Читаем без скачивания Прикосновение - Френсис Уилсон

Сильвия сама не знала, что именно привлекало ее в Чарльзе, или Чакки, как она называла его, когда хотела проникнуть в глубины его души. Это, разумеется, не было любовью. И уж во всяком случае, не потому, что он так уж неотразимо красив.

Проще говоря, он покорил ее, потому что она никогда не встречала никого похожего. Чарльз Эксфорд умел найти в каждом что-то неприятное и заслуживающее недоверия. В каждом! Это в сочетании с тем, что он нисколько не считался с тем, что думают о нем другие, делало его самым саркастичным, циничным и словесно агрессивным человеком на свете. Благодаря своему ядовитому остроумию, подчеркнутому британским акцентом, он казался настоящим оводом. Для него не было ничего святого, он не щадил ничего - ни верований, ни священных коров, ни религиозных, моральных и политических принципов. Чарльз не верил ни во что, ничего не ценил, кроме своей работы, да и то мог под настроение обругать и ее. В редкие минуты он раскрывался, как однажды, когда выпил слишком много, тогда он сказал Сильвии, что человек, не имеющий иллюзий, никогда не разочаруется.

"Возможно, именно в этом суть дела", - подумала она, освобождаясь от его объятий. Возможно, именно поэтому он по малейшему поводу набрасывается на любого, кто оказывается в пределах досягаемости. Никто не мог чувствовать себя в безопасности рядом с ним. Даже Джеффи, даже она сама. Он был похож на редкостную лесную лягушку, которую как-то показывали по телевизору, - она выглядит вполне безобидно, пока вдруг не плюнет вам в глаза ядовитой слюной. Сильвия находила, что чувство постоянной опасности, вызываемое его близостью, добавляло интереса к жизни.

- Надеюсь, тебя не обижает, что ты будешь не единственным доктором сегодня?

- Едва ли. Врачи - это самые чертовски скучные существа на земле, кроме меня, конечно.

- Конечно. Другие двое - оба врачи широкого профиля. И они привыкли быть партнерами.

- Правда? - В его глазах мелькнул огонек, и губы скривились в лукавой улыбке. - Хорошо, что я пришел сегодня.

- Я говорила тебе, что будет интересно.

Она выглянула в окно - там послышался шум подъехавшей машины. Начали прибывать первые гости. Она взглянула на себя в большое зеркало, вделанное в дверь туалета. Ее черное платье было как раз то, что нужно: откровенно большой вырез спереди, глубокий вырез сзади, и облегающее на бедрах. Оно вполне соответствовало ее образу.

Она взяла Чарльза под руку.

- Пойдем?

- Это "роллс-ройс", Алан? - спросила Джинни, когда они подъехали к дому Сильвии Нэш.

Алан, скосив глаза, бросил взгляд на серебристо-серую машину, стоявшую у подъезда.

- Да, похоже. А рядом с ним стоит "бентли".

Джинни чисто по-женски проворчала:

- И мы туда же на своем жалком драндулете.

- Но "торонадо" - это все-таки не грузовик, Джинни. - Алан хорошо знал, куда клонит Джинни. Подобные разговоры у них возникали уже много раз, и он хорошо изучил их всевозможные обороты. - Ты ездишь на нем в магазин и на теннисный корт, он удобен и престижен.

- Да, но я же имела в виду тебя, а не себя. Вместо этого ужасного "бигла"...

- Это "игл", а не "бигл", Джинни.

- Не важно. Это убогая машина, Алан. Никакого шика.

- Вспомни, в январе, когда мы были на сорокалетнем юбилее Джози, тебе очень нравилось, как мы подлетали к подъездной площадке, пробиваясь сквозь снежную бурю и делая виражи.

- Я и не говорю, что от этой машины нет прока. Я знаю, что на ней ты всегда, в любую погоду сможешь добраться до больницы или до своей приемной (и Боже упаси, чтобы кто-нибудь другой взял на себя заботы о твоих пациентах!), но для подобных целей сгодился бы и трактор. И это вовсе не означает, что ты должен ездить по городу на такой машине. Почему бы тебе не купить маленькую красивую спортивную машину, вроде той, что недавно приобрел Фред Ларкин?..

- Давай не будем говорить о Фреде Ларкине. И мне вовсе не нужен автомобиль за девяносто тысяч долларов, даже если бы я и был в состоянии его приобрести.

- Ты можешь купить в рассрочку.

- Нет, не могу! Ты знаешь, что у нас нет таких денег!

- Что ты кричишь, Алан!

Он спохватился, что действительно начал кричать. Он сжал губы.

- Обычно вопрос денег тебя не волнует так сильно. Что это с тобой?

"Мне самому хотелось бы это знать", - подумал Алан, вслух же сказал:

- Прости. Просто я не собирался на вечеринку сегодня. Мне кажется, я говорил тебе, что не хочу идти.

- Ты просто расслабься и попытайся получить удовольствие. Вик прекрасно подежурит за тебя, так почему бы тебе не выпить немного и не отдохнуть?

