу после прикосновения руки доктора. Когда Ба увидел это, у него внезапно ослабели и подкосились колени.

Давно ли доктор владеет Дат-тай-вао? Нет, конечно, недавно. Ба видел, какое удивленное лицо было у Алана в тот момент, когда рана закрылась у него под рукой. Если бы только...

Ба мысленно вернулся назад - к тем временам, когда его любимая жена Нун Тхи умирала от рака, взявшего начало в легких и распространившегося затем на весь ее организм. Он вспомнил, как доктор Балмер постоянно возвращался к ее кровати в эти бесконечные мучительные дни, когда болезнь пожирала ее изнутри. Было много докторов, которые лечили Нун Тхи, но для Ба и его жены доктор Балмер стал единственным Доктором.

Ах, если бы только он обладал тогда силой Дат-тай-вао!

Но, разумеется, в то время у него этой силы не было. В то время... Но теперь!

Ба почувствовал жалость к доктору Балмеру - ибо во всех преданиях о Дат-тай-вао говорилось, что эта сила - обоюдоострое оружие.

За обладание ею всегда приходится платить.

"Я способен на это!" - думал Алан по дороге домой.

Теперь уже не было ни малейших сомнений, - он обладает какой-то целительной силой. Сегодняшний случай подтвердил это. У Каннингхэма был раскроен череп, который ужасно кровоточил, но стоило ему прикоснуться к нему рукой - и рана превратилась в царапину.

"Одиннадцать часов вечера", - Алан мысленно отметил время, когда это произошло.

Случаи с Соней Андерсен и Генриеттой Вестин не были простым совпадением! Он и вправду способен делать это! Но как контролировать данную ему силу? Как использовать ее по желанию?

Сквозь пелену раздумий голос Джинни прорвался в его сознание:

- Джози и Терри не поверят, когда я им расскажу!

- Не поверят чему? - спросил Алан, вдруг осознав, что она говорит.

Видела ли она? Если видела, то с ней можно поговорить, не опасаясь, что она примет его за сумасшедшего. Алан остро нуждался в том, чтобы с кем-нибудь поделиться, с кем-то, кто мог ему поверить.

- Этот прием! Эти знаменитости! И эта драка между Каннингхэмом и Свитцером! Все!

- А, это...

Он был разочарован. Судя по всему, Джинни ничего не видела. Алан подумал: "Может быть, Ба был свидетелем того, что произошло? Но скорее всего он просто не поверил своим глазам. Это нормальная реакция любого человека - недоверие. И именно я должен держать все в себе. Если я сам не могу полностью поверить в то, что произошло, то как можно ждать, что в это поверит кто-нибудь другой?"

- Знаешь, - продолжала трещать Джинни, - я не могу понять эту Сильвию. Такое ощущение, что душа у нее жесткая как подошва, а в то же время эта женщина взяла на воспитание неполноценного ребенка и собственноручно ухаживает за ним. Я просто не понимаю...

- Джеффи не неполноценный. Он аутист.

- Но это ведь одно и тоже, не правда ли?

- Совсем нет. В большинстве случаев дети-аутисты кажутся умственно отсталыми, но по этому поводу уже не первый год ученые спорят действительно ли все они отсталые. Я думаю, что Джеффи совсем не отсталый. - Алан сделал краткий обзор соответствующих теорий, а затем сказал: Сильвия однажды показала мне фотографию игрушечного домика, который он построил из отдельных блоков... Я знаю, что в этом мальчике есть разум, но в настоящий момент он просто отключен.

Джинни с изумлением смотрела на него.

- Ты в последнее время никогда так много не говорил!

- Да ну? Я как-то не сообразил. Прости.

- Ничего, все в порядке. В последние дни ты был озабочен более, чем обычно. Я как-то уже привыкла к этому.

- Еще раз прости.

- Но вернемся к нашей хозяйке. Зачем это она усыновила этого мальчика? Я спрашивала ее, но она так и не ответила. Более того, у меня создалось впечатление, что она сознательно уклоняется от ответа.

Алан пожал плечами.

- Я тоже не знаю, но думаю, что это ее личное дело.

- И что, для ребенка ничего нельзя сделать?

- Все известные методы лечения уже были испробованы.

- У нее так много денег, что она могла бы показать его крупнейшим светилам... - Джинни вдруг замолкла.

Алан закончил фразу за нее.

- Вместо того, чтобы иметь дело с местным семейным доктором? улыбнулся он кислой улыбкой.

Джинни, видимо, стало неудобно.

- Я совсем не это имела в виду.

- Хорошо.

Алан не сердился и не был обижен. У него уже образовался иммунитет к подобным вещам. Ему было известно, что Джинни хотела бы, чтобы он специализировался в какой-то определенной области. Она все время повторяла, что заботится о нем, и поэтому не хочет, чтобы он работал так много. Но Алан-то знал, в чем состоит истинная причина ее беспокойства: все приятельницы Джинни были женами специалистов, и она привыкла думать, что семейный доктор - это самая низкая ступень в медицинской иерархии...

- Я вовсе не хотела... - быстро пробормотала она. - Я просто... Алан! Куда ты? Вот же наша улица!

Алан затормозил и подъехал к бордюру.

- У тебя все в порядке? - спросила Джинни с тревогой в глазах. - Ты не слишком много выпил?