Читаем без скачивания Отчуждение - Сергей Самаров

– Ему не нравились женщины Кавказа, – возразил второй капитан. – Брюханов жаловался, что они его комплиментов не понимают. Только похвалишь, говорит, их за красивые усы, они сразу разговаривать с тобой перестают.

– О! – воскликнул вдруг первый капитан. – Женщины. И сразу две. Кто там женщин у нас заказывал!

По дну ущелья в нашу сторона, в самом деле, шли две молодые женщины, судя по одежде, женщины были из местных, представители одной из многочисленных местных национальностей. Они вышли из-за поворота, прикрытого окончанием каменного «языка»-оползня. Откуда они взялись здесь, сказать было сложно. Тем не менее, они шли целенаправленно к нам. Бойцы моего взвода сразу выставили в их сторону стволы, не забыв и о самом ущелье за прямыми женскими спинами, словно знали, что там еще кто-то должен быть. И точно, следом за женщинами появился человек, на которого перевелось часть стволов.

– Не стрелять, – выкрикнул подполковник Коломиец. – Это старлей Брюханов.

Я быстро включил переговорное устройство, и продублировал по связи команду подполковника. Он при этом посмотрел на меня косо.

– А что, мое команды недостаточно? Меня твои солдаты не послушаются?

– И это тоже, товарищ подполковник. И еще у них уши прикрыты шлемом с наушниками, и они могут просто не услышать. И потому я повторил по связи.

Однако моя команда, хотя и была предельно категоричной, тоже не остановила младшего сержанта Красникова. И командир первого отделения тут же прямо с пояса дал две размашистые очереди по женщинам. Крест-накрест стрелял. Перечеркнул их фигуры. И, одновременно с очередью, прозвучала его резкая команда:

– Ложись!..

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Я успел повторить команду, и даже летчики выполнили ее. И тут же грохнул взрыв. Осколки засвистели у нас над прижатыми к земле головами. Один из них ударился в камень неподалеку от меня, выбив из камня пыль, срикошетив, и войдя в землю. Я осколок сразу выковырнул, и посмотрел. Это была половинка гвоздя со шляпкой. Сам гвоздь был, видимо перерублен зубилом или перекушен кусачками на две части. Но искать вторую его часть в мои намерения не входило.

Подняв голову, я увидел, что произошло. Встал, вытащил «планшетник», и включил видеозапись. Двух молодых женщин разнесло в клочья. Одну просто разорвало на части, а части разбросало в разные стороны. Вторую тоже, хотя не так основательно – всего на три крупные части. И многочисленные ранения на останках тела второй говорили о том, что взрывное устройство было на первой, вторая была только рядом, но ей досталось и от фугасного взрыва, и от осколков. Достали осколки и старшего лейтенанта Брюханова. Толстая кожаная одежда летчика не смогла его защитить. Но осколков в старшего лейтенанта попало немного, я насчитал всего три ранения. Но ранение в области живота было, видимо, тяжелым. Однако старший лейтенант был еще жив, хотя и дышал тяжело. Но мы, понимал я, помочь ему не сможем.

– Красников! – позвал я по связи.

– Я!

– Что произошло? Я же запретил стрелять!

Младший сержант контрактной службы Василий Красников имеет одинаковый со мной боевой опыт. То есть, он, будучи еще рядовым-контрактником, участвовал в первой командировке взвода на Северный Кавказ. И его интуиции следовало бы доверять.

А я еще не понимал, что толкнул младшего сержанта дать очередь.

– Они же в вашу сторону шли. – объяснил Василий. – Я увидел на руке у этой, что справа держалась, контакты. На пальцах. Только пальцы в кулак сожмет, и все. Шахидка.

– Я тоже видел что-то, – согласился снайпер взвода ефрейтор Ассонов. – Только не понял, что это такое. Иначе тоже выстрелил бы.

Мимо нас прыжком проскочил подполковник Коломиец. У старшему лейтенанту Брюханову.

– Ты кого к нам привел, старлей! – высказал Коломиец сходу претензию смертельно раненому штурману. – Уничтожить нас хотел?

Брюханов, понимая свое состояние, только хрюкнул, сплюнул себе на грудь сгустки крови, и ответил, перебивая свои слова дыханием:

– Мужик попросил с командиром спецназа встречу ему обеспечить. И женщин со мной послал. Для переговоров. Эти женщины не в моем вкусе. Они усатые.

Подполковник посмотрел на меня.

– Какой мужик? – задал я естественный вопрос. – Он назвался?

– Назвался, кажется, Арсамаком.

– Арсамаковым!

