пока не охрип. После чего вышел из комнаты, хлопнув дверью так, что со стены слетели “Охотники на привале”. Дмитрий остался в одиночестве.
Заклинание немоты развеялось только через четыре часа, и Дмитрий, наконец, смог с трудом вздохнуть и погрузился в невеселые воспоминания.
Все началось утром, когда мать в очередной раз сорвалась и начала хлестать его по щекам, упрекая, что он не маг земли. Тогда пристройка, где была ее спальня, ходила ходуном.
Никто не остановил ее, хотя вся слышали ее вопли. И Дмитрий, устав за месяцы издевательств, от всего сердца пожелал, чтобы она, наконец, замолчала.
К его удивлению, Василиса Андреевна Кунцева вдруг замерла и пустым взглядом посмотрела куда-то поверх его плеча. Испугавшись такого поворота событий, Дмитрий выбежал из комнаты и заперся у себя.
Вскоре в спальню заглянула служанка, увидев остолбеневшую хозяйку, закричала и позвала на помощь.
Владимир Кунцев рассвирепел, отметелил сына до полусмерти, и бросил, скованного, в пустой комнате.
Мать не приходила в себя уже сутки. Её долго пытался привести в чувство супруг, осматривали лучшие доктора... даже знахарку приглашали, но всё бестолку.
“Сильное воздействие ментальной магии. Нужно ждать, когда оно рассеется самостоятельно” — в один голос говорили врачи.
О Дмитрие все забыли, целиком погрузившись в заботы о Василисе Андреевна. Одна лишь сердобольная нянька, пошла поперек запрета Кунцева старшего и принесла несколько бутербродов с чаем.
Младший Кунцев не притронулся к еде и просидел так у стены всю ночь, ни на минуту не сомкнув глаз. Пока снова не пришел отец и экономка. Дмитрий ожидал, что его снова будут бить, но его подняли, расковали, дали умыться и отвели в его спальню. Под пристальным взглядом отца Дмитрий осторожно опустился на кровать, украдкой поморщившись от боли во всем теле. Новой экзекуции не последовало, Владимир Кунцев встал возле окна, напряженно всматриваясь во двор.
Через час в спальню вошел неопрятно одетый мужчина в теплом пальто поверх летней куртки, из-под нее выглядывал край алой рубахи и тонкая нить ожерелья с деревянными бусинами. Незнакомец с некоторой неприязнью осмотрел Дмитрия, поправил тонкий обруч у себя на лбу и велел снять рубаху. Дмитрий было возмутился, но отец сам рванул за ворот, и тонкая ткань треснула, обнажив многочисленные синяки.
Тем временем худой незнакомец вытащил из кармана крошечный алый камешек, поместил его на середину ладони и начал шептать слова заклинания. Камень взмыл в воздух, завис на мгновение и, вращаясь волчком подлетел к голой груди. Замер напротив самого сердца.
Дмитрий в ужасе отшатнулся, но отец стиснул его плечо и пригвоздил к месту яростным взглядом.
— Больше никакой ментальной магии! — прошипел он.
Дмитрий поднял на него ошарашенный взгляд, но в этот момент незнакомец закончил читать заклинание и сложил пальцы в ритуальном знаке. Камень ударил Дмитрия в грудь.
Боль обожгла каленым железом, растеклась по нервам, взорвалась в голове огненной вспышкой... и тут же схлынула, словно ее и не было вовсе.
Дмитрий скосил глаза и увидел, как на его коже расползается причудливыми изгибами непонятный символ.
— Что это? — побелевшими губами спросил он.
— Ограничитель силы, — низким голосом произнес незнакомец и повернулся к отцу. — Он сможет использовать магию, но совсем немного. Целиком заблокировать не могу, все же способность очень сильна.
— Прекрасно! Прекрасно! — улыбнулся отец. — Спасибо вам большое, гранд мастер!
Он вытащил из кармана плотный конверт и передал его незнакомцу. Тот коротко поклонился, а затем быстрым шагом вышел из комнаты.
Владимир Кунцев наклонился к самому уху сына и произнес:
— Пока ты не научишься вести себя, ты не имеешь даже права называться моим сыном и претендовать на титул. Я понятно выразился?
Дмитрий едва заметно кивнул, потирая свежую метку на груди.
__________________________________________________________
***
— Кто я на самом деле? Да я самый обычный, Леш, ты чего? — удивленно уставился на меня Дмитрий своими карими глазами. — Ну, семья богатая, это да. А в остальном...
Он замолчал, а до меня долетело острое сожаление и тоска. Неужели, я задел его своим вопросом? Но Кунцев уже снова закрылся и пихнул меня локтем и вдруг заученно произнес:
— Сила каждого мага зависит от того, сколько магии он может пропустить через себя и превратить ее в заклинание. И то, как он умеет работать с потоками. Вот ты, к примеру, как с ними работаешь?
Я пожал плечами и зачерпнул из ближайшего совсем немного силы. На моей руке тут же заискрился крошечный шарик.
— Вот. Легко и просто. А для многих это тяжелая задачка. Нужно сконцентрироваться, потянуться, впитать. На это время уходит. Драгоценное, я тебе скажу, время. Здесь таких слабаков, конечно, нет.
— Да тут, если посмотреть, прямо будущие бойцы. Боевые маги.
На мгновение лицо Дмитрия застыло, и он странно на меня посмотрел.
— С одной стороны, ты прав, — задумчиво сказал он. — Сильные и талантливые маги сейчас, да и всегда, на вес золота.
Я не считал себя талантливым, но ему, конечно, виднее. На этом моменте мы решили закончить. Меня ждал Василий, а Дмитрия — домашняя работа по литературе.
Почти бегом я бросился к главному корпусу.
— Ваше сиятельство, — крикнул тренер, — я вас везде ищу! Все в порядке?
— Я решил переехать жить сюда. Мне сказали, что зимой на коляске сюда не проехать.
— Могу ли я вас сопровождать здесь?
— Тоже хочешь поселиться тут? — с лукавой улыбкой спросил я и ощутил, как он смутился.
— Если позволите. Тут, конечно, охрана хорошая, но лишние руки не помешают.
— Давай уточним у директора, он решит.
У Эдуарда Львовича мы пробыли всего минуту. Он выслушал нас и строго на нас посмотрел и сказал:
— Выпадет снег, и нас по макушки заметет. Если не боитесь руками работать, мы рады вас принять. Есть свободная каморка в главном корпусе. Правила просты — не барагозить и вести себя достойно.
Это он, наверное, про Нюрочку.
— А еще Василий раньше детей тренировал. И меня тоже, — вставил я.
— О как! Это замечательно. Мальчишкам не помешает помимо магических занятий еще и физические упражнения. Только это не будет официальное устройство на работу. Сами понимаете, ведь получится, что у