Алан улыбнулся и вздохнул.

- Хорошо.

Он, пожалуй, выпил бы немного, но вряд ли ему удастся расслабиться и получить удовольствие. Слишком уж много у него на душе. В особенности после сегодняшнего телефонного звонка.

Звонил Мюррей Раскин - нейрохирург, он получил электроэнцефалограмму Сони Андерсен и расшифровал ее. Он сразу же позвонил Алану домой, кипя от возбуждения. Обычная энцефалограмма Сони в последнее время всегда давала отрицательный результат: типичные для эпилепсии отклонения в левой лобной области. И это отклонение наблюдалось в течение последних пяти-шести лет. Та же энцефалограмма, которую Алан заказал вчера, оказалась совершенно нормальной.

Не осталось никаких следов эпилепсии.

И вот теперь Алан был как на иголках. Он понимал, что отныне у него не будет покоя до тех пор, пока он не разберется со странными случаями Андерсен и Вестин и не поймет, в чем тут дело.

Но в данный момент не только это мучило его. Просто он не хотел ехать сюда. Он не хотел оказаться в обществе Сильвии Нэш в таком положении, когда он вынужден будет выступать уже не в роли "доктора Балмера". Ему придется сбросить профессиональную маску и быть просто "Аланом". И он боялся, что в подобной ситуации Сильвия и все остальные сразу же поймут, какие чувства он к ней питает.

- А это, наверно, машина миссис Нэш? - спросила Джинни, указывая на ярко-красный автомобиль, блестевший отраженным светом фонаря.

- Да, конечно.

Алан припарковал свой "торонадо", и они направились к парадному подъезду.

- Раз у нее так много денег, почему бы ей не купить что-нибудь более красивое и современное вместо этой развалины?

- Шутишь? - усмехнулся Алан; проведя рукой по покрытому блестящим красным лаком удлиненному капоту, заканчивающемуся наклонной хромированной решеткой. Ему нравилась эта решетка с вертикальными хромированными прутьями, блестевшими как зубы. - Это полностью реставрированный "грахэм" модели 1938 года с акульим носом. В свое время эта машина считалась экономичной. Посмотри внутрь - в салоне даже устроен бар.

- Но к чему этот ужасный красный цвет? Он больше подошел бы для пожарной машины.

- Красный - любимый цвет мистера Тоада.

- Не поняла.

- Помнишь детскую книгу "Ветер в ветвях"? Это место называется Тоад-Холл. А помнишь, что мистер Тоад воровал автомобили? И его любимый цвет был красный. А автора зовут Кеннет Грэхэм... улавливаешь?

Джинни посмотрела на мужа с удивлением; и у нее на лбу обозначились морщины.

- С каких это пор ты стал интересоваться детскими книжками?

Алан умерил свой энтузиазм.

- Это была одна из моих любимых книжек в детстве, Джинни. Пойдем же в дом.

Он не стал ей говорить, что купил эту книжку после того, как узнал, что усадьба Сильвии называется Тоад-Холл.

"Нет, - все больше и больше убеждался Алан, когда они подходили к подъезду, - вряд ли это будет приятный вечер".

- Ага! Вот идет особый гость! - воскликнула Сильвия.

Чарльз Эксфорд взглянул на нее, потом осмотрел холл, затем опять взглянул на нее. Сильвия оживилась. Это ему пришлось не по вкусу.

К ним приближался человек заурядной приятной наружности, под руку со стройной, спортивного вида блондинкой. Чарльзу подумалось, что она не намного моложе его по возрасту. Женщина излучала восторг, мужчина выглядел удрученным.

- Кто же это из них такой особенный?

- Он. Один из тех врачей, о которых я тебе рассказывала.

- Но я ведь тоже врач.

- Он - лечащий врач Джеффи.

- Я тоже одно время лечил Джеффи.

Сильвия скривила губы:

- Ты всего лишь ставил на нем эксперименты. А Алан - настоящий доктор.

- Два очка в твою пользу, дорогая.

Сильвия улыбнулась.

- Я выиграла пять очков, и ты это знаешь.

- Сойдемся на трех, и то только потому, что я именно такой врач, каким хочу быть. Но пойдем же встретим этого особенного гостя. Я так давно не разговаривал с настоящим врачом.

- Ну что ж, пойдем, только постарайся, чтобы количество проклятий, на которые ты так щедр, не превышало десяти в минуту.

Сильвия представила их друг другу. "Особенного" человека звали Алан Балмер. Выглядел он прилично. Спутница его была бойкой, жизнерадостной женщиной с манящими зелеными глазами. Она накинулась на Сильвию и стала изливать свой восторг по поводу дома и сада.

Чарльз принялся изучать доктора, пока он и его жена обменивались любезностями с хозяйкой. Казалось, тот чувствовал себя не в своей тарелке, как будто что-то принуждало его лезть из собственной кожи. Взгляд его, то и дело останавливавшийся на Сильвии, затем как будто отбрасывало в сторону словно пули, рикошетом разлетавшиеся по разным направлениям.