– Может. – говорить Брюханову было трудно. Но сознание не покидало его.

Я посмотрел на подполковника.

– Эмир Арсамаков – главарь той банды, что напала на вас. Какие ему еще переговоры нужны! О чем с ним говорить.

– Сказал, что с инопланетянами вместе драться нужно. Иначе их не победить. Он знает, где их база, и рудник. Хотел повести туда всех нас.

– И по дороге взорвать, – сделал вывод подполковник Коломиец. – Скорее всего, дело именно так обстоит. Если бы была база и был рудник, наши РЛС обязательно зафиксировали прилеты и отлеты космических кораблей. Смогли же зарегистрировать столкновение двух космических флотов!

Брюханов вздрогнул всем телом, даже слегка выгнулся, лежа на земле, и бессильно закрыл глаза. Я знаю такие вздрагивания. Доводилось наблюдать, слава Богу, не у своих солдат, а только у бандитов. Глаза у него закрылись, чтобы никогда больше не открыться, в этом я не сомневался. А я не успел спросить главное – где сейчас находится эмир, и где старший лейтенант ВВС с ним встретился. Может, у Арсамакова где-то здесь, поблизости, есть база, где и сидели эти женщины. И сколько человек может находиться на этой базе помимо тех трех бандитов, что сумели ускользнуть от пуль снайпера Ассонова.

– Камнеломов!

– Я! – старший сержант находился рядом.

– Почему посты не выставил?

– Просто не успел еще, товарищ старший лейтенант. Пока осматривали убитых бандитов, искали Арсамакова, пока то, да се, они, – кивнул Коля на останки женщин, – уже пришли.

– А сейчас тебе что мешает?

Камнеломов объяснять ничего не стал, только привычными всем бойцам со времен отсутствия внутренней связи жестами отдал распоряжения, и четыре пары солдат так же молча разошлись в разные стороны. Обе стороны ущелья и оба склона.

– Остальные пока отдыхают. Камнеломов, передай трофейное оружие и патроны товарищам офицерам, – решил я на случай вооружить летчиков. С пистолетами много не навоюешь. А четыре автоматных ствола могут оказаться весьма полезными. Тем более, если стволы эти будут направлять обученные военному делу офицеры.

А сам я решил закончить видеомонтаж, и ради этого сел, прислонившись спиной к большому валуну, и устроив «планшетник» удобно на коленях. Никто не пытался мне помешать, и только один подполковник Коломиец посматривал недовольно, словно я уселся играть в игрушки вместо того, чтобы заниматься решением его личных насущных проблем, разрешить которые я обязан в любом случае. Но, мне подумалось, что у подполковника всегда такой взгляд, и обращать на него особое внимание не стоит. Подобное отношение к окружающим я давно научился применять, и потому, наверное, по жизни у меня мало врагов. Я стараюсь не обращать внимание на людские слабости, и стремлюсь никому не показывать слабости свои. А они у меня, естественно, как и у всякого живого человека, есть. Так жить проще.

В этот раз у меня все получалось быстро и легко. Так быстро и легко, что я сам удивился, когда закончил. А закончил я наложением звукового ряда на видеоряд, и заметил, как прислушивается к моим словам, звучащим из «планшетника», подполковник Коломиец. Особенно в завершение, когда я стал пересказывать момент помощи летчикам и уничтожения основной части банды Арсамакова. Но это был естественный и понятный интерес. И, уже все закончив, я приклеил к видеосюжету фотографии, и записал в пояснение звуковой ряд к ним. При этом никого не обвинял, но несчастных разорванных женщин, ни старшего лейтенанта Брюханова, ни даже эмира Арсамакова. Я не давал оценок ничьим действиям, и только выложил факты, а остальное пусть решает тот, кто будет все это смотреть. Сохранив подготовленный материал, я переключился на внешнюю связь, обменялся парой фраз с дежурным по узлу связи, после чего переслал материалы полковнику Мочилову. Теперь осталось ждать реакции из Москвы.

Но сначала последовала реакция из штаба сводного отряда спецназа ГРУ. На связь вышел майор Ларионов.

– Корреспондент «Семьсот сорок первый». Слушаю вас, корреспондент «Сто пятнадцать».

– Что происходит, Власаныч? – недоумевая, спросил майор Ларионов.

– А что происходит, товарищ майор?

– Я уже несколько часов сижу в кабинете, все дела отложил, жду твоего третьего материала. Где он? Почему не шлешь?

– Вы про видеосюжет?

– Про что же еще? Конечно! И в антитеррористическом штабе ждут. Мне уже трижды звонили, спрашивают. Что я должен отвечать?